Передумали

И опасность, которую он излучал.

− Нет смысла убегать от меня. И не переживай так: я тебя не убью, − снова заговорил Малфой.

Гермиона замерла бы ещё сильнее, если бы это было возможно. Она понимала: пора спросить, что ему нужно. Но сил не хватило даже на то, чтобы набрать в лёгкие побольше воздуха.

− Несколько никчёмных школьников против группы взрослых опытных магов. Ты сама понимаешь, что у вас нет шансов. Но если ты сейчас же поклянёшься мне на крови, что перейдёшь на нашу сторону, то останешься жить. Ты ведь умная девочка. Давай, решайся.

− Ни за что, − процедила она в ответ.

− Хорошо. Я дам тебе время подумать, пока твои друзья ещё живы, − сказав это, Малфой отступил на шаг назад, всё ещё держа Гермиону под прицелом палочки.

− Подождите…

− Что, так быстро передумала?

− Ни за что, − повторила Гермиона. − Просто решила напомнить, что ваши друзья пока тоже живы. И свободны. Вот вы и чувствуете себя правым.

− Нет. Твоя ошибка заключается в том, что ты заводишь друзей. У меня нет такой слабости.

После этих слов Малфой скрылся за углом. А Гермиона осталась стоять, прижавшись спиной к холодному стеллажу − хоть какая-то опора. Сложно было понять, чему она удивилась больше: предложением вступить в ряды Пожирателей или своему ответу. Не отказу, а комментарию. Пусть Малфой с лёгкостью парировал, но она смогла вести с ним диалог. Пусть на пару секунд, но они были на равных. И почему он отпустил её? Жалость или планы на будущее? Думал ли Малфой, что в Отдел тайн вот-вот нагрянут мракоборцы, и миссия Пожирателей будет провалена? Вряд ли. Иначе не вёл бы себя как вечный победитель.

Гермионе было восемнадцать, когда она увидела другого Люциуса Малфоя. Если раньше он напоминал мраморную статую, которую ничто не сможет разрушить, то теперь… Камень, каким бы прочным он ни был, треснул. Малфой выглядел сломленным. Настолько, что собрать его по рассыпавшимся кусочкам обратно, казалось, уже невозможно.

Но Гермиону такой Малфой интересовал даже больше. Нет, не привлекал, а именно вызывал любопытство. Странно, что у неё оставались силы на любопытство после пытки Круциатусом, которую для неё организовала Беллатрикс Лестрейндж.

В гостиной больше никого не было. Только лежащая… Нет, только валяющаяся на полу, как сломанная кукла, Гермиона. И Люциус Малфой, который сидел в кресле и неотрывно глядел на неё. Почему-то Гермионе казалось, что он ей поможет. В прошлый раз ведь не причинил вреда (и она об этом никому не рассказала), так почему бы не поступить по-хорошему и спустя два года?

− Мистер… Малфой, − охрипшим от криков голосом начала Гермиона.

Но он понял всё без просьб. И несколькими фразами убил в ней надежду на человечность хоть кого-то из прислужников Волдеморта:

− И не рассчитывай. Я не собирался вводить тебя в ряды Пожирателей. Просто хотел использовать, чтобы проще было добраться до Поттера.

− Я подозревала это.

− Тогда молчи. И не смей ни о чём меня просить, девчонка. Даже если ты сейчас скажешь, что передумала, и решишь на что-то согласиться, тебя это не спасёт. Даже если ты вздумаешь сбежать одна, оставив своих дружков… Хотя… − тут Малфой встал и подошёл поближе. − Не так уж ты и ценна здесь. Допустим, я тебя отпущу. Только тебя. В обмен на твою помощь в будущем. Если всё сложится так, как выгодно вам, то меня будут судить. И тогда ты скажешь своё веское слово в мою защиту.

− Только если вместе со мной вы отпустите Гарри и Рона.

− Ни за что. Я не подпишу себе смертельный приговор.

− Тогда можете не рассчитывать на мою помощь.

− Как знаешь. Но у тебя ещё есть время передумать… Совсем немного. Тёмный Лорд скоро прибудет.

Спустя час или чуть больше Гермиона не могла выкинуть из головы вопрос: помог бы ей Малфой, если бы знал, что у них (у всех троих, да ещё и с Луной в придачу) всё равно получится сбежать? Возможно. А возможно, и нет. Но отчего-то Гермионе хотелось думать, что Волдеморт не убьёт Малфоя за этот провал. Приятнее было верить, что он жив и сожалеет, что не пошёл на сделку. И из-за этого особенно сильно хотелось, чтобы победила светлая сторона. Чтобы Малфоя судили, а она сказала во всеуслышание, что он − плохой человек.

И это желание осуществилось. Гермионе по-прежнему было восемнадцать, а Малфой по-прежнему был на целую жизнь её старше. Она наблюдала за ним во время суда, сидя рядом с остальными свидетелями. Когда её вызвали для дачи показаний, она открыла было рот, чтобы озвучить всё самое плохое, что думает о Малфое. Но вовремя одумалась и вспомнила самое хорошее.

Малфой не убил и даже не травмировал её в Отделе тайн.

Малфой уже отсидел в тюрьме однажды.

Малфой предлагал ей помощь в организации побега из мэнора.

Малфой был без палочки во время Битвы за Хогвартс, никому не причинил вреда и чудом остался жив.