Фандом: Гарри Поттер. … Стыдятся ли они, делая мерзости? Нет, нисколько не стыдятся и не краснеют«. Иеремия 6:13-26. Драко Малфой, как всегда, что-то затевает. Но льстить и хитрить умеет не только он.»
Добавить в моё избранное
25 мин, 41 сек 9784
Драко не сомневался, что репутацию семьи удастся восстановить, потому что верил: звон галлеонов гораздо громче дурной славы.
Хитрые сети были сплетены. Оставалось только ждать, но ожидание давалось Драко очень нелегко. Письмо мистеру Бриксу, составленное самым деликатным образом, было отправлено два дня назад. Дорогущее, хоть и аляповатое кольцо двоюродной бабки по отцовской линии было подарено Мариэтте днём раньше, с намеком на помолвку, но без конкретных обязательств. План был хорош, но время близилось к полудню. Мариэтта обещала прислать сову, как только мать сообщит ей о решении Комиссии, и по меркам Драко этот счастливый момент должен был наступить часа два назад. Он не хотел, чтобы это произошло в Мэноре, а потому с утра сидел в тёмном углу «Дырявого котла» и развлекался тем, что охлаждал и нагревал тыквенный сок в стакане. Уходя утром из дома, он позволил себе намекнуть отцу и матери на то, что вечером у них будет повод для праздника, и ему не терпелось увидеть изумленное и восхищенное лицо отца в момент, когда тот услышит чудесные новости. Однако чем дольше Драко сидел, с нетерпением поглядывая в окно, тем тревожней становилось у него на душе.
Из окна паба ему был виден лоток газетчика, продающего сегодняшний «Пророк», и потерявший терпение Драко успел отправить за газетой мальчишку, как вдруг его мучения были прерваны стуком клюва о стекло. Он приоткрыл окно, отвязал письмо от лапки почтового сычика, сунул в мешочек целый галлеон на удачу и развернул пергамент. Ещё не начав читать письмо, Драко удивился тому, какое оно длинное — чтобы соблюсти конспирацию, Мариэтта должна была написать всего два слова: «Всё хорошо».
«Дорогой Драко! — прочёл он. — Сначала я решила, что не стану писать тебе, но потом, осознав, как тяжело тебе будет пережить разлуку, передумала. Через пять минут я отбываю через портключ в Индию, где собираюсь учиться на целителя. Денег, вырученных с продажи твоего (точнее, моего) кольца, должно хватить, пока я не найду работу. Прости, что не могу передать привет от своей мамы — мы с ней год как не общались, а до этого лет десять как не ладили. Обещаю следить за новостями из Британии и надеюсь, что не вдребезги разбила тебе сердце, М. Э.»
Драко давно так не ругался — к счастью, слушателей поблизости не было. Истощив запас проклятий и неприличных слов женского рода, он жахнул по письму Инсендио и выхватил из рук подоспевшего мальчишки утренний «Пророк».
Вся первая полоса была посвящена тому, как нужно встречать миллениум, хотя до Нового года оставалось добрых три месяца. Пролистав газету, Драко нашёл очередной хвалебный отзыв о молодых аврорах, огромную рекламу «Всевозможных волшебных вредилок», и вдруг уткнулся взглядом в фото Риты Скитер, лукаво подмигивающей над статьей с заголовком: «Преступления века». В статье говорилось о том, что из-за предвзятости цензуры мисс Скитер решила покончить с карьерой журналистки и уже дописывает свою первую книгу. «Основанная на реальных событиях и признаниях бывших Пожирателей Смерти, книга полна загадок и разоблачений. Вы сможете прочесть интервью мисс Скитер с раскаявшимся Драко Малфоем, где он делится подробностями некоторых событий в поместье Гойлов и признаётся в содействии Северусу Снейпу, а также рассказ мадам Розмерты о том, как её вынуждали»…
Не дочитав статью, Драко проворчал себе под нос «дура и курица, да кто тебе поверит», и перевернул страницу. В разделе «Коротко о главном» его внимание привлекла крошечная заметка, от которой в глазах всё поплыло и мурашки побежали по коже:«Как мы сообщали ранее… снова анонимные письма… ложные обвинения в адрес почтенного судьи… мистер Брикс поклялся, что больше не станет это терпеть… мерзкие инсинуации… на этот раз будет назначено тщательное расследование… сорвать заседание комиссии… ужесточить условия… конфисковать имущество военных преступников… определить наказание в виде работ на благо магглорожденных… Малфои»…
В тот момент, когда Драко решил, что ничего более ужасного в этот день уже произойти не может, над его головой вдруг раздался незнакомый голос:
— Мистер Малфой?
Драко поднял голову, пытаясь понять, что за амбал стоит перед ним, но незнакомец положил руку ему на плечо, улыбнулся и представился:
— Здравствуйте. Я от мистера Гойла, и у меня к вам есть разговор.
К счастью, старик Том не любил, когда в его пабе бьют посуду и ломают мебель.
Позволив Драко скрыться в камине, он незаметно и очень ловко для своих лет задержал громилу Импедиментой, а потом битый час угощал его огневиски, уверяя, что отныне путь таким, как Драко Малфой, в «Дырявый котёл» заказан. Когда пьяный друг Гойлов наконец отправился восвояси, Том вздохнул с облегчением и понёс заказ большой семье волшебников, расположившейся за центральным столом. По дороге его внимание снова привлёк портрет Улика Гампа: старик довольно улыбался, щурясь от солнечных лучей, и Том решил, что это добрый знак.
Хитрые сети были сплетены. Оставалось только ждать, но ожидание давалось Драко очень нелегко. Письмо мистеру Бриксу, составленное самым деликатным образом, было отправлено два дня назад. Дорогущее, хоть и аляповатое кольцо двоюродной бабки по отцовской линии было подарено Мариэтте днём раньше, с намеком на помолвку, но без конкретных обязательств. План был хорош, но время близилось к полудню. Мариэтта обещала прислать сову, как только мать сообщит ей о решении Комиссии, и по меркам Драко этот счастливый момент должен был наступить часа два назад. Он не хотел, чтобы это произошло в Мэноре, а потому с утра сидел в тёмном углу «Дырявого котла» и развлекался тем, что охлаждал и нагревал тыквенный сок в стакане. Уходя утром из дома, он позволил себе намекнуть отцу и матери на то, что вечером у них будет повод для праздника, и ему не терпелось увидеть изумленное и восхищенное лицо отца в момент, когда тот услышит чудесные новости. Однако чем дольше Драко сидел, с нетерпением поглядывая в окно, тем тревожней становилось у него на душе.
Из окна паба ему был виден лоток газетчика, продающего сегодняшний «Пророк», и потерявший терпение Драко успел отправить за газетой мальчишку, как вдруг его мучения были прерваны стуком клюва о стекло. Он приоткрыл окно, отвязал письмо от лапки почтового сычика, сунул в мешочек целый галлеон на удачу и развернул пергамент. Ещё не начав читать письмо, Драко удивился тому, какое оно длинное — чтобы соблюсти конспирацию, Мариэтта должна была написать всего два слова: «Всё хорошо».
«Дорогой Драко! — прочёл он. — Сначала я решила, что не стану писать тебе, но потом, осознав, как тяжело тебе будет пережить разлуку, передумала. Через пять минут я отбываю через портключ в Индию, где собираюсь учиться на целителя. Денег, вырученных с продажи твоего (точнее, моего) кольца, должно хватить, пока я не найду работу. Прости, что не могу передать привет от своей мамы — мы с ней год как не общались, а до этого лет десять как не ладили. Обещаю следить за новостями из Британии и надеюсь, что не вдребезги разбила тебе сердце, М. Э.»
Драко давно так не ругался — к счастью, слушателей поблизости не было. Истощив запас проклятий и неприличных слов женского рода, он жахнул по письму Инсендио и выхватил из рук подоспевшего мальчишки утренний «Пророк».
Вся первая полоса была посвящена тому, как нужно встречать миллениум, хотя до Нового года оставалось добрых три месяца. Пролистав газету, Драко нашёл очередной хвалебный отзыв о молодых аврорах, огромную рекламу «Всевозможных волшебных вредилок», и вдруг уткнулся взглядом в фото Риты Скитер, лукаво подмигивающей над статьей с заголовком: «Преступления века». В статье говорилось о том, что из-за предвзятости цензуры мисс Скитер решила покончить с карьерой журналистки и уже дописывает свою первую книгу. «Основанная на реальных событиях и признаниях бывших Пожирателей Смерти, книга полна загадок и разоблачений. Вы сможете прочесть интервью мисс Скитер с раскаявшимся Драко Малфоем, где он делится подробностями некоторых событий в поместье Гойлов и признаётся в содействии Северусу Снейпу, а также рассказ мадам Розмерты о том, как её вынуждали»…
Не дочитав статью, Драко проворчал себе под нос «дура и курица, да кто тебе поверит», и перевернул страницу. В разделе «Коротко о главном» его внимание привлекла крошечная заметка, от которой в глазах всё поплыло и мурашки побежали по коже:«Как мы сообщали ранее… снова анонимные письма… ложные обвинения в адрес почтенного судьи… мистер Брикс поклялся, что больше не станет это терпеть… мерзкие инсинуации… на этот раз будет назначено тщательное расследование… сорвать заседание комиссии… ужесточить условия… конфисковать имущество военных преступников… определить наказание в виде работ на благо магглорожденных… Малфои»…
В тот момент, когда Драко решил, что ничего более ужасного в этот день уже произойти не может, над его головой вдруг раздался незнакомый голос:
— Мистер Малфой?
Драко поднял голову, пытаясь понять, что за амбал стоит перед ним, но незнакомец положил руку ему на плечо, улыбнулся и представился:
— Здравствуйте. Я от мистера Гойла, и у меня к вам есть разговор.
К счастью, старик Том не любил, когда в его пабе бьют посуду и ломают мебель.
Позволив Драко скрыться в камине, он незаметно и очень ловко для своих лет задержал громилу Импедиментой, а потом битый час угощал его огневиски, уверяя, что отныне путь таким, как Драко Малфой, в «Дырявый котёл» заказан. Когда пьяный друг Гойлов наконец отправился восвояси, Том вздохнул с облегчением и понёс заказ большой семье волшебников, расположившейся за центральным столом. По дороге его внимание снова привлёк портрет Улика Гампа: старик довольно улыбался, щурясь от солнечных лучей, и Том решил, что это добрый знак.
Страница 6 из 8
