Жаба Джин Грейнджер

Что тут скажешь? Но Драко ведь не видит. Не замечает ее жадных глаз. Не понимает, как она заводится от вида его члена, подчиняясь доминирующему в данный момент инстинкту.

«Нет! Хватит… Не смотри! Забудь. Вспомни, что Малфой струсил. Вспомни… Он так и не поцеловал тебя. Не поцеловал»…

Спящий Драко слегка повернулся набок, почти как прошлой ночью… Солнечный свет играл в его волосах, зайчиками скользил по шее. Ресницы отбрасывали тень, кажущуюся угольной в контрасте со светлой кожей. Губы чуть приоткрылись…

Драко спал.

Безмятежно. Сладко.

Ни злости. Ни высокомерия. Ни заносчивости.

Не враг — просто человек. Которого можно полюбить.

Лягушка подкралась поближе, всматриваясь в казавшееся особенно красивым лицо. Она хотела запомнить его таким.

Гермиона уловила аромат. Незнакомый и памятный. Такой далекий и интимный одновременно. От Драко веяло теплом, нежностью и лаской. И… любовью. Так пахнет только родной человек. Это не зов природы, а что-то необъяснимое и высокое. Наверное, так и рождается духовная близость…

Губы Драко совсем рядом. Настолько, что можно ощутить его дыхание.

Сердце Гермионы… Оно замирало… хотело… подталкивало.

Шептало, что сейчас особый момент.

Волшебный.

Неповторимый.

«О господи, нет сил»…

Гермиона сама не заметила, как приблизилась к Драко вплотную и едва-едва коснулась губ губами…

И легкого невинного поцелуя хватило, чтобы внутри всё перевернулось. Чтобы взволнованное сердце снова стало человеческим. Гермиона стала собой, но оторваться от губ она так и не смогла.

Всего секунда… и ресницы Малфоя дрогнули.

Спросонья ощущая необыкновенно нежное прикосновение, разум Драко всё никак не мог осознать происходящее.

Его целуют.

Целуют немного робко, даже целомудренно, но — о, черт! — как сладко и восхитительно. Даже в этой мимолетной ласке чувствуется желание: жгучее и страстное.

Её желание.

А разум еще спит и не понимает — кто это…

Только губы сами собой движутся в ответ, позволяя чуть углубить взаимное единение. Окутанный сладким дыханием Драко невольно, неосознанно касается руки незнакомки кончиками пальцев…

Еще секунда… и его губы замирают. И рука тоже.

«Стоп! В постели… девушка?!»

Реальность врывается диким вихрем в одурманенное сознание.

«Девушка»…

«Лягушка!»

Она поцеловала его.

Драко почувствовал, как незнакомка отстранилась.

«Наглая. Отчаянная. Дурочка»… — с волнением.

Все будто замерло на один миг… Второй… Третий…

Гермиона испуганно, с гулко стучащим о ребра сердцем, следила, как глаза Драко открываются…

За доли секунды Малфой всё понял: он узнает этот взгляд из тысячи!

«Это… Грейнджер!»

… Стихи в главе — выдержка из стиха П. Давыдова. Очень надеюсь, что воспроизвела их по памяти без особых ошибок. Я знаю, это дикое АУ. Но подошли как нельзя лучше.

Глава 8. Долго и счастливо?

По взгляду Драко стало понятно:

Беги, Гермиона…

Беги из его дома. Из города. А еще лучше — из страны.

Нет, с планеты!

Беги и забудь о соблазнах. Будто не было этого кошмара, прошлой ночи и обжигающе-чувственных слов. Выброси из головы мечты о губах, дурманящих поцелуями. Навсегда! Ты ведь уже не лягушка — волшебница. Уноси ноги немедленно — Малфой убьет тебя. Заавадит к чертям собачим.

Дважды!

— Доброе утро, — единственное, что смогла прошептать под уничтожающим взглядом.

«Доброе утро? Ты совсем рехнулась? Что с тобой? Палочка… Где моя палочка?» — только это сейчас важно.

Гермиона на миг паникует, но тут же берет себя в руки.

А чуда не происходит: Драко будто ошпаренный шарахается от нее. Отползает, как от чумной, в поисках палочки.

— О, чтоб тебя! — падает с кровати.

Беги, дура.

И это, возможно, последняя разумная мысль. У обоих.

Гермиона старается дотянуться до своей палочки. Она так близко… И безнадежно далеко.

Но Малфою никак не добраться до своей, а сознание анализирует происходящее. Сумасшедший, бегающий по сторонам взгляд — и мозг Драко оценивает возможные шансы на возмездие с потрясающей скоростью: ему не успеть. Грейнджер исчезнет раньше, чем он отомстит. Нападать, конечно, не станет из-за долбаной гриффиндорской благодарности, но если аппарирует… Достать будет сложнее.

А эту нахалку надо удержать. Нельзя отпускать ее безнаказанной! Провести Малфоя и не поплатиться за это? Нет уж! Дудки! Он любит взрослые игры.

Стремительный выпад в сторону…

Гермиона ошалело хватает палочку и трангрессирует, понимая — Малфой вцепился мертвой хваткой.

И это уже точно… катастрофа.

После аппарации их отбрасывает в разные стороны.