Наемник и некромант

— А зачем для магии ум, если есть руки? — мальчонка подозрительно покосился на него, не веря.

— Ну как же, — Ильмаре присел перед ним на корточки, так, чтобы его глаза оказались на уровне детских. — Для того, чтобы быть магом, надо прочесть много книг, выучить множество рецептов…

— Как кухонных?

— Почти, только в разы сложнее. Это как… — Ильмаре задумался, а затем усмехнулся. — Как готовить три пирога одновременно, и все разные. Главное — за всем постоянно следить и не ошибиться со специями.

Эйнар заметно поник, но потом встрепенулся и посмотрел с новым интересом.

— Но ведь я смогу научиться, если захочу, да? Хочу быть магом! — последнюю фразу мальчишка практически выкрикнул; эхо от его звонкого голоса прокатилось куда-то вдаль, к верхнему этажу.

Ильмаре чуть прикрыл глаза, а затем, приложив указательный палец к губам, тихо прошептал: «Тссс». В этот момент по пальцу заискрился слабый зеленый свет. Он разрядом мелькнул в обеих парах глаз — в удивленных ребенка и в хитрых Ильмаре, а затем быстро исчез. Наемник встал и, потрепав мальчика по вихрастой макушке, отошел к лестнице: по ней уже спускался Айтир, заканчивая разговор. Глянув на Ильмаре, он небрежно повел рукой.

— Идем, Ильмаре.

Тому определенно польстило, что некромант идеально четко и правильно произнес его имя; так к нему обращались нечасто.

Теперь их путь лежал на кладбище. Кладбище здесь было старинное, оставшееся от какого-то замка или лордской усадьбы. Ильмаре не удивился бы, обнаружь где-нибудь неподалеку — а может и под фундаментами каких-нибудь домов в деревне — развалины старых построек. В общем, с историей и памятью кладбище, а заодно с не слишком нахоженной тропой в ту сторону. Деревенские прогулки по подобным местам без особой надобности не любили.

Дорогу к нему Ильмаре знал лишь примерно: слышал в трактире, как кудахтали две девицы, мол, мертвецы там беспокойные и уносят с собой под землю несчастных вдов, что приходят оплакать мужей. В подобные мутные россказни Ильмаре не верил, да и особого желания появляться на кладбищах раньше не имел. Он никого там не хоронил, чтобы приходить. Но тут пришлось, и, чтобы скрасить дорогу, он принялся пересказывать Айтиру услышанное. Тот лишь рассмеялся, и Ильмаре аж заслушался: такой у некроманта оказался смех. Хрипловатый, как и его голос, но мягкий, ни капли не зловещий.

Они шли сквозь пролески, уходя вбок от реки, по течению которой спускались сутки назад. Пользуясь тем, что под ногами была какая-никакая тропа, Ильмаре достал из поясной сумки старую, протертую на сгибах и практически рассыпающуюся карту, развернул ее на ходу. Карта была огромная; настолько, что при полном развороте краями касалась его колен. Ильмаре чуть вытянул руки, выставляя карту вперед и практически утыкаясь в нее носом. Его интересовали ближайшие города, куда можно было податься после окончания всей этой истории.

Бесед больше не заводили. Айтир молчал, обдумывая что-то, шел рядом, и это было странно — Ильмаре уже как-то привык слышать его шелестящие шаги за своей спиной. Да и давно он не ходил на вылазки не в одиночку. Он аккуратно покосился на некроманта и подумал, что, наверное, с такими ровными чертами лица и серьезностью Айтир бы хорошо смотрелся в дорогих одеждах и богатой обстановке, а не в этих дешевых тряпках. На мгновение Ильмаре даже стало неудобно: ведь именно он купил подобное. Но он быстро отвернулся и снова начал рассматривать линии и пересечения дорог.

Так и шли, переглядывались — забавно, по очереди. Не нарочно, но почувствовавший чужой взгляд Айтир невольно усмехнулся про себя: принюхиваются, примеряются. Это было знакомо и одновременно прочно забыто. Когда-то точно так же уже он поглядывал на своих новых спутников — украдкой, чтобы не заметили. Пытался понять и разобраться, что за люди. И даже обстоятельства знакомства были отчасти похожи — не в смысле, что они спасли его от смерти, нет. Но, прожив в лесу безвылазно почти полгода, собирая редкие ингредиенты, он в тот момент мечтал только пожрать и отоспаться нормально. Так что первые дни знакомства тоже были, как в тумане.

Кладбище они нашли часа через полтора. Небольшая лощина, образованная, видимо, когда-то высохшим озером, была заполнена статуями и тяжелыми гранитными плитами надгробий. Они быстро перемахнули через невысокое ограждение и прошли к захоронениям со стороны кустов — там были самые старые могилы, заросшие так, что визит чужаков практически невозможно будет отследить. Разве что если намеренно всматриваться в это тихое и абсолютно мертвое место.

Многие могилы даже в более свежей части кладбища поросли травой, и всего пара надгробий стояли, украшенные относительно свежими пионами и белыми лилиями. Обычные буроватые камни, каких много в округе. На старую часть кладбища взглянуть было куда интересней. На некоторых плитах не только были выгравированы имена умерших и их годы жизни, но и стояли статуи-плакальщицы, тоже высеченные из гранита.