Hwyfar

Сперва я списывал все на затянувшийся розыгрыш, в организации которого подозревал Рассела — с него бы сталось, — но если поведение друзей еще можно этим объяснить, то реакции случайных прохожих или моей соседки, которая Рассела отчего-то на дух не переносила, а потому вряд ли согласилась бы на любую его идею, в эту стройную теорию ну никак не вписывались. Самого Сильена это или не беспокоило, или же он попросту не замечал, считая все это в порядке вещей, но выспросить у него причины мне отчего-то не хватало духу, что мне, вообще-то, свойственно никогда не было. Словно, если я спрошу, то как-то незаметно образовавшиеся между нами и без того хрупкие отношения лопнут, как мыльный пузырь, а терять его из-за какой-то глупости было, ну, в общем-то тоже глупо. И несерьезно — оно того совсем не стоило. Хотя любопытно было до ужаса, чего уж греха таить. Об известной с детства истине «любопытство до добра никогда не доводит» много позже я вспоминал не раз и даже не два, но тогда я отмахивался и от нее.

В один прекрасный момент Сильен особенно загорелся идеей познакомить меня с семьей. Идея у меня особого восторга не вызывала, если уж совсем начистоту, но достаточных причин отказать ему у меня почти и не было — если он по-настоящему упрется, то это лишь вопрос времени, когда ты согласишься на что угодно, лишь бы он замолчал. И откуда что берется. Так или иначе, ему надоело слушать мои отмазки, и он попросту поставил меня перед фактом, что завтра я приглашен в гости, и как назло, это завтра наступило непозволительно быстро.

Как оказалось, Сильен жил несколько дальше, чем я изначально предполагал — почти на другом конце города. Объяснить, как туда добраться он неожиданно не смог, путаясь в картах и маршрутах, и это стало еще одним тревожным звоночком в копилку уже имеющихся. Создавалось впечатление, что меня угораздило связаться с каким-то преступником в бегах, но даже мне и в голову никак не могло прийти, что же Сильен способен был натворить такого, чтобы подобное могло иметь место в действительности. Если эта несерьезная теория окажется правдой, я буду долго-предолго смеяться. Вот только сейчас было немного не до смеха.

То, что я с таким расчетом сумел вообще найти нужный дом, я до сих пор относил в разряд личных достижений. Правда, сам дом я представлял несколько не так, но реальность оказалась даже лучше ожиданий: трехэтажное кирпичное здание, увитое плющом, высокие эркерные окна — не дом, а картинка. Просто, уютно и со вкусом. Не успел я постучать, как входная дверь приоткрылась, и наружу высунулась голова Сильена. Воровато оглянувшись по сторонам, он приложил палец к губам, призывая к молчанию, довольно бесцеремонно схватил меня за рукав рубашки и втянул внутрь.

— К чему такая конспирация? — поинтересовался я шепотом.

— Понимаешь, брат пока не совсем в курсе, что у нас гости, — так же шепотом ответил Сильен, одновременно к чему-то прислушиваясь.

— То есть как? — опешил я. Вот так новость! Не зря, ой не зря моя интуиция вопила, что это была дурная идея.

— Я хотел сделать ему сюрприз, — терпеливо, как ребенку, объяснил он.

Хотя с таким походом к жизни большой вопрос, кто из нас двоих ребенок. Что ж, думаю, сюрприз удастся на славу; правда, не думаю, что он будет приятным.

— Ты уверен, что это хорошая идея, может? — осторожно спросил я, ни на что особо не надеясь и не рассчитывая — в конце концов, я уже здесь, и что-то менять уже поздно.

— Джерри, — слегка раздраженно перебил меня он, призывая к молчанию.

Сильен на какое-то время застыл, а затем, наконец, кивнул своим мыслям и, вновь схватив меня за руку, повел к арочному проходу, ведущему в гостиную. Я почему-то ожидал кислотно-яркие цвета и мешанину из стилей, но, видимо, обстановкой — как и выбором дома — занимался кто-то другой: от преобладания песочного, бежевого и коричневого создавалось ощущение тепла, стабильности и умиротворения. Мужчина, с ногами устроившийся на широком диване и склонившийся над какой-то тяжелой, старинного вида книгой, должно быть и был пресловутым братом Сильена. Он был настолько поглощен чтением, что не сразу услышал, как мы вошли, да и ковер глушил звуки, так что я воспользовался моментом и стал украдкой его разглядывать, пытаясь составить для себя мнение об этом человеке до того, как он нас заметит.

Теперь, когда он был одет в светлую рубашку свободного кроя и темные брюки, а не в почти бесформенный балахон, было заметно, что телосложение у него и у Сильена в чем-то схоже, правда, желания оберегать, которое появилось едва ли не с первого взгляда на Сильена, глядя на его брата, не возникало вовсе: скорее уж наоборот, думаешь, как от него придется, в случае чего, защищаться. Волосы были такие же белоснежные, только у него они почти доходили до середины спины. Его поза была расслаблена, но даже так он чем-то напоминал застывшую мраморную статую. Видимо, почувствовав наше присутствие, он медленно поднял голову.