Фандом: Гарри Поттер. Сиквел к фанфику «Моя семья и другие животные».Сборник детективных драбблов.После окончания войны с Волдемортом профессор Снейп кардинально меняет профессию…
Добавить в моё избранное
160 мин, 8 сек 21478
И если бы ты регулярно читала «Придиру», ты бы тоже сразу разгадала это дело, — сказала Луна.
Я заскрежетала зубами.
— У нас была серия статей одного ученого-гоблиноведа. Он утверждал, что у гоблинов особая магия. Вы не определите стандартным образом, находится ли гоблин под заклятием, потому что он не человек. Ученый провел ряд опытов и построил таблицу признаков, по которым можно определить, какому заклятию подвергнут гоблин. Например, от Империуса они начинают одеваться в красное, а от Конфундуса у них чешется левый мизинец…
Я тяжело вздохнула.
— Спасибо, Луна, я лучше останусь на посту. Но я сейчас же доложу о твоих открытиях начальнику аврората и директору банка.
— Как тебе удобнее, — покладисто сказала Луна.
Я отбила патронусов своему боссу и директору Гринготтса.
Мой босс из аврората ответил очень предсказуемо, и я его ответ приводить не буду. Это наш внутренний аврорский сленг.
Директор Гринготтса примчался к нам на пост через минуту и чуть не рыдал от счастья, что я не упустила Луну.
Директор вскричал:
— А я-то удивляюсь, почему Раскок вдруг стал носить красные пиджаки, он всегда был так консервативен в одежде!
— Почему же вы не пригляделись к нему, сэр? — с укором спросила Луна…
Я пыталась протестовать, мой босс пытался протестовать, начальник авроров пытался протестовать… Но директор Гринготтса забрал от нас свое заявление и потребовал прекращения расследования. Дальше, как он сказал, банк справится своими силами. На то, чтобы проследить за конкретным сотрудником и найти, куда он относит украденные вещи и кто его заколдовал, у банка сил хватит.
— Гениально просто! Банк не пропустит вора, желающего чужое, даже будь он при этом трижды сотрудником, но банк пропустит бескорыстного, всего лишь исполняющего чей-то приказ! И разумеется, заколдовать проще всего именно сотрудника. Он имеет доступ ко всем сейфам. И гоблина — ведь гоблинов не учат сопротивляться человеческому волшебству… — заключил директор.
— Моя подруга Гермиона Уизли давно добивается, чтобы гоблинов обучали человеческой магии, — вставила Луна. — Она тоже считает, что гоблины должны уметь справляться с волшебниками, раз они работают вместе.
— Да еще в банке. Это очень опасное место! — поддакнул директор. — Среди моих подчиненных мало людей, но любой из них мог бы ответить на заклятие. Хотя бы попытаться. А у гоблина не было ни единого шанса!
— Это несправедливо, — сказала Луна.
— Дайте мне координаты вашей подруги? — спросил директор.
Самое смешное, что Закон об обучении гоблинов действительно приняли. Без поддержки директора Гринготтса это бы вряд ли удалось.
А драгоценности нашли, и вора поймали.
Гермиона добилась, чтобы гоблин Раскок получил компенсацию за причиненный ему волшебниками материальный и моральный ущерб.
Вор действовал в Гринготтсе полгода, и награбил с тех пор немало.
Я была очень благодарна Луне — всё-таки, она раскрыла дело. И я обшарила тайники вора вдоль и поперек, но среди сокровищ из его тайников не нашла ни Кубка Бьянки, ни ожерелья Филиппо…
Ну, учитывая, что ожерелье подменили год назад, намного раньше, чем наш вор взялся за Гринготтс, я и не рассчитывала его найти. Но надеялась на чудо…
Кто же украл их?
Луна мягко улыбнулась.
— Джинни, неужели ты совсем не помнишь историю? Имя Филиппо Борджа тебе ни о чем не говорит?
— У меня был неуд по магической истории, и ты об этом прекрасно знаешь!
— Почему же магической? Семья Борджа известна и маглам. Это всемирно знаменитая семья, — сказала Луна. — Печально знаменитая. Своими злодеяниями и мошенничествами.
— И при чем здесь кубок? — спросила я.
— Филиппо Борджа был истинным сыном своей семьи. Он был мошенником из мошенников. Он пытался совершить переворот в своем городе и взять власть, он был там министром финансов и первым догадался печатать фальшивые деньги на монетном дворе вместо настоящих. Он создавал грандиозные фальшивые предприятия, даже ложную ювелирную компанию основал, он вообще обожал фальшивки…
— Фальшивки?
— Не было никакой подмены. Драгоценности Борджа были фальшивыми с самого начала, — объяснила Луна. — Филиппо сделал их в своей «ювелирной» мастерской. Из старых рыбьих костей, яблочной кожуры и золота, украденного им с монетного двора. Он сделал целую серию таких украшений, и они разошлись по свету. Его ювелирная фирма процветала. Он заработал миллионы на рыбьих костях.
— И никто ничего не заметил?!
— Он был гением подделки, — сказала Луна. — Он всегда знал меру. Да, сначала его фирма была фальшивкой, но она стала богата и всемирно известна. Дальше рисковать собой было глупо. Опасаясь разоблачения, Борджа перешел на настоящие бриллианты и перестал обманывать покупателей.
Я заскрежетала зубами.
— У нас была серия статей одного ученого-гоблиноведа. Он утверждал, что у гоблинов особая магия. Вы не определите стандартным образом, находится ли гоблин под заклятием, потому что он не человек. Ученый провел ряд опытов и построил таблицу признаков, по которым можно определить, какому заклятию подвергнут гоблин. Например, от Империуса они начинают одеваться в красное, а от Конфундуса у них чешется левый мизинец…
Я тяжело вздохнула.
— Спасибо, Луна, я лучше останусь на посту. Но я сейчас же доложу о твоих открытиях начальнику аврората и директору банка.
— Как тебе удобнее, — покладисто сказала Луна.
Я отбила патронусов своему боссу и директору Гринготтса.
Мой босс из аврората ответил очень предсказуемо, и я его ответ приводить не буду. Это наш внутренний аврорский сленг.
Директор Гринготтса примчался к нам на пост через минуту и чуть не рыдал от счастья, что я не упустила Луну.
Директор вскричал:
— А я-то удивляюсь, почему Раскок вдруг стал носить красные пиджаки, он всегда был так консервативен в одежде!
— Почему же вы не пригляделись к нему, сэр? — с укором спросила Луна…
Я пыталась протестовать, мой босс пытался протестовать, начальник авроров пытался протестовать… Но директор Гринготтса забрал от нас свое заявление и потребовал прекращения расследования. Дальше, как он сказал, банк справится своими силами. На то, чтобы проследить за конкретным сотрудником и найти, куда он относит украденные вещи и кто его заколдовал, у банка сил хватит.
— Гениально просто! Банк не пропустит вора, желающего чужое, даже будь он при этом трижды сотрудником, но банк пропустит бескорыстного, всего лишь исполняющего чей-то приказ! И разумеется, заколдовать проще всего именно сотрудника. Он имеет доступ ко всем сейфам. И гоблина — ведь гоблинов не учат сопротивляться человеческому волшебству… — заключил директор.
— Моя подруга Гермиона Уизли давно добивается, чтобы гоблинов обучали человеческой магии, — вставила Луна. — Она тоже считает, что гоблины должны уметь справляться с волшебниками, раз они работают вместе.
— Да еще в банке. Это очень опасное место! — поддакнул директор. — Среди моих подчиненных мало людей, но любой из них мог бы ответить на заклятие. Хотя бы попытаться. А у гоблина не было ни единого шанса!
— Это несправедливо, — сказала Луна.
— Дайте мне координаты вашей подруги? — спросил директор.
Самое смешное, что Закон об обучении гоблинов действительно приняли. Без поддержки директора Гринготтса это бы вряд ли удалось.
А драгоценности нашли, и вора поймали.
Гермиона добилась, чтобы гоблин Раскок получил компенсацию за причиненный ему волшебниками материальный и моральный ущерб.
Вор действовал в Гринготтсе полгода, и награбил с тех пор немало.
Я была очень благодарна Луне — всё-таки, она раскрыла дело. И я обшарила тайники вора вдоль и поперек, но среди сокровищ из его тайников не нашла ни Кубка Бьянки, ни ожерелья Филиппо…
Ну, учитывая, что ожерелье подменили год назад, намного раньше, чем наш вор взялся за Гринготтс, я и не рассчитывала его найти. Но надеялась на чудо…
Кто же украл их?
Луна мягко улыбнулась.
— Джинни, неужели ты совсем не помнишь историю? Имя Филиппо Борджа тебе ни о чем не говорит?
— У меня был неуд по магической истории, и ты об этом прекрасно знаешь!
— Почему же магической? Семья Борджа известна и маглам. Это всемирно знаменитая семья, — сказала Луна. — Печально знаменитая. Своими злодеяниями и мошенничествами.
— И при чем здесь кубок? — спросила я.
— Филиппо Борджа был истинным сыном своей семьи. Он был мошенником из мошенников. Он пытался совершить переворот в своем городе и взять власть, он был там министром финансов и первым догадался печатать фальшивые деньги на монетном дворе вместо настоящих. Он создавал грандиозные фальшивые предприятия, даже ложную ювелирную компанию основал, он вообще обожал фальшивки…
— Фальшивки?
— Не было никакой подмены. Драгоценности Борджа были фальшивыми с самого начала, — объяснила Луна. — Филиппо сделал их в своей «ювелирной» мастерской. Из старых рыбьих костей, яблочной кожуры и золота, украденного им с монетного двора. Он сделал целую серию таких украшений, и они разошлись по свету. Его ювелирная фирма процветала. Он заработал миллионы на рыбьих костях.
— И никто ничего не заметил?!
— Он был гением подделки, — сказала Луна. — Он всегда знал меру. Да, сначала его фирма была фальшивкой, но она стала богата и всемирно известна. Дальше рисковать собой было глупо. Опасаясь разоблачения, Борджа перешел на настоящие бриллианты и перестал обманывать покупателей.
Страница 20 из 46
