Ключ

Она поплевала на ладошку и, пока Маркиз не опомнился, звонко шлёпнула его по ладони, закрепляя пари.

— Спорим! Только если я выиграю, ты будешь у меня в долгу.

— Ну вот, была такая милая девочка, — с фальшивым разочарованием пробормотал Карабас. — А теперь торгуется. И с кем? Со мной!

… Станция «Энджел» располагается в районе Лондона Ислингтон. Ангел Ислингтон — основной отрицательных персонаж«Задверья».

Жужжание разговоров действовало Ричарду на нервы. Пятница, бар, коллеги. Вот Гарри встал — видимо, отлучиться в «комнату для мальчиков» — и девушка из техподдержки, которая весь вечер строила Ричарду глазки, пересела на освободившийся стул. Совсем рядом с ним, так что можно было различить запах её духов. Что-то новое, модное и химическое. Впрочем, то же самое можно было сказать и о самом баре, и о подававшихся в нём напитках, и даже о помаде, которую она бездумно слизывала каждый раз, когда закусывала губу.

Вся его дальнейшая жизнь ясно предстала перед глазами, как будто на огромном экране «Одеона». Сегодня он приведёт её к себе домой, они займутся сексом — нежно и неторопливо, и всё утро проведут в постели, ведь завтра суббота. К обеду они встанут, вместе распакуют оставшиеся ящики и расставят по местам его вещи. Через год — а может, и раньше — он на ней женится. Получит ещё одно повышение. У них будут двое детей, мальчик и девочка. Они переедут в пригород ….

Ричард знал, что это будет совсем неплохая жизнь. И всё же…

Когда Гарри вернулся из туалета, Ричарда на месте уже не было.

— А где Ричард?

— Ушёл.

— И ничего не сказал?

— У него… вроде как пошла кровь из пальца, — растерянно пробормотала девушка из техподдержки. — И он сказал, что порезался каким-то ключом.

… Абзац полностью взят из канона.

На улице был дождь и ветер. Поэтому за те пять метров, что отделяли обочину дороги, где Ричард припарковал машину, от входной двери — он промок до нитки. Перед открывшей ему дверь Оливией предстал очень мокрый, несчастный и какой-то подозрительно решительный человек. Она молча кивнула ему, пробормотала: «Я подыщу что-нибудь из вещей Рика, чтобы ты переоделся», — и пошла ставить чайник.

— Итак? — спросила она, обхватив обеими руками чашку.

— Начнём с того, что в прошлом месяце я не ездил отдыхать на Майорку, — сказал Ричард и рассмеялся: сколько раз он начинал свой рассказ с этих слов. Но в этот раз он будет мудрее и расскажет Оливии только самое необходимое. — Я… был далеко. И… познакомился с одной девушкой. Она… просила меня остаться, но я всё равно ушёл, потому что думал: как я брошу свою работу, родных и вообще…

Он сконфуженно замолк, не зная, что ещё сказать. Оливия нарушила молчание первой:

— Ну, девушки обычно говорят «останься», только если имеют в виду что-то серьёзное. Она тебе нравится?

— Очень.

— А это место, оно далеко?

— Очень, — снова повторил Ричард. — Как Австралия. Если я туда перееду… Одним словом, я не думаю, что смогу приезжать в Англию.

Оливия насупилась и сердито засопела в чашку. Ричард украдкой посмотрел на неё. Старшая сестра. Шумная, нахальная и понимающая Оливия, такая искренняя, что по ней всё было видно. Единственный живой человек в этом насквозь искусственном мире. Но если он решится, то и с ней тоже придётся расстаться навсегда. Оливия засопела громче и, наконец, спросила:

— Она хоть того стоит?

С сомнением покосилась на него поверх чашки. Ричард только досадливо вздохнул:

— Слушай, с тех пор, как я вернулся, меня сделали младшим партнёром, я переехал в пентхауз и ко мне клеится Клэр из техподдержки, которая раньше и не посмотрела бы в мою сторону. Тем не менее, я не могу перестать думать о той девушке и жалею, что не остался с ней. И ты ещё спрашиваешь, стоит ли оно того?

— Ну, — неопределённо передёрнула плечами сестра. — Может, тебе просто нужно место старшего партнёра, пентхауз в другом районе и личная секретарша с богатым внутренним миром?

«Богатый внутренний мир» она показала на себе. Вышло внушительно. Но неубедительно. Ричард снова вздохнул и решительно помотал головой.

— Нет.

Оливия неожиданно широко улыбнулась и потрепала его за мочку уха.

— Ты не представляешь, как я рада это слышать, братишка. Ну что, — она взяла его лицо в ладони и слегка приподняла, — попался, медвежонок? Любовь как в книжках существует, а? И кто теперь будет издеваться надо мной?

Ричард ухмыльнулся. Действительно, сколько он себя помнил, сестра вечно читала какие-то женские романы. Сначала по ночам, с фонариком и тайком от родителей, а потом, когда стала постарше — вполне открыто. Если бы его попросили сказать, какой он запомнил Оливию, Ричард так бы и сказал: с потрёпанной книгой в мягкой обложке и грызущую («оставляя повсюду огрызки — на полках, в пепельницах, в кадках для цветов») яблоки.