Фандом: Ориджиналы. Работа одного — убивать или спасать жизни, в зависимости от желаний заказчика. Работа другого — убивать или спасать жизни… В зависимости от того, насколько еще теплится эта жизнь в спасаемых. И обоим слишком сложно делать эту работу в одиночестве.
Добавить в моё избранное
507 мин, 40 сек 15240
А Ильмаре быстро сбежал по крошащимся ступеням к небольшой калитке, которую не каждый горожанин замечал — она практически всегда была заперта и предназначалась только для стражи. Ну или для таких, как они с некромантом. Тот перебежал из тени, когда Ильмаре замахал ему, говоря, что путь свободен. Несмазанные петли клацнули и натужно заскрипели, выпуская беглецов туда, где чернели кроны деревьев и стрекотали ночные насекомые. Дальше путь обещал быть проще и, очутившись в темноте, где никакие часовые уже не могли их заметить, Ильмаре обернулся к некроманту, облегченно улыбнувшись.
— Сейчас южнее, до ближайшего пролеска, а там просто движемся вниз по реке. Наниматель сказал, что будет ждать у ее устья к утру. Идем.
Тот ничего не ответил, да оно и не требовалось. Лишь бы переставлял ноги дальше.
По лесу идти стало гораздо спокойнее. Не то чтобы Ильмаре особо боялся слежки, но все-таки выбраться из города было приятно — большене требовалось так напряженно вслушиваться в любой шорох и высматривать стражников. К тому же ночь вне стен воспринималась иначе, не так давила, дышалось легче, и даже ветер немного стих, когда добрались до деревьев.
Лишь единожды чуть в стороне мелькнул огонек факела, да и тот скрылся за густой листвой — Ильмаре просто свернул и тихо увел еле идущего некроманта подальше. Неподалеку зашумела река, одна из тех мелких лесных речек, которые даже на картах толком не указывают. Её журчание становилось то тише, то громче, иногда почти стихало, если приходилось отдаляться, но ни разу не умолкало совсем, заглушая их и так тихие шаги шумом воды. Ильмаре лишь примерно прикидывал, как уходить, вел по бездорожью, без троп, так что не мог быть уверен в том, что его спутник не провалится в какую-нибудь крысиную нору или не поранится об острый сучок. Это вносило в неспешную прогулку изрядную долю напряжения. Но все обошлось — за спиной мерно раздавалось сиплое дыхание без вскриков или лишних шорохов.
Они шли и шли, и Ильмаре начало казаться, что это как во сне: бесконечный поход неведомо куда. Он считал про себя шаги, поглядывал наверх, на закрытое ветвями небо и основательно обгрызенный круг луны. Весенняя ночь, короткая и светлая, плыла мимо. Звон воды постепенно становился глуше: река набрала глубину и силу, промыла себе ложе пошире, прежде чем влиться в озеро. Ветер донес запах большой воды и тины.
К озеру они подошли вовремя. Вокруг лишь начинало светлеть, небо приобретало предрассветную глубину и прозрачность, когда Ильмаре остановился в зарослях на берегу. Некромант, шедший следом, не отследил это и налетел на него, уцепившись за кожаный наплечник. Ильмаре невольно вздрогнул. «Тяжелый, а ведь кажется, что сейчас переломится», — подумал он и чуть распрямил спину, чтобы некроманту было проще удержать равновесие.
Неподалеку сонно закрякала утка. Кто-то потревожил её сон, пробираясь по кустам вдоль берега в их сторону. Ильмаре настороженно повернулся туда, но это был всего лишь его наниматель, мужчина средних лет с жиденькой бородкой, до смерти усталыми глазами и кривым маленьким ртом. Он заозирался, качнулся в их сторону и, разглядев позади наемника того, кого так ждал, чуть ли не кинулся вперед, будто бы захотел не то схватить, не то обнять спасенного сухими, чуть дрожащими руками.
Ильмаре быстро отступил вбок, полностью закрывая некроманта собой, и с очевидным намеком положил ладонь на рукоять меча.
— Я привел мага. Я имею право знать, что вы от него теперь потребуете, — Ильмаре стоял ровно, высоко вздернув подбородок. Уверенность в том, что ему непременно стоит переговорить с этим человеком, прежде чем передавать спасенного, укрепилась, еще когда он разглядел, насколько слаб некромант. Убьют ведь. Заморят. А потом еще и обвинят в мошенничестве, посмертно.
— Господин! — это уже было обращено к магу. Увидев оружие, мужчина нехотя отступил назад и бросил раздраженный взгляд на наемника. — Твое дело тут закончено, эльф, ты можешь убираться с деньгами восвояси!
— В прошлую нашу встречу тон у вас был более располагающий, — Ильмаре вскинул бровь, но решил не усугублять ситуацию и пропустить мимо ушей пренебрежение в чужом голосе. — Говорите сейчас, что нужно, или маг уйдет со мной.
От того, как молчали за спиной — все так же сжимая наплечник, хоть уже и не наваливаясь всем весом, — ощущение собственной правоты становилось лишь сильнее.
— Ты… — наниматель поджал губы, но, помедлив чуть, все-таки начал говорить. — Мой сын болен. Мы думаем, что это одержимость… Духами? Демонами? Он ходит во сне, пару дней назад чуть не вывалился из окна чердака; а еще он падает на пол и начинает кричать, чтобы он, — мужчина сделал ударение на последнем слове и сглотнул, — ушел и не трогал его. Эйнар ослаб и сейчас практически ничего не пьет, не ест, мало ходит. Наш лекарь говорит, что это могли быть какие-то маговские грибы или ягоды, но… Иногда он говорит не своим голосом.
— Сейчас южнее, до ближайшего пролеска, а там просто движемся вниз по реке. Наниматель сказал, что будет ждать у ее устья к утру. Идем.
Тот ничего не ответил, да оно и не требовалось. Лишь бы переставлял ноги дальше.
По лесу идти стало гораздо спокойнее. Не то чтобы Ильмаре особо боялся слежки, но все-таки выбраться из города было приятно — большене требовалось так напряженно вслушиваться в любой шорох и высматривать стражников. К тому же ночь вне стен воспринималась иначе, не так давила, дышалось легче, и даже ветер немного стих, когда добрались до деревьев.
Лишь единожды чуть в стороне мелькнул огонек факела, да и тот скрылся за густой листвой — Ильмаре просто свернул и тихо увел еле идущего некроманта подальше. Неподалеку зашумела река, одна из тех мелких лесных речек, которые даже на картах толком не указывают. Её журчание становилось то тише, то громче, иногда почти стихало, если приходилось отдаляться, но ни разу не умолкало совсем, заглушая их и так тихие шаги шумом воды. Ильмаре лишь примерно прикидывал, как уходить, вел по бездорожью, без троп, так что не мог быть уверен в том, что его спутник не провалится в какую-нибудь крысиную нору или не поранится об острый сучок. Это вносило в неспешную прогулку изрядную долю напряжения. Но все обошлось — за спиной мерно раздавалось сиплое дыхание без вскриков или лишних шорохов.
Они шли и шли, и Ильмаре начало казаться, что это как во сне: бесконечный поход неведомо куда. Он считал про себя шаги, поглядывал наверх, на закрытое ветвями небо и основательно обгрызенный круг луны. Весенняя ночь, короткая и светлая, плыла мимо. Звон воды постепенно становился глуше: река набрала глубину и силу, промыла себе ложе пошире, прежде чем влиться в озеро. Ветер донес запах большой воды и тины.
К озеру они подошли вовремя. Вокруг лишь начинало светлеть, небо приобретало предрассветную глубину и прозрачность, когда Ильмаре остановился в зарослях на берегу. Некромант, шедший следом, не отследил это и налетел на него, уцепившись за кожаный наплечник. Ильмаре невольно вздрогнул. «Тяжелый, а ведь кажется, что сейчас переломится», — подумал он и чуть распрямил спину, чтобы некроманту было проще удержать равновесие.
Неподалеку сонно закрякала утка. Кто-то потревожил её сон, пробираясь по кустам вдоль берега в их сторону. Ильмаре настороженно повернулся туда, но это был всего лишь его наниматель, мужчина средних лет с жиденькой бородкой, до смерти усталыми глазами и кривым маленьким ртом. Он заозирался, качнулся в их сторону и, разглядев позади наемника того, кого так ждал, чуть ли не кинулся вперед, будто бы захотел не то схватить, не то обнять спасенного сухими, чуть дрожащими руками.
Ильмаре быстро отступил вбок, полностью закрывая некроманта собой, и с очевидным намеком положил ладонь на рукоять меча.
— Я привел мага. Я имею право знать, что вы от него теперь потребуете, — Ильмаре стоял ровно, высоко вздернув подбородок. Уверенность в том, что ему непременно стоит переговорить с этим человеком, прежде чем передавать спасенного, укрепилась, еще когда он разглядел, насколько слаб некромант. Убьют ведь. Заморят. А потом еще и обвинят в мошенничестве, посмертно.
— Господин! — это уже было обращено к магу. Увидев оружие, мужчина нехотя отступил назад и бросил раздраженный взгляд на наемника. — Твое дело тут закончено, эльф, ты можешь убираться с деньгами восвояси!
— В прошлую нашу встречу тон у вас был более располагающий, — Ильмаре вскинул бровь, но решил не усугублять ситуацию и пропустить мимо ушей пренебрежение в чужом голосе. — Говорите сейчас, что нужно, или маг уйдет со мной.
От того, как молчали за спиной — все так же сжимая наплечник, хоть уже и не наваливаясь всем весом, — ощущение собственной правоты становилось лишь сильнее.
— Ты… — наниматель поджал губы, но, помедлив чуть, все-таки начал говорить. — Мой сын болен. Мы думаем, что это одержимость… Духами? Демонами? Он ходит во сне, пару дней назад чуть не вывалился из окна чердака; а еще он падает на пол и начинает кричать, чтобы он, — мужчина сделал ударение на последнем слове и сглотнул, — ушел и не трогал его. Эйнар ослаб и сейчас практически ничего не пьет, не ест, мало ходит. Наш лекарь говорит, что это могли быть какие-то маговские грибы или ягоды, но… Иногда он говорит не своим голосом.
Страница 6 из 139
