Фандом: Шерлок Холмс и Доктор Ватсон. В январе 1881 года доктор Джон Уотсон оказался перед необходимостью искать компаньона для съёма жилья. Знакомство с Шерлоком Холмсом. Одно из первых совместных расследований.
Добавить в моё избранное
100 мин, 33 сек 7207
— Прошу вас, Мак, — дружелюбно пригласил он и крикнул вниз: — Миссис Хадсон!
Макдональд, войдя в комнату, вздрогнул от неожиданности и шутливо передёрнул плечами, намекая на громогласное воззвание, адресованное нашей хозяйке. Та не замедлила явиться.
— Пожалуйста, миссис Хадсон, — сказал Холмс совсем иным тоном, — ещё одну чашку для инспектора.
Наконец, усевшись за стол, подобно заговорщикам, мы приготовились слушать отчёт Макдональда.
— Боюсь, вы сочтёте меня тупицей, мистер Холмс. Я всё никак не мог придумать, под каким предлогом вести расспросы о Форестере. Мы можем его спугнуть, чего доброго. Хотя ему невыгодно демонстрировать страх — это покажется подозрительным. В контору я отправился сам. Выдумал историю, что в другом торговом доме, название которого я не могу сообщить в интересах дела, произошла кража документов. Говорил я со швейцаром и со старшим клерком. Нёс всякую чушь, но в результате узнал, что Форестер был там в субботу утром. Клерк о нём обмолвился вскользь, но мне хватило и этой информации. Я совершенно не знал, что делать с квартирой Форестера, но мне повезло. Один из кэбменов, который давал показания о джентльмене в шесть тридцать, указал и адрес, куда отвозил седока. Это клуб, в членах которого состоят оба Форестера — и глава торгового дома, и его секретарь.
— И что вы сделали? — спросил Холмс, с любопытством разглядывая инспектора, словно видел его впервые.
— Я прикинулся случайным посетителем. Сказал швейцару, что ищу мистера Форестера, не уточняя, какого именно. Обоих, к счастью, в клубе не оказалось. Я спросил, а был ли мистер Форестер в клубе в субботу? Меня якобы уверили, что я смогу его там встретить, я приехал и не нашёл нужного мне джентльмена. Швейцар, конечно, смотрел на меня как на дурачка. Он спросил: какого именно мистера Форестера я имею в виду? Потому что мистера Сесила Форестера в клубе в субботу правда не было. А вот мистер Джеймс Форестер приехал вечером. «Во сколько?» — спросил я.«В семь. И что-то я не помню, сэр, чтобы вы о нём справлялись». Я буркнул что-то и ретировался поскорее.
— Должен признаться, ваш рассказ впечатляет, инспектор, — одобрительно кивнул Холмс.
Макдональд просиял, а я заметил, что хотя мой друг и был доволен успехами сыщика, но что-то не давало ему покоя. Я проследил за его взглядом. Холмс посмотрел на часы и помрачнел.
— Где вы собираетесь произвести задержание? — спросил он.
— Понимаю, мистер Холмс, вашу озабоченность. Фамилия-то одна, и Джеймс Форестер работает на своего дядю. В контору я, конечно, не пойду. И так скандал ожидается немаленький.
— Дело даже не в Сесиле Форестере, а в его жене.
— А она-то каким образом замешана? — удивился инспектор.
— Косвенно, конечно. Но вот и доктор Уотсон, думаю, согласится со мной, что честь дамы стоит поберечь. Мистер Форестер-старший надеется, что я отыщу одну памятную для него вещицу. Брошь, которая принадлежала его матери. Он считает, что её украла Рут. Девушка, конечно, ни при чём, и всё же, мистер Мак, могу я попросить вас об одном одолжении?
— Конечно, сэр.
— Я пошлю мистеру Форестеру телеграмму, — предложил Холмс, — чтобы он завтра ждал меня дома, со всей семьёй, включая племянника. Он согласится. Давайте назначим время, и спустя, скажем, двадцать минут — оставим их на церемонии — вы появитесь со своим свидетелем.
Макдональд задумчиво покивал.
— Что-то мне подсказывает, что карьера моя плакала.
— Нет, — твёрдо возразил Холмс. — Это я могу вам обещать.
Мы с инспектором с удивлением посмотрели на него. Какая уверенность! Но не похоже было, что Холмс блефовал.
Шерлок Холмс
Право, не знаю, почему я не оставил всё дело на откуп инспектору. У него было достаточно улик, чтобы арестовать Джеймса Форестера, а дальше — уж как судьба распорядится. Подшучивая над Уотсоном в том, что касается красивых глаз миссис Форестер, я не мог не сочувствовать этой женщине. Скандал ожидался немалый.
Встречу в доме клиента (а Форестера можно было считать моим клиентом) назначили на три часа. Макдональд должен был прибыть позже нас на сорок минут. Всё семейство, включая племянника, собралось в гостиной. Я не заметил в молодом Форестере особого волнения. Когда он узнал, что целью нашего с Уотсоном визита является брошь, его лицо выразило ленивый скептицизм — и только. Это ещё больше укрепило меня в мысли, что убийство и кража никак не связаны между собой. В противном случае упоминание о броши вызвало бы у Джейма Форестера мысль о судьбе Рут, и он бы запаниковал.
Первым делом я посмотрел на его руки. Красивой формы, но не изнеженные. И короткий мизинец. И волосы — я не ошибся: у него намечались залысины. Он оказался довольно привлекательным мужчиной, но что-то было в его лице — что-то рыхлое, вязкое и безвольное.
Макдональд, войдя в комнату, вздрогнул от неожиданности и шутливо передёрнул плечами, намекая на громогласное воззвание, адресованное нашей хозяйке. Та не замедлила явиться.
— Пожалуйста, миссис Хадсон, — сказал Холмс совсем иным тоном, — ещё одну чашку для инспектора.
Наконец, усевшись за стол, подобно заговорщикам, мы приготовились слушать отчёт Макдональда.
— Боюсь, вы сочтёте меня тупицей, мистер Холмс. Я всё никак не мог придумать, под каким предлогом вести расспросы о Форестере. Мы можем его спугнуть, чего доброго. Хотя ему невыгодно демонстрировать страх — это покажется подозрительным. В контору я отправился сам. Выдумал историю, что в другом торговом доме, название которого я не могу сообщить в интересах дела, произошла кража документов. Говорил я со швейцаром и со старшим клерком. Нёс всякую чушь, но в результате узнал, что Форестер был там в субботу утром. Клерк о нём обмолвился вскользь, но мне хватило и этой информации. Я совершенно не знал, что делать с квартирой Форестера, но мне повезло. Один из кэбменов, который давал показания о джентльмене в шесть тридцать, указал и адрес, куда отвозил седока. Это клуб, в членах которого состоят оба Форестера — и глава торгового дома, и его секретарь.
— И что вы сделали? — спросил Холмс, с любопытством разглядывая инспектора, словно видел его впервые.
— Я прикинулся случайным посетителем. Сказал швейцару, что ищу мистера Форестера, не уточняя, какого именно. Обоих, к счастью, в клубе не оказалось. Я спросил, а был ли мистер Форестер в клубе в субботу? Меня якобы уверили, что я смогу его там встретить, я приехал и не нашёл нужного мне джентльмена. Швейцар, конечно, смотрел на меня как на дурачка. Он спросил: какого именно мистера Форестера я имею в виду? Потому что мистера Сесила Форестера в клубе в субботу правда не было. А вот мистер Джеймс Форестер приехал вечером. «Во сколько?» — спросил я.«В семь. И что-то я не помню, сэр, чтобы вы о нём справлялись». Я буркнул что-то и ретировался поскорее.
— Должен признаться, ваш рассказ впечатляет, инспектор, — одобрительно кивнул Холмс.
Макдональд просиял, а я заметил, что хотя мой друг и был доволен успехами сыщика, но что-то не давало ему покоя. Я проследил за его взглядом. Холмс посмотрел на часы и помрачнел.
— Где вы собираетесь произвести задержание? — спросил он.
— Понимаю, мистер Холмс, вашу озабоченность. Фамилия-то одна, и Джеймс Форестер работает на своего дядю. В контору я, конечно, не пойду. И так скандал ожидается немаленький.
— Дело даже не в Сесиле Форестере, а в его жене.
— А она-то каким образом замешана? — удивился инспектор.
— Косвенно, конечно. Но вот и доктор Уотсон, думаю, согласится со мной, что честь дамы стоит поберечь. Мистер Форестер-старший надеется, что я отыщу одну памятную для него вещицу. Брошь, которая принадлежала его матери. Он считает, что её украла Рут. Девушка, конечно, ни при чём, и всё же, мистер Мак, могу я попросить вас об одном одолжении?
— Конечно, сэр.
— Я пошлю мистеру Форестеру телеграмму, — предложил Холмс, — чтобы он завтра ждал меня дома, со всей семьёй, включая племянника. Он согласится. Давайте назначим время, и спустя, скажем, двадцать минут — оставим их на церемонии — вы появитесь со своим свидетелем.
Макдональд задумчиво покивал.
— Что-то мне подсказывает, что карьера моя плакала.
— Нет, — твёрдо возразил Холмс. — Это я могу вам обещать.
Мы с инспектором с удивлением посмотрели на него. Какая уверенность! Но не похоже было, что Холмс блефовал.
Шерлок Холмс
Право, не знаю, почему я не оставил всё дело на откуп инспектору. У него было достаточно улик, чтобы арестовать Джеймса Форестера, а дальше — уж как судьба распорядится. Подшучивая над Уотсоном в том, что касается красивых глаз миссис Форестер, я не мог не сочувствовать этой женщине. Скандал ожидался немалый.
Встречу в доме клиента (а Форестера можно было считать моим клиентом) назначили на три часа. Макдональд должен был прибыть позже нас на сорок минут. Всё семейство, включая племянника, собралось в гостиной. Я не заметил в молодом Форестере особого волнения. Когда он узнал, что целью нашего с Уотсоном визита является брошь, его лицо выразило ленивый скептицизм — и только. Это ещё больше укрепило меня в мысли, что убийство и кража никак не связаны между собой. В противном случае упоминание о броши вызвало бы у Джейма Форестера мысль о судьбе Рут, и он бы запаниковал.
Первым делом я посмотрел на его руки. Красивой формы, но не изнеженные. И короткий мизинец. И волосы — я не ошибся: у него намечались залысины. Он оказался довольно привлекательным мужчиной, но что-то было в его лице — что-то рыхлое, вязкое и безвольное.
Страница 24 из 29
