Hwyfar

Да и после того издевательства, которому меня подверг мой дорогой брат, стоило хорошенько отдохнуть, в конце концов, меня этой ночью еще ждал Факунд с его библиотекой.

Уже третий час ночи, а я стоял возле пресловутого университета в гордом одиночестве и ждал безнадежно опаздывающего Факунда. С ним никогда не знаешь наверняка, когда он опоздает, а когда придет вовремя; иногда мне казалось, что он делает это нарочно, следуя своему секретному календарю опозданий. И как только на занятия свои вовремя приходит? Задумавшись о том, какова вероятность того, что на работу он приходит в положенное время, и как в таком случае его заставить его быть пунктуальнее, я невольно пропустил момент его появления.

— Ты сейчас такой задумчивый стоишь, что это почти страшно, — произнес он, глядя на меня с любопытством. — Особенно зная о том, что может твориться у тебя в голове.

— Мог бы не опаздывать, — ворчливо отозвался я, заранее зная, что к его совести взывать совершенно бесполезно, — и тогда мне не пришлось бы пугать тебя своим выражением лица.

— А мы разве куда-то спешим? — удивился он. — Если я буду таким же пунктуальным, как ты, это нанесет непоправимый вред моей репутации. В нашей теплой компании хватит одного правильного тебя.

Возразить мне на это было решительно нечего, да и жаль было тратить время на нелепые пикировки, когда можно было сполна насладиться сегодняшней ночью. Как я и говорил: почти полная луна, заливавшая все вокруг тусклым холодным светом, россыпь звезд и никого в округе кроме меня, Факунда и важно прогуливавшегося серого кота, а тишина нарушалась лишь редкими порывами ветра. Не дав мне времени как следует осмотреться, — «Пока ты тут торчал, ты запросто мог все осмотреть, а сейчас мы идем внутрь», — он потащил меня по старым винтовым лестницам и лабиринту из коридоров; здание и правда выглядело старым и внушительным. Дойдя до тяжелой двустворчатой двери библиотеки, Факунд отчего-то воровато оглянулся и, приоткрыв дверь, махнул рукой, призывая следовать за ним.

— Я понимаю, что для тебя это филиал Рая на земле, или во что сейчас у смертных модно верить, но если ты начнешь — пусть даже вскользь — все это изучать с самого начала, то твой Видящий успеет состариться и умереть, равно как и его прапрапраправнуки и внуки их правнуков, — заметил друг, видя, что моя рука машинально потянулась к одному из фолиантов на полке.

— Ну, вот тебе и решение проблемы, — с некоторой долей сожаления отхожу от книжного шкафа.

— То есть ты согласен развязать своему драгоценному братцу руки своим отсутствием? — уточнил он таким тоном, словно подозревал меня в сумасшествии.

— Ничего, наломает дров, своротит полмира и прибежит. Ничего страшного, думаю, не произойдет, если я немного почитаю в свое удовольствие.

— А как же моя загубленная молодость? — вскрикнул Факунд, драматично заламывая руки, но тут же зажал себе ладонью рот и спрятался за ближайшим шкафом.

— Из насыпавшегося с тебя песка, можно не одни песочные часы сделать, какая молодость? — парировал я. Так же, как и ранее Факунд, я воровато оглянулся, а затем осторожно подошел к шкафу и полюбопытствовал: — От кого ты прячешься?

— Я немного неудачно пошутил кое над кем, поэтому лучше перестраховаться, — убедившись, что из ближайшего поворота на него никто покушаться не станет, он вышел из своего укрытия и пошел вперед уже своей привычной развязной походкой.

— Да ты теряешь хватку, друг мой, — присвистнул я.

Факунд что-то раздраженно пробурчал, но я не разобрал слов. До нужной секции добрались почти без приключений: всего-то три раза не туда свернули, едва не перепугали досмерти каким-то чудом пробравшегося внутрь кота, — он здесь выступал чем-то вроде местной легенды, — и почти свалили шкаф. Пока мой неудачливый друг искал свое письмо, я скользил взглядом по названиям на корешках; признаться, когда Факунд убеждал, что мне здесь понравится, душой он не покривил, мне здесь и правда начинало нравиться все больше и больше: пусть количество посвященных нашему народу и нашим же обычаям книг и уступало количеству в моей же библиотеке, но вот сама подборка весьма интриговала — заметил я тут парочку считавшихся пропавшими экземпляров. Правда, если задуматься, то их здесь вообще быть не должно.

— В чем подвох? — невольно вырвалось у меня.

— Прости, что? — он все еще возился с поисками.

— В чем подвох? — повторил я уже громче. — Откуда все это богатство? Да и зачем обычному человеческому университету такая коллекция?

— А, это, — Факунд небрежно отмахнулся и принялся тянуть довольно увесистый даже на вид том, едва не роняя его в процессе. — А с чего ты взял, что университет обычный? Ему столько лет, что история создания и строительства покрыта мраком. У нас среди студентов периодически негласные конкурсы даже устраиваются на самую зловещую или самую смешную, в общем, на самую интересную историю этого места.