Фандом: Гарри Поттер. О том, что иногда стоит давать волю чувствам.
Добавить в моё избранное
15 мин, 15 сек 288
— Что, неужели мне ждать сегодня очередной непродуманный проект с горой ошибок и несоответствий?
Гермиона задрожала от гнева. ВСЕ её проекты были отлично сделаны, а изложение было логичным и красивым.
Стоящая между ними женщина средних лет нервно посмотрела на мигающее табло этажей, явно желая выйти как можно скорее.
— Не уверена, что мы говорим про одни и те же проекты, — выдавила наконец Гермиона, сжав челюсти так, что ещё немного, и в кабинке послышался бы скрип зубов. — В любом случае, это не моя вина, что у вас не хватает профессионализма оценить мои идеально изложенные идеи по достоинству, — она вскинула подбородок, довольная собой.
Обычно из их схваток победителем, как ни печально, выходил Малфой. Уж больно хорошо у него получалось бросать оскорбления, небрежно замаскированные под вежливые реплики. Гермиона же, которую с детства учили, что нельзя грубить старшим, поначалу испытывала чувство стыда, которое, впрочем, ушло гораздо быстрее, чем полагалось, и теперь у неё значительно чаще получалось отбивать едкие выпады. В особо удачные дни она даже замечала искорки удивления в его непроницаемых серых глазах, чем гордилась и с удовольствием прокручивала в памяти те редкие моменты.
В этот раз он даже поднял бровь.
— Вот как? — полувопросительно произнёс он. — Значит, проблема, как вы выразились, в нехватке у меня профессионализма? — вторая бровь тоже поднялась, и теперь его холёное лицо выражало что-то вроде смешанного с удивлением презрение.
Гермиона на секунду замешкалась, потом резко кивнула.
— Надо же, вы впервые правильно меня поняли, — бросила она, проводив глазами почти выбежавшую из кабинки женщину.
Ехать оставалось ещё пару минут.
Малфой смотрел на неё как на сумасшедшую. «Почему я тебя не прикончил у себя в мэноре?» — явно читалось у него в глазах.
— Тогда, позвольте спросить, — он чуть склонил голову набок, и волосы красиво заблестели в свете лампочек, — почему ни один, подчёркиваю, ни один ваш проект не был одобрен за весь ваш срок работы?
Гермиона дёрнулась. Удар по больному, Малфой. Хороший ход.
И сейчас он ждал ответа.
— По крайне неудачному совпадению все документы проходили через вашего сына, — «пока не появились вы, и в Драко не отпала необходимость». — И…
— То есть, виноват мой сын, — перебил её Малфой, довольно ухмыляясь. — Не кажется ли вам, мисс Грейнджер, что вы сводите свои проблемы к нашей семье?
Гермионе очень хотелось проорать в его красивое холодное лицо, что ТАК И ЕСТЬ, ТВОЮ МАТЬ, но она ещё не до конца растеряла остатки своего воспитания, поэтому гордо — ей хотелось думать, что это выглядело именно так — промолчала.
Лифт звякнул и остановился. Малфой, пропустив Гермиону, вышел за ней и замер, ожидая продолжения.
Она, прожигая его взглядом, усиленно думала над ответом.
Как назло, в голову лезла какая-то чушь про то, что в полутьме коридора Малфой выглядит загадочным незнакомцем.
Так и не дождавшись от Гермионы ничего, кроме невнятного бормотания, от которого её щеки покраснели, Малфой цокнул языком.
— Я так и думал, — он покачал головой, и его гладкие волосы снова зашевелились. — Но, чтобы избежать подобных необоснованных нападок в дальнейшем, предлагаю вам вот что: вы выберете свой, по-вашему, лучший проект и представите его в понедельник перед комиссией. Я, в свою очередь, выступлю после вас с опровержением. Надеюсь, что после вашего поражения перед комиссией, вы, наконец, прекратите заниматься ерундой и начнёте нормально работать, — Малфой довольно поднял уголок рта, заметив, как раздулись ноздри Гермионы. — Что скажете?
Она даже не думала.
— Я согласна! — выпалила Гермиона, машинально подавшись вперёд и уловив запах мужского парфюма. — Надеюсь, что после вашего поражения вы, наконец, дадите мне нормально работать, — она победоносно улыбалась. Малфой не знал, что сам выкопал себе яму и добровольно в неё залез.
И вот, собственно, результат: она целый день сидит над бумажками, сверяя и дописывая тот или иной параграф. Целый субботний день.
А Малфой сейчас, наверное, в своём мэноре, развлекается в компании девиц — после скандально громкого развода с Нарциссой он часто был замечен в компании моделей, и, не стыдясь, охотно комментировал все фотографии, что делало его одной из любимых тем «Пророка». Богатейшие приёмы, на каждом из которых он появлялся с новой девушкой, закрытые вечеринки для «избранных» Министерства, покупка огромного особняка на одном из тропических островов…
Гермиона невольно завидовала бурной жизни недруга. Они с Роном расстались около двух месяцев назад, когда Гермиона окончательно поняла, что Рон никогда не примирится с тем, что она выбрала карьеру, а не семью. Нет, она не отказывалась от перспективы рождения детей совсем, но Рон хотел «здесь и сейчас», а Гермиона чувствовала, что пока далека от всего этого.
Гермиона задрожала от гнева. ВСЕ её проекты были отлично сделаны, а изложение было логичным и красивым.
Стоящая между ними женщина средних лет нервно посмотрела на мигающее табло этажей, явно желая выйти как можно скорее.
— Не уверена, что мы говорим про одни и те же проекты, — выдавила наконец Гермиона, сжав челюсти так, что ещё немного, и в кабинке послышался бы скрип зубов. — В любом случае, это не моя вина, что у вас не хватает профессионализма оценить мои идеально изложенные идеи по достоинству, — она вскинула подбородок, довольная собой.
Обычно из их схваток победителем, как ни печально, выходил Малфой. Уж больно хорошо у него получалось бросать оскорбления, небрежно замаскированные под вежливые реплики. Гермиона же, которую с детства учили, что нельзя грубить старшим, поначалу испытывала чувство стыда, которое, впрочем, ушло гораздо быстрее, чем полагалось, и теперь у неё значительно чаще получалось отбивать едкие выпады. В особо удачные дни она даже замечала искорки удивления в его непроницаемых серых глазах, чем гордилась и с удовольствием прокручивала в памяти те редкие моменты.
В этот раз он даже поднял бровь.
— Вот как? — полувопросительно произнёс он. — Значит, проблема, как вы выразились, в нехватке у меня профессионализма? — вторая бровь тоже поднялась, и теперь его холёное лицо выражало что-то вроде смешанного с удивлением презрение.
Гермиона на секунду замешкалась, потом резко кивнула.
— Надо же, вы впервые правильно меня поняли, — бросила она, проводив глазами почти выбежавшую из кабинки женщину.
Ехать оставалось ещё пару минут.
Малфой смотрел на неё как на сумасшедшую. «Почему я тебя не прикончил у себя в мэноре?» — явно читалось у него в глазах.
— Тогда, позвольте спросить, — он чуть склонил голову набок, и волосы красиво заблестели в свете лампочек, — почему ни один, подчёркиваю, ни один ваш проект не был одобрен за весь ваш срок работы?
Гермиона дёрнулась. Удар по больному, Малфой. Хороший ход.
И сейчас он ждал ответа.
— По крайне неудачному совпадению все документы проходили через вашего сына, — «пока не появились вы, и в Драко не отпала необходимость». — И…
— То есть, виноват мой сын, — перебил её Малфой, довольно ухмыляясь. — Не кажется ли вам, мисс Грейнджер, что вы сводите свои проблемы к нашей семье?
Гермионе очень хотелось проорать в его красивое холодное лицо, что ТАК И ЕСТЬ, ТВОЮ МАТЬ, но она ещё не до конца растеряла остатки своего воспитания, поэтому гордо — ей хотелось думать, что это выглядело именно так — промолчала.
Лифт звякнул и остановился. Малфой, пропустив Гермиону, вышел за ней и замер, ожидая продолжения.
Она, прожигая его взглядом, усиленно думала над ответом.
Как назло, в голову лезла какая-то чушь про то, что в полутьме коридора Малфой выглядит загадочным незнакомцем.
Так и не дождавшись от Гермионы ничего, кроме невнятного бормотания, от которого её щеки покраснели, Малфой цокнул языком.
— Я так и думал, — он покачал головой, и его гладкие волосы снова зашевелились. — Но, чтобы избежать подобных необоснованных нападок в дальнейшем, предлагаю вам вот что: вы выберете свой, по-вашему, лучший проект и представите его в понедельник перед комиссией. Я, в свою очередь, выступлю после вас с опровержением. Надеюсь, что после вашего поражения перед комиссией, вы, наконец, прекратите заниматься ерундой и начнёте нормально работать, — Малфой довольно поднял уголок рта, заметив, как раздулись ноздри Гермионы. — Что скажете?
Она даже не думала.
— Я согласна! — выпалила Гермиона, машинально подавшись вперёд и уловив запах мужского парфюма. — Надеюсь, что после вашего поражения вы, наконец, дадите мне нормально работать, — она победоносно улыбалась. Малфой не знал, что сам выкопал себе яму и добровольно в неё залез.
И вот, собственно, результат: она целый день сидит над бумажками, сверяя и дописывая тот или иной параграф. Целый субботний день.
А Малфой сейчас, наверное, в своём мэноре, развлекается в компании девиц — после скандально громкого развода с Нарциссой он часто был замечен в компании моделей, и, не стыдясь, охотно комментировал все фотографии, что делало его одной из любимых тем «Пророка». Богатейшие приёмы, на каждом из которых он появлялся с новой девушкой, закрытые вечеринки для «избранных» Министерства, покупка огромного особняка на одном из тропических островов…
Гермиона невольно завидовала бурной жизни недруга. Они с Роном расстались около двух месяцев назад, когда Гермиона окончательно поняла, что Рон никогда не примирится с тем, что она выбрала карьеру, а не семью. Нет, она не отказывалась от перспективы рождения детей совсем, но Рон хотел «здесь и сейчас», а Гермиона чувствовала, что пока далека от всего этого.
Страница 2 из 5
