Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт побеждён, дети главных героев растут и учатся в Хогвартсе. Но после победы всё поменялось местами: Уизли стали богатой и влиятельной семьёй, на чистокровок смотрят с подозрением, а подчёркивать свои волшебные таланты «не толерантно». Роза Уизли считает это несправедливым и решает взбунтоваться. Она поступит на другой факультет, подружится с чистокровкой и доставит ещё много хлопот — например, использует Выручай-комнату для выявления всех несправедливостей, произошедших в Хогвартсе со дня его основания.
Добавить в моё избранное
368 мин, 15 сек 19275
Он не издевался над другими, не участвовал в доброй половине слизеринских проделок и казался нечувствительным к предубеждениям против себя. Разве что отпустить пару колкостей любил всегда. Зато таких, что после них приходилось неделями ходить, наведя на себя Щитовые чары — так, на всякий случай. Впрочем, участвовать в забавах слизеринцев ему мешала не совесть или жалость, а всего лишь эстетическое чувство: грубая или глупая проделка была ему противна. Вот и Пожиратели Смерти раздражали Скорпиуса своей глупостью и узостью интересов:«Шайка бандитов, да и только».
— Единственным учеником, среди предков которого есть Пожиратели Смерти, если быть точным, — теперь уже он отвесил издевательский поклон и снова уселся на камне. — Неплохую ты привела аналогию: герои и злодеи. Твой отец, я думаю, был бы в восторге, — Скорпиус хитро усмехнулся.
Роза усмехнулась в ответ:
— Да уж. Я просто считаю, что каждому из нас можно позволить быть собой, а не чьим-то потомком.
— Поэтому ты и пошла на Рейвенкло? — этот вопрос давно интересовал Малфоя. Было даже заметно, что, несмотря на деланно-небрежный тон, он стал слушать гораздо внимательнее. Он слишком любил загадки и секреты. Они были настоящей страстью Скорпиуса.
— Меня отправила Шляпа, — пожала плечами Роза. Впрочем… к чему скрывать? Она махнула рукой и устроилась на втором булыжнике. — Нет. Конечно, я выбрала Рейвенкло сама. По-моему, Шляпа отправила бы меня на любой факультет.
— Тогда… — вкрадчиво, чтобы не спугнуть, поинтересовался Скорпиус. — Почему не Слизерин?
— Ага, — развеселилась Роза, — и ходить всё время под Щитовыми чарами, как ты?
— Ну, не так часто я под ними хожу… — смутился Скорпиус. — Только после того, как заговорил гриффиндорский плакат на матче по квиддичу.
— И когда ты подмешал в сок гриффиндорцам какое-то зелье, которое мешало правильно произнести пароль. И ещё когда ты заколдовал плющ на их стороне так, чтобы он рос в сто раз быстрее, и куча народа проспало, потому что они проснулись в полной темноте…
Она беззаботно болтала ногами и перечисляла те немногие «подвиги», которыми отличился весьма спокойный и даже равнодушный Скорпиус. Ему невольно стало приятно. Он гордился своим колдовством, тем более что на территории школы почти невозможно было отыскать предметы, поддающиеся хоть каким-нибудь заклинаниям. Но Скорпиус не дал сбить себя с толку:
— Так почему не другие факультеты, Роза?
Он впервые назвал её по имени. Не «мисс Уизли», как случалось, когда они пересекались на совместных уроках.
— Потому что… — Роза зарылась ботинками в траву. — Потому что Рейвенкло на всё наплевать, — она помедлила и добавила: — Скорпиус. На Хаффлпаффе меня бы просто затискали, как плюшевого медвежонка, на Гриффиндоре ходили бы смотреть, как на диковинку в зоопарке. А здесь я могу спокойно учиться. И, кстати, это единственный факультет, где быть отличницей вовсе не зазорно.
Скорпиус улыбнулся. Случайный прохожий, глядя на детей со стороны, удивился бы, насколько понимающей и даже нежной была эта улыбка. Ему импонировала эта всезнайка с синего факультета, похожая на ёжика: остренькие черты лица, недоверчивые глаза, спутанная грива волос и слегка ворчливый голос. Пожалуй, с ней даже не было скучно.
— Знаешь, как шутят… — Малфой заставил травинку левитировать. — «На Слизерине говорят:» Дай списать, а не то«…, на Гриффиндоре:» Дай списать, если ты мне друг«, на Хаффлпаффе:» Дай списать, сделай доброе дело«, а на Рейвенкло:» Не давай списывать, лучше объясни«.»
Роза залилась радостным смехом. А ведь к пруду её загнали совсем нерадостные мысли. Кажется… она уже и не помнила, что случилось. Роза часто грустила без всякого повода, в отличие от бойкой Лили, особенно после прочтения «Истории Хогвартса». Мама отдала ей свой учебник, с обильными подчёркиваниями в главе о домовых эльфах. Нет, Розу не волновало их положение: в Хогвартсе они жили лучше, чем где бы то ни было, а когда папа захотел пригласить эльфа в Нору, мама потребовала, чтобы это был свободный эльф, получающий зарплату. В результате, эльфа там нет до сих пор. Просто… нет, не будем об этом.
— Скорпиус, а почему Шляпа задумалась, когда тебя распределяла?
— Угадай, — самодовольно усмехнулся Малфой.
— Хотела отправить куда-то ещё, — пожала плечами Роза. — Я о том, куда именно?
— На Гриффиндор или Рейвенкло. Но родители бы не поняли, — Малфой заставил травинку изобразить изогнутую змею Слизерина.
— Гриффиндор?! — Роза свела брови на переносице, и травинка превратилась из змеи в вопросительный знак. Скорпиус поставил щит. Травинка разлетелась в клочья.
— Меня радует, что тебя не удивил Рейвенкло.
— Всегда готова пожать руку таланту, — Роза склонила голову набок, — но ты никогда не казался мне бесшабашным искателем приключений.
Малфою даже захотелось обидеться.
— Единственным учеником, среди предков которого есть Пожиратели Смерти, если быть точным, — теперь уже он отвесил издевательский поклон и снова уселся на камне. — Неплохую ты привела аналогию: герои и злодеи. Твой отец, я думаю, был бы в восторге, — Скорпиус хитро усмехнулся.
Роза усмехнулась в ответ:
— Да уж. Я просто считаю, что каждому из нас можно позволить быть собой, а не чьим-то потомком.
— Поэтому ты и пошла на Рейвенкло? — этот вопрос давно интересовал Малфоя. Было даже заметно, что, несмотря на деланно-небрежный тон, он стал слушать гораздо внимательнее. Он слишком любил загадки и секреты. Они были настоящей страстью Скорпиуса.
— Меня отправила Шляпа, — пожала плечами Роза. Впрочем… к чему скрывать? Она махнула рукой и устроилась на втором булыжнике. — Нет. Конечно, я выбрала Рейвенкло сама. По-моему, Шляпа отправила бы меня на любой факультет.
— Тогда… — вкрадчиво, чтобы не спугнуть, поинтересовался Скорпиус. — Почему не Слизерин?
— Ага, — развеселилась Роза, — и ходить всё время под Щитовыми чарами, как ты?
— Ну, не так часто я под ними хожу… — смутился Скорпиус. — Только после того, как заговорил гриффиндорский плакат на матче по квиддичу.
— И когда ты подмешал в сок гриффиндорцам какое-то зелье, которое мешало правильно произнести пароль. И ещё когда ты заколдовал плющ на их стороне так, чтобы он рос в сто раз быстрее, и куча народа проспало, потому что они проснулись в полной темноте…
Она беззаботно болтала ногами и перечисляла те немногие «подвиги», которыми отличился весьма спокойный и даже равнодушный Скорпиус. Ему невольно стало приятно. Он гордился своим колдовством, тем более что на территории школы почти невозможно было отыскать предметы, поддающиеся хоть каким-нибудь заклинаниям. Но Скорпиус не дал сбить себя с толку:
— Так почему не другие факультеты, Роза?
Он впервые назвал её по имени. Не «мисс Уизли», как случалось, когда они пересекались на совместных уроках.
— Потому что… — Роза зарылась ботинками в траву. — Потому что Рейвенкло на всё наплевать, — она помедлила и добавила: — Скорпиус. На Хаффлпаффе меня бы просто затискали, как плюшевого медвежонка, на Гриффиндоре ходили бы смотреть, как на диковинку в зоопарке. А здесь я могу спокойно учиться. И, кстати, это единственный факультет, где быть отличницей вовсе не зазорно.
Скорпиус улыбнулся. Случайный прохожий, глядя на детей со стороны, удивился бы, насколько понимающей и даже нежной была эта улыбка. Ему импонировала эта всезнайка с синего факультета, похожая на ёжика: остренькие черты лица, недоверчивые глаза, спутанная грива волос и слегка ворчливый голос. Пожалуй, с ней даже не было скучно.
— Знаешь, как шутят… — Малфой заставил травинку левитировать. — «На Слизерине говорят:» Дай списать, а не то«…, на Гриффиндоре:» Дай списать, если ты мне друг«, на Хаффлпаффе:» Дай списать, сделай доброе дело«, а на Рейвенкло:» Не давай списывать, лучше объясни«.»
Роза залилась радостным смехом. А ведь к пруду её загнали совсем нерадостные мысли. Кажется… она уже и не помнила, что случилось. Роза часто грустила без всякого повода, в отличие от бойкой Лили, особенно после прочтения «Истории Хогвартса». Мама отдала ей свой учебник, с обильными подчёркиваниями в главе о домовых эльфах. Нет, Розу не волновало их положение: в Хогвартсе они жили лучше, чем где бы то ни было, а когда папа захотел пригласить эльфа в Нору, мама потребовала, чтобы это был свободный эльф, получающий зарплату. В результате, эльфа там нет до сих пор. Просто… нет, не будем об этом.
— Скорпиус, а почему Шляпа задумалась, когда тебя распределяла?
— Угадай, — самодовольно усмехнулся Малфой.
— Хотела отправить куда-то ещё, — пожала плечами Роза. — Я о том, куда именно?
— На Гриффиндор или Рейвенкло. Но родители бы не поняли, — Малфой заставил травинку изобразить изогнутую змею Слизерина.
— Гриффиндор?! — Роза свела брови на переносице, и травинка превратилась из змеи в вопросительный знак. Скорпиус поставил щит. Травинка разлетелась в клочья.
— Меня радует, что тебя не удивил Рейвенкло.
— Всегда готова пожать руку таланту, — Роза склонила голову набок, — но ты никогда не казался мне бесшабашным искателем приключений.
Малфою даже захотелось обидеться.
Страница 5 из 104
