Фандом: Thief. У леди Элизабет украли драгоценности. Караул!
Добавить в моё избранное
56 мин, 26 сек 10288
Ладонь, затянутая в кружевную перчатку, легла в его руку, и мы вышли на середину зала, провожаемые пренебрежительным взглядом старушки-леди.
Мне не выпало ни единого шанса пообщаться с ней на равных, но ее ехидная манера говорить окружающим правду приводила меня в восторг.
Музыканты уже давно играли что-то не слишком быстрое, и я ощутила, как руки Рихарда сжимают мою талию.
— Вам он нравится? — мягко спросил Рихард и в ответ на недоуменный взгляд, пояснил: — Нортон Пейр.
— Да Трикстер с вами, — возмутилась я. — Этот слащавый мальчишка?
— Рад, что вы со мной согласны, мисс Энн. Но, к сожалению, не все так разборчивы, как вы…
— Нет уж, давайте не будем говорить о нем вообще. Скажите мне, а что такого в том, что мистер Фоул двадцать лет служит у лордов? — спросила я, желая прогнать от себя неприятные ощущения и разговорить Рихарда хотя бы в более-менее нужном направлении.
Он искусно вел меня, ожидая, что в бальном зале я буду такой же профанкой, как и в светском общении, но я решила пощадить свое самолюбие.
— Видите ли, мисс Энн, быть помощником одного из лордов Великих Семей — очень опасное занятие.
Я задумчиво кивнула и наморщила лоб.
— Последний, кажется, продержался около года всего лишь…
— И что с ним стало?
— Ну… я живу здесь, а не в Городе, поэтому могу ошибаться… Кажется, он утонул…
Вскоре под размытым предлогом мне удалось покинуть Рихарда, чем он не преминул воспользоваться и тут же оказался в компании других мужчин.
Музыка резала слух неумелым исполнением, пары танцевали на блестящем паркете, слуги, бледные и вовсе не выглядящие счастливыми, разносили вино, шампанское и легкие закуски. Я вслушивалась в разговоры, пока медленно шла до уборной, но услышать хотя бы часть правды даже не надеялась.
Я пробыла в Боне несколько дней, достаточно общалась с леди и лордами, насколько мне позволяло мое положение, но так и не смогла понять, откуда пошли слухи о драгоценностях.
Однажды на меня вышел невзрачный, но очень вежливый мужчина. И попросил осторожно выяснить, действительно ли украденные кое у кого драгоценности находятся в Боне. И если так — узнать, у кого они находятся.
Тогда только появились слухи об этом, очень общие и размытые. Но с каждым днем люди все больше говорили о Бароне. Что об этом думал сам Барон, я, разумеется, не знала.
А потом о том, что барон Уэрвик украл фамильные драгоценности у леди Элизабет, заговорили все — лорды, леди, а больше всего слуги. Но меня больше интересовало, кто пустил эти слухи. Одно дело, когда обвиняют Барона во всех грехах только потому, что недовольны им, но другое же — такая абсолютная всеобщая уверенность в его вине.
— Вина, миледи? — на меня серьезно смотрел Салли — такой же, как я, приемыш Мафусаила.
Устроить его на место слуги на неделю оказалось почти ювелирной работой, но связи Мафусаила всегда потрясали мое воображение. Я краем глаза наблюдала, как мимо нас проходит тучный лорд Ренфилд, подхватывая с подноса изящный бокал и, даже не удостоив нас взглядом, удаляется к одному из балконов.
— Не покажешь, где здесь сад? — невинная просьба, даже если бы ее услышали, ни у кого бы не вызвала вопросов.
Сад встретил нас вечерней свежестью и запахом астр — баронесса Уэрвик их особенно любила, и я не могла не разделять ее пристрастий.
— Что говорят слуги?
Салли опустил поднос на лавку и сел, блаженно вытянув ноги.
— Много чего, но все уверены, что драгоценности в доме. Кто-то умный даже пытался искать их по ночам, но стража здесь бдит.
— А откуда идут слухи, ты смог выяснить?
Он безнадежно покачал головой, и я поняла, что мне больше нечего здесь делать. Никто не просил меня найти драгоценности и привезти их в Город. Я выяснила уже достаточно, чтобы дать ответ заказчику. Нерешенным оставался только один вопрос, но он был не настолько уж и важен.
— Хочу остаться еще на пару дней, — сказал Салли, лениво вглядываясь в испещренный прожилками ствол дерева. — Может быть, смогу выяснить еще что-то. Дельце, честно говоря, страшно интересное.
— Какая странная идея, Салли. Не чуешь, как здесь пахнет интригами?
Он усмехнулся — совсем незаметно.
— Никому не интересен официант, их сюда нанимают на каждый прием разных. Езжай домой, Энни, и передай заказчику, что драгоценности где-то в доме Уэрвика. Я в этом почти уверен…
— Только не ищи их, ладно?
— Как скажешь, дорогая.
Прием закончился с уходом хозяйки особняка, и лорды, среди которых я углядела Артемуса, собрались в саду. Нам туда теперь хода не было, да и услышать что-то важное при таком разнообразии я не надеялась. На Бон давно упала бархатная, теплая ночь, и я приняла предложение Рихарда проводить меня до постоялого двора.
Мне не выпало ни единого шанса пообщаться с ней на равных, но ее ехидная манера говорить окружающим правду приводила меня в восторг.
Музыканты уже давно играли что-то не слишком быстрое, и я ощутила, как руки Рихарда сжимают мою талию.
— Вам он нравится? — мягко спросил Рихард и в ответ на недоуменный взгляд, пояснил: — Нортон Пейр.
— Да Трикстер с вами, — возмутилась я. — Этот слащавый мальчишка?
— Рад, что вы со мной согласны, мисс Энн. Но, к сожалению, не все так разборчивы, как вы…
— Нет уж, давайте не будем говорить о нем вообще. Скажите мне, а что такого в том, что мистер Фоул двадцать лет служит у лордов? — спросила я, желая прогнать от себя неприятные ощущения и разговорить Рихарда хотя бы в более-менее нужном направлении.
Он искусно вел меня, ожидая, что в бальном зале я буду такой же профанкой, как и в светском общении, но я решила пощадить свое самолюбие.
— Видите ли, мисс Энн, быть помощником одного из лордов Великих Семей — очень опасное занятие.
Я задумчиво кивнула и наморщила лоб.
— Последний, кажется, продержался около года всего лишь…
— И что с ним стало?
— Ну… я живу здесь, а не в Городе, поэтому могу ошибаться… Кажется, он утонул…
Вскоре под размытым предлогом мне удалось покинуть Рихарда, чем он не преминул воспользоваться и тут же оказался в компании других мужчин.
Музыка резала слух неумелым исполнением, пары танцевали на блестящем паркете, слуги, бледные и вовсе не выглядящие счастливыми, разносили вино, шампанское и легкие закуски. Я вслушивалась в разговоры, пока медленно шла до уборной, но услышать хотя бы часть правды даже не надеялась.
Я пробыла в Боне несколько дней, достаточно общалась с леди и лордами, насколько мне позволяло мое положение, но так и не смогла понять, откуда пошли слухи о драгоценностях.
Однажды на меня вышел невзрачный, но очень вежливый мужчина. И попросил осторожно выяснить, действительно ли украденные кое у кого драгоценности находятся в Боне. И если так — узнать, у кого они находятся.
Тогда только появились слухи об этом, очень общие и размытые. Но с каждым днем люди все больше говорили о Бароне. Что об этом думал сам Барон, я, разумеется, не знала.
А потом о том, что барон Уэрвик украл фамильные драгоценности у леди Элизабет, заговорили все — лорды, леди, а больше всего слуги. Но меня больше интересовало, кто пустил эти слухи. Одно дело, когда обвиняют Барона во всех грехах только потому, что недовольны им, но другое же — такая абсолютная всеобщая уверенность в его вине.
— Вина, миледи? — на меня серьезно смотрел Салли — такой же, как я, приемыш Мафусаила.
Устроить его на место слуги на неделю оказалось почти ювелирной работой, но связи Мафусаила всегда потрясали мое воображение. Я краем глаза наблюдала, как мимо нас проходит тучный лорд Ренфилд, подхватывая с подноса изящный бокал и, даже не удостоив нас взглядом, удаляется к одному из балконов.
— Не покажешь, где здесь сад? — невинная просьба, даже если бы ее услышали, ни у кого бы не вызвала вопросов.
Сад встретил нас вечерней свежестью и запахом астр — баронесса Уэрвик их особенно любила, и я не могла не разделять ее пристрастий.
— Что говорят слуги?
Салли опустил поднос на лавку и сел, блаженно вытянув ноги.
— Много чего, но все уверены, что драгоценности в доме. Кто-то умный даже пытался искать их по ночам, но стража здесь бдит.
— А откуда идут слухи, ты смог выяснить?
Он безнадежно покачал головой, и я поняла, что мне больше нечего здесь делать. Никто не просил меня найти драгоценности и привезти их в Город. Я выяснила уже достаточно, чтобы дать ответ заказчику. Нерешенным оставался только один вопрос, но он был не настолько уж и важен.
— Хочу остаться еще на пару дней, — сказал Салли, лениво вглядываясь в испещренный прожилками ствол дерева. — Может быть, смогу выяснить еще что-то. Дельце, честно говоря, страшно интересное.
— Какая странная идея, Салли. Не чуешь, как здесь пахнет интригами?
Он усмехнулся — совсем незаметно.
— Никому не интересен официант, их сюда нанимают на каждый прием разных. Езжай домой, Энни, и передай заказчику, что драгоценности где-то в доме Уэрвика. Я в этом почти уверен…
— Только не ищи их, ладно?
— Как скажешь, дорогая.
Прием закончился с уходом хозяйки особняка, и лорды, среди которых я углядела Артемуса, собрались в саду. Нам туда теперь хода не было, да и услышать что-то важное при таком разнообразии я не надеялась. На Бон давно упала бархатная, теплая ночь, и я приняла предложение Рихарда проводить меня до постоялого двора.
Страница 2 из 16
