Пока вино не превратилось в уксус

Даже на переезд после свадьбы он решился с большой неохотой. Была б его воля — они с Гермионой остались бы в Норе, под надежным крылом миссис Уизли. Каким бы она ни была «домашним командиром» (так мать за глаза называла Джинни), но Рон чувствовал себя с родителями вполне комфортно. Естественно, Гермиона категорически отказалась от такого расклада. А миссис Уизли, как ни странно, поддержала невестку. Противостоять женскому единодушию Рон не рискнул — пришлось собирать вещи и переезжать.

Вынырнув из воспоминаний, он посмотрел на Луну и понял, что её совершенно не смутило затянувшееся молчание, которое кому-то другому могло бы показаться неловким. Она же с меланхоличной улыбкой на губах заплетала свои светлые волосы в мелкие косички. Луна выглядела так спокойно, умиротворённо — Рон вдруг поймал себя на том, что думает: какой бы Луна Лавгуд была женой? Вряд ли она устраивала бы скандалы. Он вообще не представлял её кричащей. И она не стала осуждать Рона за то, что он пьян, напротив — предложила ему свою помощь. Такая милая… В груди ёкнуло от внезапно нахлынувшего на него чувства благодарности — Рон порывисто втянул воздух. Звук оказался чертовски похожим на всхлип.

— Эй, ты в порядке? — Луна плавно перепорхнула с кресла на диван и тронула Рона за плечо: он даже вздрогнул от неожиданности.

— Я? Да… Просто задумался… — Рон бездумно перехватил руку Луны за тонкое запястье, притянул поближе к лицу. — Тебе идёт этот загар.

— Поэтому я хочу переехать туда, где больше солнца, — задумчиво произнесла Луна.

— Я буду скучать, — зачем-то ляпнул Рон. Похоже, в нём снова заговорил алкоголь.

— Правда? Мы же с тобой почти год не виделись и не общались — не думала, что ты по мне скучаешь, — в голосе Луны не было упрёка, скорее искреннее любопытство.

Рон вдруг вспомнил, как прошлой осенью, примерно год назад, ему пришло от неё письмо. Он собирался ответить, правда собирался, но у него случился аврал на работе, да и с Гермионой было не всё гладко: они только-только переехали и учились уживаться под одной крышей…

— Всё потому, что я идиот, — в этот раз Рон был почти уверен, что в последнем заявлении огневиски не участвовал. Он и правда чувствовал себя идиотом, потому что просто забыл о существовании такого замечательного человека, как Луна. С лёгкостью вычеркнул её из своей новой жизни. И теперь, всё ещё сжимая хрупкое запястье, глядя в её светлые, полные детской непосредственности глаза, в которых не было и следа пережитых невзгод, Рон вдруг осознал это всем сердцем: он — величайший на свете идиот…

— Прости, — пробормотал он и погладил большим пальцем мягкую ладонь Луны. — Я только что осознал, как скучал по тебе! И, чёрт… Мне будет не хватать тебя, когда ты уедешь.

Последнюю фразу Рон пробормотал тихо, вконец смутившись. Он всё ждал, когда же Луна отдёрнет руку, возмутится, обвинит его в бестактности. Но вместо этого она тихо сказала:

— Я тоже скучала по тебе, Рон Уизли.

Рон оторвал взгляд от их соединённых рук и уставился на Луну. А она посмотрела на него в ответ, безмятежно улыбаясь, будто ничего такого не произошло. Будто они только что не обменялись тут откровениями. Рон так и не понял, что его подтолкнуло, — вот эта безмятежная добрая улыбка, огневиски или похожая на призрак прошлого симпатия, внезапно всколыхнувшая его внутренности, — но в следующую секунду он потянулся и поцеловал Луну.

Глава 4

Ощущения были странные и непривычные. Как будто Рон целовался первый раз в жизни. Лишь через пару секунд он понял: причина этого диссонанса в том, что он впервые за много лет целовал другую женщину. Сейчас он касался не властных и предсказуемых губ Гермионы, которая никогда не позволяла ему заигрываться. Губы Луны были мягкими и податливыми, слегка приоткрытыми и сладковатыми на вкус. Но главное — эти губы отвечали на неуклюжий поцелуй Рона. Робко, почти неощутимо, но, черт возьми, отвечали!

Это завораживало, и Рон смог оторваться от поцелуя лишь в тот момент, когда почувствовал, что задыхается. Правда, он всё равно сделал это нехотя, потому что боялся снова посмотреть Луне в глаза.

Повисла неловкая пауза. Неловкая для Рона. Пока он размышлял над тем, стоит ли отпустить руку Луны и какими словами лучше всего извиниться, её тихий голос произнёс:

— Не думала, что мне доведётся попробовать огневиски. Даже в таком, хм, виде.

Рон физически ощутил, как краснеет. Видимо, поцелуй с ним был эквивалентен доброму глотку алкоголя, и от этого стало невыносимо стыдно. Надо же было так налакаться, чтобы…

Он наконец-то удосужился поднять глаза и встретился всё с таким же спокойным взглядом Луны. Похоже, она не находила произошедшее возмутительным, скорее… любопытным. Прикусив нижнюю губу и слегка посасывая её, Луна застыла с мечтательным видом. Она словно хотела лучше распробовать привкус того сумасшествия, которое подтолкнуло их к поцелую.