Фандом: Ориджиналы. История двух сестер, таких разных и таких одинаковых.
Добавить в моё избранное
70 мин, 33 сек 11300
Вдруг кто-то дотронулся до её век и с силой открыл, в глаз ударил яркий свет — Марина резко зажмурилась.
— Зрительные реакции сохранены, — услышала она на немецком и поняла, хотя этот язык знала с пятого на десятое. — Пожалуйста, откройте глаза!
— Я жива? — её голос странно прозвучал в гулком помещении. Эхо вторило, словно отвечая: — Жива! Жива! Жива!
— Поздравляю! Вы удачно перенесли операцию, — прогремело, будто с небес. — Пожалуйста, откройте глаза! Вы понимаете меня?
— Да, только говорите тише… и медленнее… — попросила Марина, с силой на мгновенье распахнула глаза и снова провалилась в белый туман…
Окончательно пришла в себя она уже в палате. Теперь Марина чувствовала свое тело, вернее, боль во всём теле.
— Мамочка! — зарыдала она, рассматривая маленькую, но уютную и светлую палату.
— Потерпите немного, фройлян Марина, сейчас вас посмотрит доктор Шнейдер, и я введу вам обезболивающее.
— Где болит? — сразу же, не представляясь, поинтересовался вошедший в палату мужчина.
— Везде! — взвыла Марина, с привычной капризностью.
— Где сильнее? — уже строго спросил, будто приказал, доктор Шнейдер.
И Марина, быстро сообразив, что это не пустое любопытство, стала внимательно прислушиваться к своему телу.
— Сильнее всего поясница и левая нога. Немного голова, — Марина подняла руку и поднесла к темени. Потом поглядела на собственную ладонь, на миг задумалась и постаралась пошевелить сначала правой ногой — удачно, а затем левой — еле-еле, но двигалась.
— Теперь пошевелите пальцами правой ноги… Отлично! Теперь левой… Хорошо!
— Можно согнуть ноги в коленях? — Спросила Марину у врача. — У меня так болит спина.
— Нет! — Но своевольная девушка, проигнорировав приказ, решила принять более удобную позу.
Легкое движение тела. Резкий удар боли подобной разряду тока. Вскрик. Потеря сознания.
Когда Марина пришла в себя, то сначала услышала нравоучение: «Я, конечно, понимаю, что вы — русская, но не до такой же степени», приятную новость: «Паралича не будет! Так что вы отделались только сильным испугом» и долгий разговор о её лечении и дальнейших перспективах в жизни.
Вылечить Марину могли, но для этого нужны были большие деньги. Вот тут-то она и вспомнила о своём папике.
— А как дела у Александра? Он был со мной в машине.
— Сожалею, но в этой аварии выжили только вы. Оба ваших спутника получили черепно-мозговые травмы не совместимые с жизнью и скончались ещё до приезда полиции.
«Чёрт, вот это облом!» — чуть не вырвалось из уст Марины, но она предусмотрительно сдержалась и придала лицу скорбное выражение.
Проблема так проблема. На банковской карточке у неё были деньги, хотя это просто крохи по сравнению с необходимым для лечения. Конечно, эту сумму она заработала бы на съемках немецкого фильма, но беда в том, что работать Марина не могла. Что же делать?
Однако врач сам подсказал ей выход.
— Мой коллега ещё вчера связался с вашей сестрой. Она обещала помочь с оплатой лечения.
— С Машей? — Марина не выказала удивления, хотя про себя подумала: — «С чего бы это Машка так обогатилась, пока мы не общались? Клад нашла или банк ограбила?»
Но этими мыслями Марина не собиралась забивать себе голову, странно было, если бы ей не помогли. Сейчас больше волновало собственное здоровье. В немецком госпитале медицинский персонал не давал ей ни минуты покоя: то какие-то процедуры, то обследования. Даже пришёл на первый сеанс психотерапевт. Как же без него? Ведь авария — такой стресс.
«До чего же изнеженны эти европейцы, — подумала Марина. — Если судить по их критериям, то жизнь в России — сплошной стресс, поэтому утро мы должны начинать не с зарядки, а с визита в кабинет психолога. Ага! С точностью до наоборот: не делаем ни первое, ни второе».
Но собственное мнение Марина предусмотрительно засунула подальше и старательно занималась с психотератевтом. Если быть честной, то этот сеанс ей очень понравился.
Врач нащупал в душе Марины «крючок» и коварно дернул за него. Да, она постоянно куда-то бежит, что-то стремиться оторвать в этой жизни. Действительно, некогда остановиться и посмотреть вокруг…
Было о чём подумать после ухода врача. Она даже сама попросила его дать какие-нибудь тесты, чтобы скоротать время.
Проснувшись ранним утром, Марина стала выполнять домашнее задания психотерапевта: присмотреться к любому родственнику и составить таблицу его качеств, четко разграничив на «нравится» и«не нравится». Первым делом хотелось «разобрать на части» Машку. Таблица получилась большой, но кривоватой: колонка«не нравится» была намного длиннее. Такой же кривой стала и дежурная улыбка врача, когда он увидел эту таблицу.
— Марина, вы очень интересный пациент. Честный. Вы не против, если я использую ваши данные в своей научной работе?
— Зрительные реакции сохранены, — услышала она на немецком и поняла, хотя этот язык знала с пятого на десятое. — Пожалуйста, откройте глаза!
— Я жива? — её голос странно прозвучал в гулком помещении. Эхо вторило, словно отвечая: — Жива! Жива! Жива!
— Поздравляю! Вы удачно перенесли операцию, — прогремело, будто с небес. — Пожалуйста, откройте глаза! Вы понимаете меня?
— Да, только говорите тише… и медленнее… — попросила Марина, с силой на мгновенье распахнула глаза и снова провалилась в белый туман…
Окончательно пришла в себя она уже в палате. Теперь Марина чувствовала свое тело, вернее, боль во всём теле.
— Мамочка! — зарыдала она, рассматривая маленькую, но уютную и светлую палату.
— Потерпите немного, фройлян Марина, сейчас вас посмотрит доктор Шнейдер, и я введу вам обезболивающее.
— Где болит? — сразу же, не представляясь, поинтересовался вошедший в палату мужчина.
— Везде! — взвыла Марина, с привычной капризностью.
— Где сильнее? — уже строго спросил, будто приказал, доктор Шнейдер.
И Марина, быстро сообразив, что это не пустое любопытство, стала внимательно прислушиваться к своему телу.
— Сильнее всего поясница и левая нога. Немного голова, — Марина подняла руку и поднесла к темени. Потом поглядела на собственную ладонь, на миг задумалась и постаралась пошевелить сначала правой ногой — удачно, а затем левой — еле-еле, но двигалась.
— Теперь пошевелите пальцами правой ноги… Отлично! Теперь левой… Хорошо!
— Можно согнуть ноги в коленях? — Спросила Марину у врача. — У меня так болит спина.
— Нет! — Но своевольная девушка, проигнорировав приказ, решила принять более удобную позу.
Легкое движение тела. Резкий удар боли подобной разряду тока. Вскрик. Потеря сознания.
Когда Марина пришла в себя, то сначала услышала нравоучение: «Я, конечно, понимаю, что вы — русская, но не до такой же степени», приятную новость: «Паралича не будет! Так что вы отделались только сильным испугом» и долгий разговор о её лечении и дальнейших перспективах в жизни.
Вылечить Марину могли, но для этого нужны были большие деньги. Вот тут-то она и вспомнила о своём папике.
— А как дела у Александра? Он был со мной в машине.
— Сожалею, но в этой аварии выжили только вы. Оба ваших спутника получили черепно-мозговые травмы не совместимые с жизнью и скончались ещё до приезда полиции.
«Чёрт, вот это облом!» — чуть не вырвалось из уст Марины, но она предусмотрительно сдержалась и придала лицу скорбное выражение.
Проблема так проблема. На банковской карточке у неё были деньги, хотя это просто крохи по сравнению с необходимым для лечения. Конечно, эту сумму она заработала бы на съемках немецкого фильма, но беда в том, что работать Марина не могла. Что же делать?
Однако врач сам подсказал ей выход.
— Мой коллега ещё вчера связался с вашей сестрой. Она обещала помочь с оплатой лечения.
— С Машей? — Марина не выказала удивления, хотя про себя подумала: — «С чего бы это Машка так обогатилась, пока мы не общались? Клад нашла или банк ограбила?»
Но этими мыслями Марина не собиралась забивать себе голову, странно было, если бы ей не помогли. Сейчас больше волновало собственное здоровье. В немецком госпитале медицинский персонал не давал ей ни минуты покоя: то какие-то процедуры, то обследования. Даже пришёл на первый сеанс психотерапевт. Как же без него? Ведь авария — такой стресс.
«До чего же изнеженны эти европейцы, — подумала Марина. — Если судить по их критериям, то жизнь в России — сплошной стресс, поэтому утро мы должны начинать не с зарядки, а с визита в кабинет психолога. Ага! С точностью до наоборот: не делаем ни первое, ни второе».
Но собственное мнение Марина предусмотрительно засунула подальше и старательно занималась с психотератевтом. Если быть честной, то этот сеанс ей очень понравился.
Врач нащупал в душе Марины «крючок» и коварно дернул за него. Да, она постоянно куда-то бежит, что-то стремиться оторвать в этой жизни. Действительно, некогда остановиться и посмотреть вокруг…
Было о чём подумать после ухода врача. Она даже сама попросила его дать какие-нибудь тесты, чтобы скоротать время.
Проснувшись ранним утром, Марина стала выполнять домашнее задания психотерапевта: присмотреться к любому родственнику и составить таблицу его качеств, четко разграничив на «нравится» и«не нравится». Первым делом хотелось «разобрать на части» Машку. Таблица получилась большой, но кривоватой: колонка«не нравится» была намного длиннее. Такой же кривой стала и дежурная улыбка врача, когда он увидел эту таблицу.
— Марина, вы очень интересный пациент. Честный. Вы не против, если я использую ваши данные в своей научной работе?
Страница 18 из 20
