Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт побеждён, дети главных героев растут и учатся в Хогвартсе. Но после победы всё поменялось местами: Уизли стали богатой и влиятельной семьёй, на чистокровок смотрят с подозрением, а подчёркивать свои волшебные таланты «не толерантно». Роза Уизли считает это несправедливым и решает взбунтоваться. Она поступит на другой факультет, подружится с чистокровкой и доставит ещё много хлопот — например, использует Выручай-комнату для выявления всех несправедливостей, произошедших в Хогвартсе со дня его основания.
Добавить в моё избранное
368 мин, 15 сек 19434
Пламя в камине сменило цвет на бирюзовый, над каминной полкой в воздухе повисла надпись «Даниэль Мёрквуд», и из огня на ковёр шагнула фигура в дорожном плаще, видимо, защищавшем от пепла костюм. Лицо фигуры было скрыто в тени капюшона. Едва не ударившись в спешке об угол стола, Миранда постучалась в дверь хозяйского кабинета и пискнула: «Госпожа Уизли, к Вам мистер Мёрквуд». Прибытие гостя, одетого, как лодочник Стикса, буквально застало секретаря врасплох. Хозяйка вышла из кабинета, а гость, одним взмахом руки избавившись от растаявшего в воздухе плаща, сделал шаг по направлению к ней.
— Мисс Уизли? — гость говорил с чистейшим британским произношением, но вкрадчивый баритон и неожиданные интонации создавали впечатление акцента, ни то немецкого, ни то французского. Во всяком случае, звук «л» он произносил слишком мягко, как«ль».
— Леди Малфой, — холодно поправила пришельца Розалин Уизли. Миранда округлила глаза: она не могла вспомнить, что бы её начальница использовала свой титул на работе. Ещё более непривычным для Миранды был ледяной тон, которым была сказана фраза. Розалин разговаривала доброжелательно даже со своими конкурентами, что, впрочем, отнюдь не облегчало участь последних. — Мистер, — она выдержала паузу, — Мёрквуд?
— Абсолютно точно, — пришелец широко улыбнулся, показав крепкие белые зубы: передние чуть крупнее обычного, между ними была заметна небольшая щёлка. — Надеюсь, наши отношения станут гораздо более плодотворными, чем до этого, — с этими словами он протянул ей руку для рукопожатия.
— Возможно, — Роза демонстративно проигнорировала намёк, явственно прозвучавший в слове «отношения», и вложила свою руку в его. Мёрквуд, с неожиданной ловкостью перевернул её руку ладонью вниз, поднёс к губам и поцеловал. На лице Розы не дрогнула ни одна чёрточка. Она не собиралась с выражением оскорблённого достоинства вырывать руку из его ладоней, словно дебютантка на балу. Вместо этого равнодушно констатировала: — Если с взаимными любезностями покончено, прошу Вас пройти в мой кабинет, — после чего резко развернулась на каблуках и направилась обратно в кабинет. Мёрквуд последовал за ней, лениво скользнув взглядом по обстановке приёмной. На Миранде, сидевшей за столом и украдкой следившей за поведением бизнесмена, его взгляд на секунду задержался. Мёрквуд сощурился, как сытый кот, заметивший в кустах канарейку, и чуть-чуть, самыми уголками губ, улыбнулся. Что-то в его взгляде заставило Миранду смущённо отвести глаза.
Оставшись наедине со своими эмоциями и в который раз убедившись, что подслушивать под дверью любого Уизли неэффективно, мисс Стил решила хотя бы воспроизвести в памяти образ «загадочного Даниэля Мёрквуда», раз ей выпала редкая удача получить столь эксклюзивное воспоминание, которым, правда, даже с подругой не поделишься. Итак, таблоиды не врут, и он действительно исключительно красив: длинные ресницы, густые, чёрные и прямые, как стрелы, мягкая, аккуратная линия носа со слегка выпуклой спинкой, очерченные скулы, чувственные полные губы со скульптурно-чёткой верхней линией… Великий Мерлин, а эти движения, эта пластика… Последний раз Миранда была настолько близка к состоянию фанатского безумия, когда в Эдинбург приезжала известная рок-группа «Моё проклятие». Сейчас ей снова хотелось завизжать, забросать орхидеями «предмет страсти», а потом попросить как минимум автограф. Ей уже давно не пятнадцать, а обаятельный мужчина в кабинете начальницы был главным конкурентом компании, где она работала, но… Какое это имело значение?
Женщина, стоявшая по другую сторону двери кабинета, могла бы добавить к портрету посетителя совершенно другие детали: «… неровные нижние зубы, стоящие в шахматном порядке, безвольный подбородок и слишком маленькие, по-детски округлые ушки»… Именно так, «ушки». Уменьшительно-ласкательные суффиксы в словах и даже мыслях Розы Уизли предвещали грандиозный «разбор полётов». И действительно, едва за гостем закрылась дверь, она подошла к своему рабочему столу, резко обернулась и, опираясь на столешницу ладонями, произнесла властным, не терпящим возражений тоном, сделавшим бы честь любой выпускнице Слизерина:
— Как ты это объяснишь, Альбус Северус Поттер? Почему я имею честь принимать у себя некоего «Даниэля Мёрквуда»?!
На её оппонента это не произвело впечатления. Он недоумённо повёл бровями и произнёс, не спеша прохаживаясь по кабинету:
— Возможно, потому, что «земную жизнь пройдя до половины, я оказался в сумрачном лесу»…. Это имеет значение? — у него была раздражающая и смущающая собеседника привычка проводить кончиками пальцев по предметам, находившимся в зоне досягаемости. Вот он обвёл указательным пальцем линию каминной полки, а вот — легонько провёл ладонью по спинке кресла для посетителей. Роза поймала себя на том, что невольно следит за его движениями. — Можешь называть меня Альбусом, но вообще-то я Даниэль и останусь именно им.
— Мисс Уизли? — гость говорил с чистейшим британским произношением, но вкрадчивый баритон и неожиданные интонации создавали впечатление акцента, ни то немецкого, ни то французского. Во всяком случае, звук «л» он произносил слишком мягко, как«ль».
— Леди Малфой, — холодно поправила пришельца Розалин Уизли. Миранда округлила глаза: она не могла вспомнить, что бы её начальница использовала свой титул на работе. Ещё более непривычным для Миранды был ледяной тон, которым была сказана фраза. Розалин разговаривала доброжелательно даже со своими конкурентами, что, впрочем, отнюдь не облегчало участь последних. — Мистер, — она выдержала паузу, — Мёрквуд?
— Абсолютно точно, — пришелец широко улыбнулся, показав крепкие белые зубы: передние чуть крупнее обычного, между ними была заметна небольшая щёлка. — Надеюсь, наши отношения станут гораздо более плодотворными, чем до этого, — с этими словами он протянул ей руку для рукопожатия.
— Возможно, — Роза демонстративно проигнорировала намёк, явственно прозвучавший в слове «отношения», и вложила свою руку в его. Мёрквуд, с неожиданной ловкостью перевернул её руку ладонью вниз, поднёс к губам и поцеловал. На лице Розы не дрогнула ни одна чёрточка. Она не собиралась с выражением оскорблённого достоинства вырывать руку из его ладоней, словно дебютантка на балу. Вместо этого равнодушно констатировала: — Если с взаимными любезностями покончено, прошу Вас пройти в мой кабинет, — после чего резко развернулась на каблуках и направилась обратно в кабинет. Мёрквуд последовал за ней, лениво скользнув взглядом по обстановке приёмной. На Миранде, сидевшей за столом и украдкой следившей за поведением бизнесмена, его взгляд на секунду задержался. Мёрквуд сощурился, как сытый кот, заметивший в кустах канарейку, и чуть-чуть, самыми уголками губ, улыбнулся. Что-то в его взгляде заставило Миранду смущённо отвести глаза.
Оставшись наедине со своими эмоциями и в который раз убедившись, что подслушивать под дверью любого Уизли неэффективно, мисс Стил решила хотя бы воспроизвести в памяти образ «загадочного Даниэля Мёрквуда», раз ей выпала редкая удача получить столь эксклюзивное воспоминание, которым, правда, даже с подругой не поделишься. Итак, таблоиды не врут, и он действительно исключительно красив: длинные ресницы, густые, чёрные и прямые, как стрелы, мягкая, аккуратная линия носа со слегка выпуклой спинкой, очерченные скулы, чувственные полные губы со скульптурно-чёткой верхней линией… Великий Мерлин, а эти движения, эта пластика… Последний раз Миранда была настолько близка к состоянию фанатского безумия, когда в Эдинбург приезжала известная рок-группа «Моё проклятие». Сейчас ей снова хотелось завизжать, забросать орхидеями «предмет страсти», а потом попросить как минимум автограф. Ей уже давно не пятнадцать, а обаятельный мужчина в кабинете начальницы был главным конкурентом компании, где она работала, но… Какое это имело значение?
Женщина, стоявшая по другую сторону двери кабинета, могла бы добавить к портрету посетителя совершенно другие детали: «… неровные нижние зубы, стоящие в шахматном порядке, безвольный подбородок и слишком маленькие, по-детски округлые ушки»… Именно так, «ушки». Уменьшительно-ласкательные суффиксы в словах и даже мыслях Розы Уизли предвещали грандиозный «разбор полётов». И действительно, едва за гостем закрылась дверь, она подошла к своему рабочему столу, резко обернулась и, опираясь на столешницу ладонями, произнесла властным, не терпящим возражений тоном, сделавшим бы честь любой выпускнице Слизерина:
— Как ты это объяснишь, Альбус Северус Поттер? Почему я имею честь принимать у себя некоего «Даниэля Мёрквуда»?!
На её оппонента это не произвело впечатления. Он недоумённо повёл бровями и произнёс, не спеша прохаживаясь по кабинету:
— Возможно, потому, что «земную жизнь пройдя до половины, я оказался в сумрачном лесу»…. Это имеет значение? — у него была раздражающая и смущающая собеседника привычка проводить кончиками пальцев по предметам, находившимся в зоне досягаемости. Вот он обвёл указательным пальцем линию каминной полки, а вот — легонько провёл ладонью по спинке кресла для посетителей. Роза поймала себя на том, что невольно следит за его движениями. — Можешь называть меня Альбусом, но вообще-то я Даниэль и останусь именно им.
Страница 63 из 104
