Фандом: Гарри Поттер. Как умирают Темные Лорды — и как рождаются драконы.
Добавить в моё избранное
20 мин, 5 сек 11605
— Просто так выбить хоркрукс невозможно — что-то ты там такое особенное… намодифицировал. Давай вот на нём, — сказал он, трансфигурируя стул в большого удава.
Долохов спрятал кинжал и, подняв палочку, бросил в зашипевшего удава не одно Оглушающее, а целую связку. Удав отлетел в сторону и безвольно растекся по полу, превращаясь в поломанный стул.
— Этим по мальчишке? — в ужасе прошептал Эйвери. — И он сейчас там валяется — вот таким же?
— А кстати да, — встрепенулся Мальсибер, покуда Родольфус с удивительным хладнокровием восстанавливал удава. — Надо же проведать его… он жив, вообще?
— Жив, конечно! — возмущённо ответил Малфой. — Сутки прошли — ты думаешь, я за это время не поинтересовался, что там у меня в подвалах происходит? Жив — поел даже и спит себе. Бледноват, правда — ну так второй месяц в подвале сидит. Не курорт же.
— Покажи-ка ещё раз, — попросил Долохова, тем временем, Родольфус. — Никогда такого не видел.
Долохов охотно продемонстрировал связку заклинаний еще раз.
— Тоже фамильное, — с ноткой гордости сказал он. — Прадед ими вампиров глушил, в русско-турецкую.
— Я понимаю, что тебе надоело — но давай ещё раз, — попросил Родольфус, приманивая пергамент, перо и чернильницу. — Мне кажется, твой прадед изобрёл что-то очень… полезное. Нам всем сейчас. Давай.
Мучил он Долохова ещё долго — а когда они, наконец-то, закончили, Рабастан жалобно попросил:
— Давайте прервёмся! Мне уже даже не то что этого трансфигурированного удава — стул жалко. Нам от этого толк какой?
— А такой, — назидательно проговорил Родольфус. — Никто не знает, сколько ещё наш Лорд сделал этих хоркруксов — но я крайне удивлюсь, если Поттер — единственный. Нам предстоят поиски — а это заклятье, насколько я сумел понять, позволяет, как это ни удивительно, извлечь кусочек души, не разрушив и даже не повредив носителя. Учитывая, что мы понятия не имеем, что — или кто — это ещё может быть, заклинание это может оказаться для нас огромным подспорьем. Научишь нас всех? — попросил он Долохова — и тут же поправился: — Ну, почти всех. Эйву, я думаю, это не обязательно. Да и Мальсиберу…
— Нет уж, — с совершенно несвойственным ему мстительно-мрачным выражением лица отрезал Мальсибер. — Это я хочу знать. И, надеюсь, что мне доведётся его использовать.
Искали хоркркуксы Лорда всей компанией. Кольцо Слизерина доставил злобно шипящий о чокнутых экспериментаторах и старческом маразме Снейп, медальон — Малфой, вызвавший через Нарциссу Кричера и расспросивший его о загадочном исчезновении Регулуса Блэка, чашу — Родольфус, а диадему догадался поискать в Выручай-комнате тихоня Эйвери.
И тут события понеслись, как снежный ком с горы — тренировку Поттера и Долохова обнаружил Петтигрю, сразу же бросившийся к Лорду. К несчастью, крысу ни Гарри, ни Долохов не заметили — и появление самого Лорда стало для последнего абсолютным сюрпризом.
— Поттер! — в голосе Лорда плескалось неприкрытое удовольствие. — Наконец-то мы встретились! Прими же свою смерть от руки Лорда Волдеморта, жалкий мальчишка!
Вокруг стали одна за другой появляться фигуры в черных пожирательских плащах и масках — и первой возле Лорда оказалась Беллатрикс.
— Ага, разбежался! — непочтительно ответил Гарри Поттер, готовясь атаковать выученными за последний месяц заклятьями.
— Авада… Кедавра! — провозгласил Волдеморт, наводя палочку на стоявшего у стены Гарри. Тот вскинул руку и, как учил его Моуди-Долохов, трансфигурировал прямо перед собой зеркальный щит. Зелёный луч ударился о него — и, отразившись, отрикошетил назад… И в тот же момент МакНейр отрубил голову рванувшейся к Поттеру Нагини.
Гарри смотрел на упавшего от собственной, отраженной Авады Лорда и не мог поверить, что все кончено. И не зря.
— Мой Лорд! — черной тенью метнулась к Повелителю Беллатрикс. — Мой Лорд!
Она, с искаженным отчаянием лицом, повернулась к Гарри.
— Экспеллиармус! Авада Кедавра! — и тут под смертельный зеленый луч бросилась косматая зверюга, принимая предназначенную Гарри смерть.
Беллатрикс обезоружил кто-то из Пожирателей, а Гарри упал на колени рядом со своей спасительницей.
— Я даже имя тебе не придумал, — потерянно прошептал он, гладя уродливую голову неведомой твари.
Объясняться с Поттером выпало на долю Рабастана и Мальсибера — Снейп это делать категорически отказался, равно как и Долохов. Впрочем, Снейп, на пару с Родольфусом, согласился их обоих подстраховать — ибо не хватало ещё, чтобы Поттер выкинул что-нибудь… креативное.
Рассказ занял несколько минут — и привел мальчишку в состояние какой-то усталой обреченности.
— То есть там вместо меня был мой двойник? — тихо спросил Гарри. — Нарисованный? Как и … — он помолчал. — Но ведь он же тоже живой! И настоящий!
— Он не совсем настоящий, — заговорил Рабастан, подходя к Гарри.
Долохов спрятал кинжал и, подняв палочку, бросил в зашипевшего удава не одно Оглушающее, а целую связку. Удав отлетел в сторону и безвольно растекся по полу, превращаясь в поломанный стул.
— Этим по мальчишке? — в ужасе прошептал Эйвери. — И он сейчас там валяется — вот таким же?
— А кстати да, — встрепенулся Мальсибер, покуда Родольфус с удивительным хладнокровием восстанавливал удава. — Надо же проведать его… он жив, вообще?
— Жив, конечно! — возмущённо ответил Малфой. — Сутки прошли — ты думаешь, я за это время не поинтересовался, что там у меня в подвалах происходит? Жив — поел даже и спит себе. Бледноват, правда — ну так второй месяц в подвале сидит. Не курорт же.
— Покажи-ка ещё раз, — попросил Долохова, тем временем, Родольфус. — Никогда такого не видел.
Долохов охотно продемонстрировал связку заклинаний еще раз.
— Тоже фамильное, — с ноткой гордости сказал он. — Прадед ими вампиров глушил, в русско-турецкую.
— Я понимаю, что тебе надоело — но давай ещё раз, — попросил Родольфус, приманивая пергамент, перо и чернильницу. — Мне кажется, твой прадед изобрёл что-то очень… полезное. Нам всем сейчас. Давай.
Мучил он Долохова ещё долго — а когда они, наконец-то, закончили, Рабастан жалобно попросил:
— Давайте прервёмся! Мне уже даже не то что этого трансфигурированного удава — стул жалко. Нам от этого толк какой?
— А такой, — назидательно проговорил Родольфус. — Никто не знает, сколько ещё наш Лорд сделал этих хоркруксов — но я крайне удивлюсь, если Поттер — единственный. Нам предстоят поиски — а это заклятье, насколько я сумел понять, позволяет, как это ни удивительно, извлечь кусочек души, не разрушив и даже не повредив носителя. Учитывая, что мы понятия не имеем, что — или кто — это ещё может быть, заклинание это может оказаться для нас огромным подспорьем. Научишь нас всех? — попросил он Долохова — и тут же поправился: — Ну, почти всех. Эйву, я думаю, это не обязательно. Да и Мальсиберу…
— Нет уж, — с совершенно несвойственным ему мстительно-мрачным выражением лица отрезал Мальсибер. — Это я хочу знать. И, надеюсь, что мне доведётся его использовать.
Искали хоркркуксы Лорда всей компанией. Кольцо Слизерина доставил злобно шипящий о чокнутых экспериментаторах и старческом маразме Снейп, медальон — Малфой, вызвавший через Нарциссу Кричера и расспросивший его о загадочном исчезновении Регулуса Блэка, чашу — Родольфус, а диадему догадался поискать в Выручай-комнате тихоня Эйвери.
И тут события понеслись, как снежный ком с горы — тренировку Поттера и Долохова обнаружил Петтигрю, сразу же бросившийся к Лорду. К несчастью, крысу ни Гарри, ни Долохов не заметили — и появление самого Лорда стало для последнего абсолютным сюрпризом.
— Поттер! — в голосе Лорда плескалось неприкрытое удовольствие. — Наконец-то мы встретились! Прими же свою смерть от руки Лорда Волдеморта, жалкий мальчишка!
Вокруг стали одна за другой появляться фигуры в черных пожирательских плащах и масках — и первой возле Лорда оказалась Беллатрикс.
— Ага, разбежался! — непочтительно ответил Гарри Поттер, готовясь атаковать выученными за последний месяц заклятьями.
— Авада… Кедавра! — провозгласил Волдеморт, наводя палочку на стоявшего у стены Гарри. Тот вскинул руку и, как учил его Моуди-Долохов, трансфигурировал прямо перед собой зеркальный щит. Зелёный луч ударился о него — и, отразившись, отрикошетил назад… И в тот же момент МакНейр отрубил голову рванувшейся к Поттеру Нагини.
Гарри смотрел на упавшего от собственной, отраженной Авады Лорда и не мог поверить, что все кончено. И не зря.
— Мой Лорд! — черной тенью метнулась к Повелителю Беллатрикс. — Мой Лорд!
Она, с искаженным отчаянием лицом, повернулась к Гарри.
— Экспеллиармус! Авада Кедавра! — и тут под смертельный зеленый луч бросилась косматая зверюга, принимая предназначенную Гарри смерть.
Беллатрикс обезоружил кто-то из Пожирателей, а Гарри упал на колени рядом со своей спасительницей.
— Я даже имя тебе не придумал, — потерянно прошептал он, гладя уродливую голову неведомой твари.
Объясняться с Поттером выпало на долю Рабастана и Мальсибера — Снейп это делать категорически отказался, равно как и Долохов. Впрочем, Снейп, на пару с Родольфусом, согласился их обоих подстраховать — ибо не хватало ещё, чтобы Поттер выкинул что-нибудь… креативное.
Рассказ занял несколько минут — и привел мальчишку в состояние какой-то усталой обреченности.
— То есть там вместо меня был мой двойник? — тихо спросил Гарри. — Нарисованный? Как и … — он помолчал. — Но ведь он же тоже живой! И настоящий!
— Он не совсем настоящий, — заговорил Рабастан, подходя к Гарри.
Страница 5 из 6
