Тематики

Сидя в кабинете у шефа, он думал о том, что его сделают начальником регионального отдела, и был втайне очень рад этому, потому что по такому случаю обязательно устроят попойку, и будет возможность организовать себе «третий день». Виктор Степанович вполуха слушал, что рассказывает о его потенциале шеф, погружаясь тем временем в воспоминания о двух предыдущих Днях. Теплое, уставшее и податливое тело мальчика, его стоны, тихий шепот, на грани слышимого: «Глубже». Виктор Степанович нервно облизнул губы и резко вернулся в реальность — нечеловеческим усилием воли.

— Поэтому, Виктор, я ухожу, и считаю, что именно ты должен занять мое место. Совет директоров неформально уже одобрил твое повышение, для формальности нужно только согласие — сам понимаешь, опростоволоситься никому не охота. Коллеги поймут, жену свою порадуешь.

Шеф тепло улыбался и даже предложил Виктору Степановичу отметить «это дело», но талантливый бухгалтер пулей вылетел из кабинета и побежал вниз, к машине.

— Жене, небось, рассказывать полетел, — прокомментировал происходящее Виталик.

Виктор Степанович, однако, жене звонить не стал. Извлек из бардачка заветную трубку, набрал номер и стал ждать.

— Надо встретиться, — тихо пробормотал он.

— Сейчас? — удивленно спросили на том конце.

— Да, — срывающимся голосом ответил Виктор.

— В «Шоколаднице», где в прошлый раз, — отозвался голос.

В кафетерии Виктор Степанович сумел взять себя в руки, заказал сложный десерт, необычный сорт кофе и стал ждать. Обычно ждать приходилось десять-пятнадцать минут, но на этот раз ожидание затянулось.

Виктор Степанович поглощал сложный десерт, запивал необычным сортом кофе и думал о том, что заканчивать работу он теперь будет не раньше девяти часов, значит либо придется врать Любочке нагло и жестоко (но тогда лучше развод), либо нужно навсегда отказаться от своего отвратительного хобби. Пусть даже без него он начинает терять концентрацию и делает на работе ошибки в элементарных расчетах.

Наконец, к нему подсел «голос». Мужчина с зарождающейся сединой в волосах, в кожаной куртке и кипенно-белой рубашке. Виктор знал, что для «голоса» белая рубашка была куда более серьезным фетишем, чем кожа.

— Жена? — сходу начал «голос».

Виктор помотал головой, допил залпом кофе и выдал:

— Повысили.

— У-у-у, — мужчина сочувственно кивнул. — Бывает.

— Мне нужны альтернативы, — Виктор достал из кармана заранее приготовленный конверт и положил на стол перед собеседником. Тот принял конверт, мельком глянул внутрь и убрал во внутренний карман куртки.

— Тебе развод нужен, а не альтернативы, ты так разоришься, — нахмурился седовласый.

— Дмитрий Сергеевич, только жить не учите, — Виктор поморщился. Сейчас назвать его по отчеству не смогли бы даже коллеги — он сидел в кресле расслабленно, на лице была смесь отчаяния и безразличия, а чуть приспущенный галстук добавлял образу хулиганских оттенков.

— Зачем тебе это надо — жена, карьера? Три раза в неделю, за последний месяц десять раз, — Дмитрий Сергеевич продемонстрировал десять пальцев. — Любочке когда доставалось? Полгода назад?

— Любочке досталось бриллиантовое колье, — Виктор снова поморщился. — Её всё устраивает, меня всё устраивает.

— Если б тебя всё устраивало, мы были бы незнакомы, — рассмеялся Дмитрий Сергеевич.

Виктор безразлично пожал плечами. Они допили кофе, и разговор потек плавным потоком.

— Можно посмотреть варианты с квартирами. Модели назначают время сами, когда удобно не заявишься.

— Не вариант, у меня будет час-два на все про все.

— Ты себе нервы сожрешь через месяц, если у тебя будет час-два.

— Дальше что есть?

— Упрямый мудак ты, вот ты кто. Можно попробовать где-нибудь недалеко от твоего офиса. Буду смотреть, кто свободен, три-четыре на выбор.

— Рядом с офисом нельзя.

— Упрямый мудак и есть. Разведись, что ты теряешь? Горячий борщ? Найдешь себе модель с талантами по части кулинарии, будет семь раз в неделю и с борщом, бесплатно.

— Я ее люблю, отвяжитесь.

— Учитывая сумму, я могу найти тебе модель на постоянной основе. Научу ее искать подходящие койки, будете встречаться хоть по всей Москве.

— А вы? — Виктор выдавил из себя два заветных слова и уставился на собственные ботинки. Плавный поток слов прервался, воцарилась тишина.

— Я? — переспросил, риторически, конечно, Дмитрий Сергеевич. Достал из кармана конверт, брякнул им прямо в тарелку с остатками сложного десерта перед Виктором и резко встал на ноги. — Я похож на шлюху?

Виктор Степанович смог поднять взгляд только через несколько минут, когда рядом не было ни Дмитрия, ни даже отзвуков его одеколона. Конверт валялся в тарелке, Виктор забрал из него деньги, расплатился за скромный ужин и пошел к авто.