Фандом: Гарри Поттер. Если б Грейнджер знала, чем для нее обернутся ближайшие дни, она бы точно не отправилась на задание в одиночку.
Добавить в моё избранное
139 мин, 40 сек 13313
Мы же договорились.
Драко даже зарычал от гнева.
— Ты… Ты… Наглая лгунья! Ну, точно, либо Слизерин, либо Гриффиндор! Ты же понимаешь, что я тебе это вранье припомню? Понимаешь?! Еще одна подобная выходка — и обратное превращение не удастся. Это тебе не шутки, Жаба! Еще что-нибудь в этом роде — и я тебя сам покусаю!
— Я это запомню, Малфой. Уж, поверь… А пока вычеркни это из списка ошибок. Да, я тебя обманул. Зато избавил от Эйвери. И давай уже вернемся к работе. Кстати, мог бы и «спасибо» сказать… — Не дождешься! — выпалил Драко, но внутренне все-таки сделал это. — Два-два… А, Жаба, похоже, не дура. Еще бы оказалась красивой…«— Я вычеркну яд. Вот только отменю твою магию — и в душ. И не смей подглядывать! Найди себе занятие на ближайшие несколько часов, ну кроме того, как доставать меня. Я привык работать в одиночестве. — Меня ждет месть. Хоть мелкая… но такая сладкая»…
… Камуфлет — подземный взрыв без образования воронки.
«Сотни раз неладна, потому что борьба с животным инстинктом превращается в пытку. Но почему я не человек? Почему? Всё стало бы гораздо проще: он — Малфой, я — Грейнджер. И это расставило бы все точки над» i«. Наверное… Работа важнее глупых соблазнов! Гарри должен узнать…»
Именно это вот уже несколько минут внушала себе застывшая в одной позе лягушка. Сидя в коридоре, не в силах переступить порога в комнату Драко, Гермиона не сводила взгляда от чуть приоткрытой двери в душевую.
«В конце концов, пару минут погоды не сделают. Я только одним глазком»…
Как говорится, если одна половина тебя жаждет, то вторая может и заткнуться на какое-то время. Не может — должна!
Гермиона кралась к заветной двери не спеша, смутно понимая, что пренебрегает всеми законами логики и здравого смысла. Но иначе не получалось. Потому что там — живительная влага, там — обнаженный Малфой… Он и вода это не просто магнит, это — черная дыра! И она затягивает в свою воронку.
Оказавшись совсем близко от двери, лягушка почти квакнула. Почти…
«Э, нет… Так не пойдет. Малфой меня услышит».
Гермиона вложила свою волшебную палочку в рот и закусила, искренне веря, что стиснутые челюсти не дадут забыться и выдать себя. Ничего получше придумать, к сожалению, не смогла. Да и передвигаться неслышно с палочкой было не слишком удобно.
Гермиона подтолкнула дверь в душевую и задержала дыхание.
Журчание воды пьянило и околдовывало. А ведь собиралась поплавать…
«Малфой сам виноват! Не смотри… Это всё равно что красная тряпка перед быком. Он — большой и сильный, и то не может устоять, а что уж говорить обо мне — слабой беззащитной лягушке».
Гермиона понимала, что стоит только слегка проникнуть внутрь, и она увидит… Малфоя. И не в мечтах, не во сне, а воочию! Увидит, как вода сбегает по обнаженному телу вниз… потоком… манящими каплями…
Это стало решающим: лягушка сделала маленький прыжок за порог.
Тихо приземлилась.
И застыла на месте, как зачарованная: это было даже лучше, чем она могла себе представить.
Нет, Гермиона видела Рона, но… она даже забыла об этом. Потому что Малфой предстал перед ней, без сомнения, в своем наилучшем ракурсе, а именно — со спины.
Заметь Драко «шпионку» в эту минуту, он бы понял, что на самом деле представляет из себя взгляд под названием«Малфой-я-тебя-съем».
Прозрачные струи стекали по спине, по бедрам, по лодыжкам… Он по очереди подставлял свои плечи под воду, позволяя не в меру любопытной лягушке увидеть его чуть сбоку.
Всё это дразнило, звало, соблазняло…
«Интересно, о чем он думает?»
Гермиона, как в замедленной съемке, следила за каждым движением Драко, чтобы не пропустить опасный момент: вдруг Малфой решит повернуться. Ведь нужно успеть сбежать с места преступления. И главное — вовремя!
А пока… Пока есть еще несколько секунд эстетического и животного блаженства. И они, уж точно, не помешают!
Воображение Гермионы рисовало чувственные картинки: вот она, обнаженная, неслышно подходит к Драко со спины, кончиками пальцев скользит сверху вниз по пояснице, по бедрам, заставляя его резко развернуться… Вот ловит взбешенный взгляд, когда Малфой понимает, кто перед ним… Вот Гермиона наслаждается тем, как эти серые сумасшедшие глаза жадно разглядывают ее тело… губы сталкиваются, когда он прижимает ее к стене… позволяет обхватить себя ногами… и решительно проникает в нее… снова и снова…
«О, да»…
И вдруг…
Гермиона даже не поняла, как это произошло. Ее волшебная палочка просто выпала из неосознанно приоткрывшегося рта, тихо ударившись о кафель. Но зачарованная лягушка этого и не заметила, потому что от возбуждения… предательски квакнула.
Ей бы бежать, но — о, Мерлин всемогущий — она влипла.
Драко даже зарычал от гнева.
— Ты… Ты… Наглая лгунья! Ну, точно, либо Слизерин, либо Гриффиндор! Ты же понимаешь, что я тебе это вранье припомню? Понимаешь?! Еще одна подобная выходка — и обратное превращение не удастся. Это тебе не шутки, Жаба! Еще что-нибудь в этом роде — и я тебя сам покусаю!
— Я это запомню, Малфой. Уж, поверь… А пока вычеркни это из списка ошибок. Да, я тебя обманул. Зато избавил от Эйвери. И давай уже вернемся к работе. Кстати, мог бы и «спасибо» сказать… — Не дождешься! — выпалил Драко, но внутренне все-таки сделал это. — Два-два… А, Жаба, похоже, не дура. Еще бы оказалась красивой…«— Я вычеркну яд. Вот только отменю твою магию — и в душ. И не смей подглядывать! Найди себе занятие на ближайшие несколько часов, ну кроме того, как доставать меня. Я привык работать в одиночестве. — Меня ждет месть. Хоть мелкая… но такая сладкая»…
… Камуфлет — подземный взрыв без образования воронки.
Глава 6. Неизбежное неизбежно
Будь она неладна: эта природа!«Сотни раз неладна, потому что борьба с животным инстинктом превращается в пытку. Но почему я не человек? Почему? Всё стало бы гораздо проще: он — Малфой, я — Грейнджер. И это расставило бы все точки над» i«. Наверное… Работа важнее глупых соблазнов! Гарри должен узнать…»
Именно это вот уже несколько минут внушала себе застывшая в одной позе лягушка. Сидя в коридоре, не в силах переступить порога в комнату Драко, Гермиона не сводила взгляда от чуть приоткрытой двери в душевую.
«В конце концов, пару минут погоды не сделают. Я только одним глазком»…
Как говорится, если одна половина тебя жаждет, то вторая может и заткнуться на какое-то время. Не может — должна!
Гермиона кралась к заветной двери не спеша, смутно понимая, что пренебрегает всеми законами логики и здравого смысла. Но иначе не получалось. Потому что там — живительная влага, там — обнаженный Малфой… Он и вода это не просто магнит, это — черная дыра! И она затягивает в свою воронку.
Оказавшись совсем близко от двери, лягушка почти квакнула. Почти…
«Э, нет… Так не пойдет. Малфой меня услышит».
Гермиона вложила свою волшебную палочку в рот и закусила, искренне веря, что стиснутые челюсти не дадут забыться и выдать себя. Ничего получше придумать, к сожалению, не смогла. Да и передвигаться неслышно с палочкой было не слишком удобно.
Гермиона подтолкнула дверь в душевую и задержала дыхание.
Журчание воды пьянило и околдовывало. А ведь собиралась поплавать…
«Малфой сам виноват! Не смотри… Это всё равно что красная тряпка перед быком. Он — большой и сильный, и то не может устоять, а что уж говорить обо мне — слабой беззащитной лягушке».
Гермиона понимала, что стоит только слегка проникнуть внутрь, и она увидит… Малфоя. И не в мечтах, не во сне, а воочию! Увидит, как вода сбегает по обнаженному телу вниз… потоком… манящими каплями…
Это стало решающим: лягушка сделала маленький прыжок за порог.
Тихо приземлилась.
И застыла на месте, как зачарованная: это было даже лучше, чем она могла себе представить.
Нет, Гермиона видела Рона, но… она даже забыла об этом. Потому что Малфой предстал перед ней, без сомнения, в своем наилучшем ракурсе, а именно — со спины.
Заметь Драко «шпионку» в эту минуту, он бы понял, что на самом деле представляет из себя взгляд под названием«Малфой-я-тебя-съем».
Прозрачные струи стекали по спине, по бедрам, по лодыжкам… Он по очереди подставлял свои плечи под воду, позволяя не в меру любопытной лягушке увидеть его чуть сбоку.
Всё это дразнило, звало, соблазняло…
«Интересно, о чем он думает?»
Гермиона, как в замедленной съемке, следила за каждым движением Драко, чтобы не пропустить опасный момент: вдруг Малфой решит повернуться. Ведь нужно успеть сбежать с места преступления. И главное — вовремя!
А пока… Пока есть еще несколько секунд эстетического и животного блаженства. И они, уж точно, не помешают!
Воображение Гермионы рисовало чувственные картинки: вот она, обнаженная, неслышно подходит к Драко со спины, кончиками пальцев скользит сверху вниз по пояснице, по бедрам, заставляя его резко развернуться… Вот ловит взбешенный взгляд, когда Малфой понимает, кто перед ним… Вот Гермиона наслаждается тем, как эти серые сумасшедшие глаза жадно разглядывают ее тело… губы сталкиваются, когда он прижимает ее к стене… позволяет обхватить себя ногами… и решительно проникает в нее… снова и снова…
«О, да»…
И вдруг…
Гермиона даже не поняла, как это произошло. Ее волшебная палочка просто выпала из неосознанно приоткрывшегося рта, тихо ударившись о кафель. Но зачарованная лягушка этого и не заметила, потому что от возбуждения… предательски квакнула.
Ей бы бежать, но — о, Мерлин всемогущий — она влипла.
Страница 18 из 41
