Фандом: Гарри Поттер. Что делать, когда твой великолепный и, казалось бы, отлично продуманный план рушится на глазах из-за какой-то нелепой случайности?
Добавить в моё избранное
59 мин, 48 сек 794
Отложив книгу, она уточнила: — Чего используем, чтобы превратить в карты?
Обрадованный ее сговорчивостью Люциус быстренько преобразил стопку пергаментов в колоду игральных карт и принялся их перетасовывать.
— Итак, предлагаю сыграть семикарточный стад.
— Семикарточный стад?
— Да, это относительно простая разновидность покера. Каждый игрок получает по семь карт в течение нескольких ставок, пять из которых должны будут составить самую сильную комбинацию. В покере их называют «руками».
— Тогда мне нужен список и пояснения значений этих «рук» в порядке убывания силы.
Взмахнув палочкой, Люциус предоставил ей требуемое.
— Что-нибудь еще, моя прекрасная леди?
— Конечно. Мы не определились со ставками. Вы упомянули, что их будет несколько.
— Хм-м-м… — Люциус сделал вид, что задумался, хотя, конечно же, уже знал, на что именно хотел бы сыграть.
«В конце концов, разве не сказал я ей, что нам придется найти себе на эти несколько дней какие-нибудь занятия? Хотя… может, не следует начинать столь прямолинейно. Кто знает, насколько легкомысленна мисс Грейнджер…»
И предложил нечто абсолютно нейтральное:
— Как насчет денег?
— Угу. Обязательно, — тон Гермионы казался суше песка в пустыне. — Я прямо мечтаю рискнуть честно заработанными деньгами и проиграть все свои активы человеку, который может купить четверть Британии. Особенно с учетом того, что вообще ни разу не играла в эту игру.
— Возможно, не все, что у вас есть… а только частично… — возразил Люциус, блуждая взглядом по активам, особенно интересующим его в настоящий момент. Он сделал вид, что не замечает искорки, вспыхнувшей в глазах Гермионы, которую она, впрочем, тут же притушила.
«Вот, значит, как… Ну что ж… если я правильно разыграю свои карты (а по-другому, конечно же, и быть не может), то в ближайшие несколько дней нам точно будет чем заняться. И не сомневаюсь, что произойдет это исключительно по обоюдному желанию».
Поэтому, подбавив в голос мягких бархатистых ноток, предложил:
— Мы не будем играть на галлеоны. Думаю, ставка в несколько кнатов гораздо уместней. Во всяком случае, пока вы сами не решите повысить ее.
— А… так значит, потом мы сможем… пересмотреть ставку, я правильно поняла?
— Конечно. Если захотите. Но, должен заметить, что покер смотрится намного интересней и забавней, когда играют не просто на деньги, а на… что-нибудь другое.
— Пожалуй, звучит заманчиво, — оживленно согласилась Гермиона. — Давайте немного поиграем на кнаты, а там посмотрим.
Люциусу едва удалось сдержать ухмылку.
«Хм-м… А вот это, по-моему, уже совсем неплохо!»
Наблюдая за Люциусом, Гермиона думала о том, зачем ему это все понадобилось. Нет, понятно, что Малфою, прежде всего, хотелось развеять скуку, да и сама Гермиона не сильно возражала против игры в покер. Но ведь была же еще какая-то причина. Должна была быть!
«Мда… Он явно ничего не знает о маглах, если верит, что я совершенно не знакома с азартными играми. Да все магловские дети играют в них. Ставки, правда, невелики — зубочистки, шпильки или пенни. Но опыт кое-какой все равно имеется», — Гермиона мысленно усмехнулась.
Может быть, ей не хватало практики, но разобраться в теории покера оказалось достаточно просто. И она с некоторым самодовольством вспомнила, как в детстве на самом деле чаще выигрывала, чем проигрывала. Поэтому как-то раз ей даже довелось целый год не тратиться на шпильки. Что, с учетом густоты волос, о чем-то говорило. Вот и теперь, решив сразиться с Малфоем в покер, Гермиона ознакомилась с правилами и решила, что уж точно в грязь лицом не ударит.
«В конце концов, на войне мне уже приходилось соображать быстро и четко».
С выражением самого серьезного внимания она посмотрела на свои карты, а затем на список «рук». И пробормотала словно бы про себя:
— Хм-м… Вот эти три побьют… — и чуть громче, уже обращаясь к Люциусу: — Хорошо, я ставлю два кната.
Они играли в течение следующего получаса, во время которого Гермиона убедилась, что блефует она ужасно и выигрывает только тогда, когда ей приходят достаточно сильные «руки». Проще говоря, когда победа обусловлена чистой удачей. Она внимательно наблюдала за Люциусом, опасаясь, что тот начнет жульничать, но ничего подозрительного не заметила.
«Отлично. Разумеется, его многолетние убеждения сами по себе уже повод для моих подозрений. Хотя… ну какие у него могут быть ко мне претензии, как к партнерше по карточной игре? То, что я женщина? Или гриффиндорка? Или то, что маглорожденная? — и все же она с удовольствием отмечала, что ведет себя Малфой предельно корректно и правил не нарушает. — Ну что ж, значит, ему придется убедиться, что маглорожденные гриффиндорки могут быть достойными противницами в покер».
Обрадованный ее сговорчивостью Люциус быстренько преобразил стопку пергаментов в колоду игральных карт и принялся их перетасовывать.
— Итак, предлагаю сыграть семикарточный стад.
— Семикарточный стад?
— Да, это относительно простая разновидность покера. Каждый игрок получает по семь карт в течение нескольких ставок, пять из которых должны будут составить самую сильную комбинацию. В покере их называют «руками».
— Тогда мне нужен список и пояснения значений этих «рук» в порядке убывания силы.
Взмахнув палочкой, Люциус предоставил ей требуемое.
— Что-нибудь еще, моя прекрасная леди?
— Конечно. Мы не определились со ставками. Вы упомянули, что их будет несколько.
— Хм-м-м… — Люциус сделал вид, что задумался, хотя, конечно же, уже знал, на что именно хотел бы сыграть.
«В конце концов, разве не сказал я ей, что нам придется найти себе на эти несколько дней какие-нибудь занятия? Хотя… может, не следует начинать столь прямолинейно. Кто знает, насколько легкомысленна мисс Грейнджер…»
И предложил нечто абсолютно нейтральное:
— Как насчет денег?
— Угу. Обязательно, — тон Гермионы казался суше песка в пустыне. — Я прямо мечтаю рискнуть честно заработанными деньгами и проиграть все свои активы человеку, который может купить четверть Британии. Особенно с учетом того, что вообще ни разу не играла в эту игру.
— Возможно, не все, что у вас есть… а только частично… — возразил Люциус, блуждая взглядом по активам, особенно интересующим его в настоящий момент. Он сделал вид, что не замечает искорки, вспыхнувшей в глазах Гермионы, которую она, впрочем, тут же притушила.
«Вот, значит, как… Ну что ж… если я правильно разыграю свои карты (а по-другому, конечно же, и быть не может), то в ближайшие несколько дней нам точно будет чем заняться. И не сомневаюсь, что произойдет это исключительно по обоюдному желанию».
Поэтому, подбавив в голос мягких бархатистых ноток, предложил:
— Мы не будем играть на галлеоны. Думаю, ставка в несколько кнатов гораздо уместней. Во всяком случае, пока вы сами не решите повысить ее.
— А… так значит, потом мы сможем… пересмотреть ставку, я правильно поняла?
— Конечно. Если захотите. Но, должен заметить, что покер смотрится намного интересней и забавней, когда играют не просто на деньги, а на… что-нибудь другое.
— Пожалуй, звучит заманчиво, — оживленно согласилась Гермиона. — Давайте немного поиграем на кнаты, а там посмотрим.
Люциусу едва удалось сдержать ухмылку.
«Хм-м… А вот это, по-моему, уже совсем неплохо!»
Наблюдая за Люциусом, Гермиона думала о том, зачем ему это все понадобилось. Нет, понятно, что Малфою, прежде всего, хотелось развеять скуку, да и сама Гермиона не сильно возражала против игры в покер. Но ведь была же еще какая-то причина. Должна была быть!
«Мда… Он явно ничего не знает о маглах, если верит, что я совершенно не знакома с азартными играми. Да все магловские дети играют в них. Ставки, правда, невелики — зубочистки, шпильки или пенни. Но опыт кое-какой все равно имеется», — Гермиона мысленно усмехнулась.
Может быть, ей не хватало практики, но разобраться в теории покера оказалось достаточно просто. И она с некоторым самодовольством вспомнила, как в детстве на самом деле чаще выигрывала, чем проигрывала. Поэтому как-то раз ей даже довелось целый год не тратиться на шпильки. Что, с учетом густоты волос, о чем-то говорило. Вот и теперь, решив сразиться с Малфоем в покер, Гермиона ознакомилась с правилами и решила, что уж точно в грязь лицом не ударит.
«В конце концов, на войне мне уже приходилось соображать быстро и четко».
С выражением самого серьезного внимания она посмотрела на свои карты, а затем на список «рук». И пробормотала словно бы про себя:
— Хм-м… Вот эти три побьют… — и чуть громче, уже обращаясь к Люциусу: — Хорошо, я ставлю два кната.
Они играли в течение следующего получаса, во время которого Гермиона убедилась, что блефует она ужасно и выигрывает только тогда, когда ей приходят достаточно сильные «руки». Проще говоря, когда победа обусловлена чистой удачей. Она внимательно наблюдала за Люциусом, опасаясь, что тот начнет жульничать, но ничего подозрительного не заметила.
«Отлично. Разумеется, его многолетние убеждения сами по себе уже повод для моих подозрений. Хотя… ну какие у него могут быть ко мне претензии, как к партнерше по карточной игре? То, что я женщина? Или гриффиндорка? Или то, что маглорожденная? — и все же она с удовольствием отмечала, что ведет себя Малфой предельно корректно и правил не нарушает. — Ну что ж, значит, ему придется убедиться, что маглорожденные гриффиндорки могут быть достойными противницами в покер».
Страница 13 из 17
