Фандом: Изумрудный город. Сколько надо переступить невидимых барьеров в своей душе, чтобы стать Принцессой Тьмы? Но всегда есть лучик света в тёмном царстве. Дочь бывшей невесты Железного Дровосека ждёт странная и необычная судьба…
Добавить в моё избранное
159 мин, 48 сек 2936
Сейчас тот сидел на троне в глубокой задумчивости, а перед ним висело в воздухе большое ромбовидное зеркало в чёрно-серебряной раме. Похоже, острые углы и шипы вообще были у Пакира любимым украшением (как и чёрный цвет). Впрочем, чего ещё от него ждать…
Ланга подошла и вгляделась.
— Не пугайся, — с кривой усмешкой предупредил её Пакир. — Ты не увидишь ничего страшного. Но тебя это должно заинтересовать.
Ланга сжалась, точно от удара — хотя всё было в порядке. Но она никак не ожидала увидеть в зеркале ЭТО.
Мирная деревенька под мрачным небом. Домики, выкрашенные в голубой цвет — на половине краска побледнела от времени и кое-где облупилась, а в некоторых явно уже и не живут давным-давно. Внезапно девушка поняла, что деревня ей очень знакома… Слишком знакома.
А вот и её дом.
— Это же… — выдохнула она.
— Вот именно, — удовлетворённо кивнул Пакир. — Это твой родной дом. Смотри дальше. Смотри-смотри, не бойся.
Лангу не надо было упрашивать. Расширив глаза, почти не моргая, она вглядывалась в зеркало, словно пытаясь увидеть в нём больше, чем оно могло показать.
На порог дома вскочила незнакомая черноволосая девушка, торопливо постучала в дверь. Что-то, по-видимому, сказала — зеркало не передавало звуков, только изображение. Ей открыли, она вошла в дом — и Ланга увидела маму.
Веса сильно постарела за те восемь лет, что прошли со времён исчезновения дочери. Что послужило этому причиной — годы ли брали своё или волнения, а скорее всего, и то и другое… Трудно было сказать. Ланга боялась вскрикнуть — мало ли, как отреагирует Пакир… И молча смотрела на происходящее с нарастающей болью в сердце.
Мама щурилась, как будто плохо видела — да, наверное, так оно и было… Они с девушкой обменялись несколькими словами, а потом Веса чуть-чуть отвернулась — и Ланга, потрясённая, увидела странную вещь: девушка (на её лице возникло выражение отпетой обманщицы) склонила голову, чуть шевельнула пальцами и… изменилась. Посветлели волосы. Чуть вытянулось лицо. Теперь она была очень похожа на Лангу. Пусть и не совсем, но — похожа.
— Ах ты… — яростно прошептала Ланга, не находя слов.
Обман закручивался на всю катушку. Веса явно признала в незнакомой девушке родную дочь, и ей было невдомёк, что настоящая Ланга глубоко под землёй чуть ли не скрежещет зубами от бессильного гнева и обиды. Да кто позволил этой самозванке притворяться ею? Как она посмела обманывать маму?! Попадись эта девушка Ланге — да пусть она хоть какая волшебница, Ланга её в порошок сотрёт!
— Кто это? — резко спросила Ланга, указывая на девушку в зеркале.
— Это? — Пакир сделал вид, что улыбнулся, но у него вышел скорее злобный оскал. — Её зовут Корина. Очень талантливая колдунья, единственный недостаток — никак не определится с выбором жизненного пути.
— А что ей нужно от моей мамы? — Ланга не могла оторвать взгляд от зеркала. А там уже Веса писала письмо — чуть ли не под диктовку этой Корины, которая так вызывающе нависла у неё за плечом…
Пакир равнодушно пожал плечами.
— Пытается использовать её в своих интересах, вероятно.
— Это ещё как? — разозлилась Ланга.
— Я откуда знаю? Её мысли, её решения. Я в них не заглядываю и ничего не могу сделать, — ответил Пакир таким тоном, что Ланге захотелось разозлиться ещё больше. Её обманывают. Ей не говорят! А ведь на ее глазах только что обманули её маму. Но злиться на Пакира бесполезно — будет только хуже. Поэтому вся злость Ланги обрушилась на наглую обманщицу в зеркале. Корина. Ну что ж, она её запомнит.
Ланга смотрела в зеркало до тех пор, пока Пакир не сделал небрежный жест рукой — и оно исчезло.
— Хватит с тебя.
Девушка неохотно повернулась.
— Что дальше будет с мамой?
— Почему ты не спрашиваешь, что дальше будет с Кориной? — засмеялся Пакир. — Поверь, она важнее для судьбы Волшебной страны, чем твоя мама.
— Меня интересует судьба мамы, — тихо, но упрямо буркнула Ланга. — А вовсе не Корины.
— Это плохо, — заметил Властелин. — Я тебе ещё раз повторяю: Корина важнее для судьбы Волшебной страны, чем твоя мама. Или Волшебная страна тебя не интересует?
Да, Пакир умел задавать коварные вопросы. Если Ланга сейчас скажет, что ей плевать на Корину, что мама важнее — Пакир рассердится. Если же она скажет, что ей в самом деле интересна судьба Волшебной страны — получится, что она интересуется этой Кориной, чтоб ей пусто было.
— Конечно, интересует, но меня же всё интересует, — выкрутилась Ланга, сделав наивные глаза.
Неожиданно Пакир рассмеялся.
— Хитрость белыми нитками шита! Тебе ещё учиться и учиться правильно отвечать на неприятные вопросы. Тебе ещё много чему предстоит научиться, Ланга, — серьёзно закончил он. — Любознательность — это, конечно, хорошо, но иногда она может…
Ланга подошла и вгляделась.
— Не пугайся, — с кривой усмешкой предупредил её Пакир. — Ты не увидишь ничего страшного. Но тебя это должно заинтересовать.
Ланга сжалась, точно от удара — хотя всё было в порядке. Но она никак не ожидала увидеть в зеркале ЭТО.
Мирная деревенька под мрачным небом. Домики, выкрашенные в голубой цвет — на половине краска побледнела от времени и кое-где облупилась, а в некоторых явно уже и не живут давным-давно. Внезапно девушка поняла, что деревня ей очень знакома… Слишком знакома.
А вот и её дом.
— Это же… — выдохнула она.
— Вот именно, — удовлетворённо кивнул Пакир. — Это твой родной дом. Смотри дальше. Смотри-смотри, не бойся.
Лангу не надо было упрашивать. Расширив глаза, почти не моргая, она вглядывалась в зеркало, словно пытаясь увидеть в нём больше, чем оно могло показать.
На порог дома вскочила незнакомая черноволосая девушка, торопливо постучала в дверь. Что-то, по-видимому, сказала — зеркало не передавало звуков, только изображение. Ей открыли, она вошла в дом — и Ланга увидела маму.
Веса сильно постарела за те восемь лет, что прошли со времён исчезновения дочери. Что послужило этому причиной — годы ли брали своё или волнения, а скорее всего, и то и другое… Трудно было сказать. Ланга боялась вскрикнуть — мало ли, как отреагирует Пакир… И молча смотрела на происходящее с нарастающей болью в сердце.
Мама щурилась, как будто плохо видела — да, наверное, так оно и было… Они с девушкой обменялись несколькими словами, а потом Веса чуть-чуть отвернулась — и Ланга, потрясённая, увидела странную вещь: девушка (на её лице возникло выражение отпетой обманщицы) склонила голову, чуть шевельнула пальцами и… изменилась. Посветлели волосы. Чуть вытянулось лицо. Теперь она была очень похожа на Лангу. Пусть и не совсем, но — похожа.
— Ах ты… — яростно прошептала Ланга, не находя слов.
Обман закручивался на всю катушку. Веса явно признала в незнакомой девушке родную дочь, и ей было невдомёк, что настоящая Ланга глубоко под землёй чуть ли не скрежещет зубами от бессильного гнева и обиды. Да кто позволил этой самозванке притворяться ею? Как она посмела обманывать маму?! Попадись эта девушка Ланге — да пусть она хоть какая волшебница, Ланга её в порошок сотрёт!
— Кто это? — резко спросила Ланга, указывая на девушку в зеркале.
— Это? — Пакир сделал вид, что улыбнулся, но у него вышел скорее злобный оскал. — Её зовут Корина. Очень талантливая колдунья, единственный недостаток — никак не определится с выбором жизненного пути.
— А что ей нужно от моей мамы? — Ланга не могла оторвать взгляд от зеркала. А там уже Веса писала письмо — чуть ли не под диктовку этой Корины, которая так вызывающе нависла у неё за плечом…
Пакир равнодушно пожал плечами.
— Пытается использовать её в своих интересах, вероятно.
— Это ещё как? — разозлилась Ланга.
— Я откуда знаю? Её мысли, её решения. Я в них не заглядываю и ничего не могу сделать, — ответил Пакир таким тоном, что Ланге захотелось разозлиться ещё больше. Её обманывают. Ей не говорят! А ведь на ее глазах только что обманули её маму. Но злиться на Пакира бесполезно — будет только хуже. Поэтому вся злость Ланги обрушилась на наглую обманщицу в зеркале. Корина. Ну что ж, она её запомнит.
Ланга смотрела в зеркало до тех пор, пока Пакир не сделал небрежный жест рукой — и оно исчезло.
— Хватит с тебя.
Девушка неохотно повернулась.
— Что дальше будет с мамой?
— Почему ты не спрашиваешь, что дальше будет с Кориной? — засмеялся Пакир. — Поверь, она важнее для судьбы Волшебной страны, чем твоя мама.
— Меня интересует судьба мамы, — тихо, но упрямо буркнула Ланга. — А вовсе не Корины.
— Это плохо, — заметил Властелин. — Я тебе ещё раз повторяю: Корина важнее для судьбы Волшебной страны, чем твоя мама. Или Волшебная страна тебя не интересует?
Да, Пакир умел задавать коварные вопросы. Если Ланга сейчас скажет, что ей плевать на Корину, что мама важнее — Пакир рассердится. Если же она скажет, что ей в самом деле интересна судьба Волшебной страны — получится, что она интересуется этой Кориной, чтоб ей пусто было.
— Конечно, интересует, но меня же всё интересует, — выкрутилась Ланга, сделав наивные глаза.
Неожиданно Пакир рассмеялся.
— Хитрость белыми нитками шита! Тебе ещё учиться и учиться правильно отвечать на неприятные вопросы. Тебе ещё много чему предстоит научиться, Ланга, — серьёзно закончил он. — Любознательность — это, конечно, хорошо, но иногда она может…
Страница 14 из 43
