Hwyfar

— Послушай, может не надо, а? — нерешительно возразил я, не зная, как бы деликатнее отказаться.

Я не был склонен обычно слепо подстраиваться под чужие желания, растворяться в своем партнере, забывая о своих потребностях, принципах или интересах, но с Сильеном порой приходилось идти на значительные уступки, если я хотел сделать что-то по-своему. И если в самом начале особо и не замечал этого, потому что никакого конфликта интересов как такового не было, то с течением времени это проявлялось все острее.

— Но почему? Будет весело! Или, — он лукаво улыбнулся, — ты не умеешь?

— У меня есть около получаса, чтобы добраться до работы, — нашелся я, скрывая за напускной спешкой радость нашедшейся отговорке.

— Ну, так не сейчас же, — Сильен отказывался сдаваться. — Давай на выходных!

— Посмотрим, — уклончиво ответил я, легко целуя на прощание.

Выходные наступили просто неприлично быстро. Всю неделю у нас почти не выходило нормально провести время вместе, и я все же решил рискнуть согласиться составить ему компанию, хотя на коньки я не становился с детства. Вытерев собою лед и обзаведясь парочкой синяков и ссадин, я выглядел как жертва домашнего насилия, еще долго став из-за этого предметом насмешек мужской части своих коллег или умиления женской. А потом Сильен расцвел и решил, что пора компенсировать все то время, что я проводил, работая с его братом. И, по-моему, он серьезно преувеличивал. Иногда это было и правда весело, порой — просто невыносимо, и тогда я шел к Арранзу, отказываясь признавать, что специально выбираю время, когда ни Сильена, ни Факунда у него дома быть не может. Арранза, казалось, ни эти встречи, ни их время не беспокоили, так зачем беспокоиться мне, верно?

Зато потом я был как новенькая батарейка — полон энергии и уверенности, что все будет хорошо. Я проводил с Сильеном столько времени, что он уже не так сильно настаивал на своем присутствии в другие дни, когда я приходил к ним домой на вполне официальной основе. Впрочем, о чем он не знал, и о чем знать ему и не полагалось, так это о том, что даже тогда мы с его братом далеко не всегда работали над расшифровкой и приведением в божеский вид дневников. К слову, Арранз все еще не рассказал мне всего с ними связанного, но к тому времени я научился различать, когда стоит задавать вопросы, а когда нет. Судя по обмолвкам Факунда, Арранз совсем не любил работать с посторонними, а таковыми, кажется, можно смело назвать тех, кого он знал меньше сотни лет или около того, поэтому факт нашего довольно длительного — по моим меркам — сотрудничества уже являлся своеобразным показателем некоторой формы доверия. И мне совсем не хотелось это доверие потерять — что-то мне подсказывало, что он не из тех, кто верит во вторые шансы.

Как бы то ни было, все мое свободное время уходило на Арранза и Сильена, и оба брата совсем не стеснялись этим пользоваться, совершенно, казалось, не понимая, что в этом такого. Хотя, может и правда им в голову не приходило воспринимать это иначе, чем как должное — кто же их, бессмертных, знает? Неудивительно, что в какой-то момент работы скопилось больше обычного. Твердо решив разобрать свои рукописи, а если повезет, то и парочку наперед, я предвкушал самый обычный день. Даже отчасти нудноватый. Кажется, мне уже давным-давно пора было перестать загадывать наперед — как неоднократно показывала практика, уж чем-чем, а гаданиями я себе на жизнь не заработал бы.

Что Сильен, что мои коллеги просто-таки горели желанием друг с другом познакомиться — к счастью, пребывая в неведении, насколько их желания взаимны, — вот только мне потворствовать этому их желанию совершенно не хотелось. В конце концов, мог у меня хоть где-то быть уголок, где я мог сосредоточиться на чем-то другом? На чем-то обычном, никак не связанным с делами моих бессмертных знакомых. Поэтому, когда Сью объявила о приходе моего предполагаемого парня, я уж точно мог быть спокоен, что это кто угодно, но не он — кроме Арранза никто не был в курсе точного адреса моей работы, а тот предпочитал оставаться невидимым. И его сложно в этом стремлении не понять. Я уже хотел было отмахнуться, как все же решил уточнить, о ком она — со Сьюзен сталось бы сосватать меня кому-то, а слухи вещь пакостная. Да и поди отвертись от того несчастного потом. Кого я уж точно не ожидал увидеть, так это Арранза.

Сьюзен была им очарована, это было заметно и невооруженным глазом, и единственной причиной, по которой она не взялась за кампанию по соблазнению Артура — нет, серьезно, чем ему свое имя не понравилось? — был я в качестве его парня. Сью, милая, ну неужели похоже, что мы можем состоять хоть в каких-то отношениях кроме деловых? Ну, погляди ты на него! Вместо того, чтобы высказать это вслух, на него смотрел я. Смотрел и подмечал то, чего не видели другие: Арранз едва держался на краю пропасти паники, и мне на какой-то миг и самому стало страшно — я не мог и представить, что могло случиться, чтобы довести его до такого состояния.