Hwyfar

Я больше не напрягался, заслыша его шаги или ощутив молчаливое присутствие за спиной, больше не старался занять позицию пусть внешне и расслабленную, но достаточно удобную, чтобы в любой момент устранить возможную угрозу и тут же, на месте, уничтожить ее источник. Крохотными шажками выстраивалось нечто, подозрительно похожее на доверие. Не полноценное и уж тем более не абсолютное, но уже достаточное, чтобы немного сбавить градус подозрительности и расслабиться уже по-настоящему.

Вот такие внеплановые и вполне «официальные» визиты мало-помалу становились чем-то вроде традиции. Иногда мы возились с дневниками и шифрами, но все чаще получалось так, что они откладывались в сторону, на потом, а вместо этого я учил его языку и понемногу посвящал в наши традиции, рассказывая то, о чем не успевал или забывал упомянуть Факунд. Сильену — как он ни старался — не хватало ни усидчивости, ни выдержки, и он позволял себе отлучиться, оставляя нас вдвоем за работой, и, пользуясь моментом, я начал приобщать его человека к простеньким экспериментам.

— Какое-то оно все непонятное. О чем вообще изначально хоть речь шла, может, так легче сообразить будет? — поинтересовался как-то Джереми, глядя на очередной свежерасшифрованный фрагмент текста, от нетерпения постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

— Честно? — Выдержав драматическую паузу, я развел руками и протянул: — Понятия не имею.

— Это как? — опешил он, сбившись от неожиданности с ритма. — Ты уже столько работаешь над этим, и у тебя до сих пор ни единой мысли о том, что это может быть? Как ты можешь не знать?

— Я могу все, — назидательно ответил я, вглядываясь в полученные строки и ни слова оттуда не понимая.

Отдельно взятые слова были вроде понятны, но все вместе создавало такой чудовищный коктейль, что разобрать в этом смысл не представлялось возможным.

— Может, мы где-то ошиблись? — пока я сидел, погрузившись в свои мысли, Джереми обошел стол и облокотился на спинку моего кресла, заглядывая мне через плечо.

Последнее время он все чаще и легче нарушал границы моего личного пространства. Поначалу это было непривычно, но в какой-то момент я поймал себя на мысли, что позволяю ему это.

— Да нет, — растерянно пробормотал я, в задумчивости прикусывая колпачок перьевой ручки, — все вроде верно.

Он взял лист у меня из рук и пытался вертеть его и так, и эдак, в какой-то момент начав читать вслух, словно так нам быстрее откроется какой-то скрытый смысл. Единственная польза от этого чтения была лишь в практике; я не без гордости отметил, что мои уроки даром не прошли — у него почти не было акцента.

— Неужели для тебя хоть что-то из прочитанного имеет смысл? — закончив, он с досадой отшвырнул листок куда-то на стол.

— Если тебе на сегодня все это надоело, так и скажи, — спокойно предложил я, не обращая внимания на страдальческие нотки, проскальзывающие в его голосе.

— Мы тогда до скончания века не закончим, если постоянно будем отвлекаться, — с видимым сожалением отказался он.

Кто бы мог подумать, что человек окажется в куда более тесном знакомстве с понятием ответственности, чем я изначально предполагал. Сильену стоило у него поучиться.

— Век — это не так уже и много, — возразил я, склонившись над очередным листом так, чтобы спрятать за волосами легкую улыбку.

— Для тебя, может, и нет, — фыркнул Джереми. — Кстати, может все-таки скажешь, сколько тебе и Сильену лет?

Его голос звучал настолько обреченно, что я невольно рассмеялся.

— Все, что я могу сказать — это то, что я старше Сильена. Примерно на полтора века, плюс-минус пара десятков лет.

— Немаленькая погрешность, — присвистнул он.

— Мы не отмечаем Дни рождения. Первые лет сто, максимум двести еще интересно, а потом надоедает, — зачем-то объяснил я. — Время порой течет для каждого по-своему: иногда год как вечность, а порой и век лишь короткий миг. Говорят, временем можно управлять, но ни я, ни Сильен этим умением не обладаем. Хотя он как-то пытался. Из романтических соображений.

— Знаешь, — сказал Джереми после долгой паузы, — лучше пойдем пить чай — что-то у меня это не очень укладывается в голове.

— Тунеядец, — припечатал я.

Впрочем, чай — это и правда хорошая идея. Вопреки обыкновению, на ночь Джереми оставаться не стал, мотивируя это тем, что это только у меня незапланированный выходной, а ему на работу. В общем, самый обычный вечер, а утро было бы не менее обычным, если бы не вернулся Сильен и не разбудил, прервав мой сон на самом интересном месте. Раз уж заснуть снова не вышло, я поплелся обратно в кабинет пытаться закончить начатое. Вот только дневник я на столе не обнаружил.

На столе его не оказалось, а искать где-то еще я не стал, зная, что не перемещал его за пределы комнаты.