Фандом: Ориджиналы. Вот чего не сиделось придурку? Не поперся бы тогда к Сергею домой, может и не летел сейчас в одиночестве хрен знает куда. А вот сейчас стоит Генка в туалете самолета, летящем неизвестно на какой высоте, пялится на себя в зеркало, с голосами в голове и рефлектирует, как распоследняя истеричка! Обрадовался он, растекся сопливой лужей, поверил, что в его голубом тупичке фура с пряниками перевернулась. Идиот.
Добавить в моё избранное
97 мин, 37 сек 10072
— успокоившись, поинтересовалась она.
— Да, обязательно.
— Ладно, езжай, неблагодарный! — с пафосом закончила она разговор и отключилась.
Выдохнув с заметным облегчением после звонка, Гена, не задумываясь, отправил все контакты Сергея в «черный список». Все! Помер так помер! Об умерших либо хорошо, либо никак. В этом случае «никак». И отключил телефон.
Известие, что его чартер переносят с часу ночи на вечер, застало по прилету в северную столицу. Но Генке было уже плевать. Слишком много информации за день, слишком много нужно было сделать за короткий промежуток времени, слишком много эмоций прошло через него электрическим разрядом. Слишком много было всего. Можно уже и расслабиться.
Только расслабиться не получалось. Никак.
Что ж ты себя накручиваешь-то так?
«Не твоего ума дела! Свали из моей головы! — чуть ли не вслух заорал Гена, таращась на себя в зеркало в кабинке туалета. — Неужели в твоем плотном графике ты нашел время на таких вот полногрудых красоток? Силен, Сергей Александрович».
Да, я такой.
«Даже где-то чувство гордости за тебя берет, что ты» второй фронт«открыл. Маладца!»
Хвали меня полностью!
«Да пошел ты»…
Как ни странно, но Генка немного успокоился — вышел из туалета самолета уже без приступа аритмии. Подходя к своему месту, посмотрел на соседей, сидящих сзади. Отец семейства поднял глаза на парня, вероятно, волновался, что тот скандалить начнет. Гена даже немного притормозил — у мужика были такие же глубокие, темные глаза, как и у Сергея. Но сидящая рядом рослая, полная блондинка перетянула внимание на себя.
Есть женщины, которым беременность идет на пользу. У них смягчается поведение, манеры, округляется в нужных местах фигура, голос приобретает теплые сердечные нотки. Это был не тот вариант. У сидящей на заднем ряду женщины вьющиеся волосы были убраны в неаккуратный хвост, излишки, набранные за беременность, скопились на спине и боках, а интонация от неискреннего сюсюканья с дочкой резала слух.
Генка скользнул равнодушным взглядом по молодой маме, многозначительно посмотрел на соседа и спокойно устроился в кресле.
«Вот, Сергей, такое тебя ожидает будущее».
Не факт.
«Факт».
Голубое, теплое, ласковое.
Генка уже и не помнил, когда его видел в последний раз так близко. Когда лежал на пляже ленивым тюленем и не думал ни о чем. Когда форматировал мозги под тихий шелест волн по песку. Когда чувствовал себя безмозглым буйком на волнах, которые поднимают вверх-вниз, вверх-вниз.
Посмотришь в одну сторону — водное раздолье, морская гладь с бескрайним небом. В другую — лесистое взгорье, на котором уютно устроились беленькие домики с фруктовыми садами. Местные хотя бы ценят, в какой красоте живут?
С вершины гор спускаются парапланеристы, по волнам курсируют туристические катера. На пляже народу много, но места хватает, чтобы отгородиться от навязчивого общения. Пресловутый сезон дождей особо никого не пугает.
Первое утро Гена посвятил релаксу и безмолвному созерцанию. Гостиница на поверку оказалась средней «троечкой» с«оллинклюзивом». Номер с двумя кроватями, шкафом, телевизором и санузлом — без лишних изысков. Питание незамысловатое — овощи во всевозможных способах приготовления, сыры, зелень, хлопья, минимум мяса. Алкоголь — вино, пиво, водка с запахом аниса. Wi-Fi нормально ловит только в лобби на первом этаже. Анимации нет, так как уже не сезон, и то хорошо. Постояльцев мало, детей еще меньше. В разговоры в обед ни с кем не вступал, присматривался, принюхивался, сохранял нейтралитет.
Кто-то приехал парочками, кто-то по одному. Энергичные пенсионеры, шумная молодежь, степенные семейные пары с детьми и без. Многие уже успели перезнакомиться друг с другом — отель русскоговорящий, но встретил несколько местных, отдыхающих здесь же. В соседних гостиницах много немцев, скандинавов, поляков.
После обеда Генка выполз обратно на теплый песок с определенной целью. Задача стояла несложная. Раньше такое не практиковал, но решил, что справится. Объект обнаружился буквально сразу.
Худенький парнишка сидел на песке, облокотившись о бетонный бордюр, флегматично смотрел вдаль, лениво пропуская песок сквозь пальцы, на коленях раскрытая книга.
«Ты ж мой хороший! Меня ждал?» — обрадовался Гена.
Но как назло, в голове прозвучало совершенно не то, на что себя настраивал.
А не молод ли он для тебя? Тебе же раньше нравились мужчины постарше.
«Мало ли кто мне раньше нравился».
А вдруг он сбежал из-под присмотра своей бабушки, чтобы в одиночестве предаться раздумьям о превратностях судьбы?
«Так я ему сейчас помогу. Как бы он не старался казаться, таким из себя задумчивым и одухотворенным, на самом деле от него фонит:» Познакомьтесь со мной, мне скучно, я готов к непотребству«.»
Таки к непотребству?
— Да, обязательно.
— Ладно, езжай, неблагодарный! — с пафосом закончила она разговор и отключилась.
Выдохнув с заметным облегчением после звонка, Гена, не задумываясь, отправил все контакты Сергея в «черный список». Все! Помер так помер! Об умерших либо хорошо, либо никак. В этом случае «никак». И отключил телефон.
Известие, что его чартер переносят с часу ночи на вечер, застало по прилету в северную столицу. Но Генке было уже плевать. Слишком много информации за день, слишком много нужно было сделать за короткий промежуток времени, слишком много эмоций прошло через него электрическим разрядом. Слишком много было всего. Можно уже и расслабиться.
Только расслабиться не получалось. Никак.
Что ж ты себя накручиваешь-то так?
«Не твоего ума дела! Свали из моей головы! — чуть ли не вслух заорал Гена, таращась на себя в зеркало в кабинке туалета. — Неужели в твоем плотном графике ты нашел время на таких вот полногрудых красоток? Силен, Сергей Александрович».
Да, я такой.
«Даже где-то чувство гордости за тебя берет, что ты» второй фронт«открыл. Маладца!»
Хвали меня полностью!
«Да пошел ты»…
Как ни странно, но Генка немного успокоился — вышел из туалета самолета уже без приступа аритмии. Подходя к своему месту, посмотрел на соседей, сидящих сзади. Отец семейства поднял глаза на парня, вероятно, волновался, что тот скандалить начнет. Гена даже немного притормозил — у мужика были такие же глубокие, темные глаза, как и у Сергея. Но сидящая рядом рослая, полная блондинка перетянула внимание на себя.
Есть женщины, которым беременность идет на пользу. У них смягчается поведение, манеры, округляется в нужных местах фигура, голос приобретает теплые сердечные нотки. Это был не тот вариант. У сидящей на заднем ряду женщины вьющиеся волосы были убраны в неаккуратный хвост, излишки, набранные за беременность, скопились на спине и боках, а интонация от неискреннего сюсюканья с дочкой резала слух.
Генка скользнул равнодушным взглядом по молодой маме, многозначительно посмотрел на соседа и спокойно устроился в кресле.
«Вот, Сергей, такое тебя ожидает будущее».
Не факт.
«Факт».
Глава 3
Море.Голубое, теплое, ласковое.
Генка уже и не помнил, когда его видел в последний раз так близко. Когда лежал на пляже ленивым тюленем и не думал ни о чем. Когда форматировал мозги под тихий шелест волн по песку. Когда чувствовал себя безмозглым буйком на волнах, которые поднимают вверх-вниз, вверх-вниз.
Посмотришь в одну сторону — водное раздолье, морская гладь с бескрайним небом. В другую — лесистое взгорье, на котором уютно устроились беленькие домики с фруктовыми садами. Местные хотя бы ценят, в какой красоте живут?
С вершины гор спускаются парапланеристы, по волнам курсируют туристические катера. На пляже народу много, но места хватает, чтобы отгородиться от навязчивого общения. Пресловутый сезон дождей особо никого не пугает.
Первое утро Гена посвятил релаксу и безмолвному созерцанию. Гостиница на поверку оказалась средней «троечкой» с«оллинклюзивом». Номер с двумя кроватями, шкафом, телевизором и санузлом — без лишних изысков. Питание незамысловатое — овощи во всевозможных способах приготовления, сыры, зелень, хлопья, минимум мяса. Алкоголь — вино, пиво, водка с запахом аниса. Wi-Fi нормально ловит только в лобби на первом этаже. Анимации нет, так как уже не сезон, и то хорошо. Постояльцев мало, детей еще меньше. В разговоры в обед ни с кем не вступал, присматривался, принюхивался, сохранял нейтралитет.
Кто-то приехал парочками, кто-то по одному. Энергичные пенсионеры, шумная молодежь, степенные семейные пары с детьми и без. Многие уже успели перезнакомиться друг с другом — отель русскоговорящий, но встретил несколько местных, отдыхающих здесь же. В соседних гостиницах много немцев, скандинавов, поляков.
После обеда Генка выполз обратно на теплый песок с определенной целью. Задача стояла несложная. Раньше такое не практиковал, но решил, что справится. Объект обнаружился буквально сразу.
Худенький парнишка сидел на песке, облокотившись о бетонный бордюр, флегматично смотрел вдаль, лениво пропуская песок сквозь пальцы, на коленях раскрытая книга.
«Ты ж мой хороший! Меня ждал?» — обрадовался Гена.
Но как назло, в голове прозвучало совершенно не то, на что себя настраивал.
А не молод ли он для тебя? Тебе же раньше нравились мужчины постарше.
«Мало ли кто мне раньше нравился».
А вдруг он сбежал из-под присмотра своей бабушки, чтобы в одиночестве предаться раздумьям о превратностях судьбы?
«Так я ему сейчас помогу. Как бы он не старался казаться, таким из себя задумчивым и одухотворенным, на самом деле от него фонит:» Познакомьтесь со мной, мне скучно, я готов к непотребству«.»
Таки к непотребству?
Страница 6 из 28
