Принцесса Подземного царства

Ее учитель, Рестео — рослый, худой и бледный мужчина лет пятидесяти, весь в шрамах, очень мрачный и неразговорчивый, — сказал, что это очень полезно, так как, если она будет как следует тренироваться, то через сколько-нибудь лет сможет сражаться двумя мечами сразу, что требует особого умения и отдельных тренировок.

Через сколько-нибудь лет… Ланга прикинула в уме: ей подумалось — не меньше, чем через десять. То есть ей уже будет уже под тридцать — возраст, после которого как-то больше мечтается о покое и тишине зрелых лет, а потом и о спокойной старости, чем о боях и поединках. По крайней мере, девушке… Но во дворце Пакира ей ничего из этого списка не светило. И Ланга снова бралась за оружие.

Долгое время она, как и любой ученик, допускала много ошибок в учебных поединках, а так как девушка поначалу была очень слабой (да и позже силой не блистала), вес оружия оборачивался против неё, она не могла управлять мечом как следует. Все руки, рёбра, ноги, плечи у неё были в синяках (после ударов тупым мечом — Рестео хотя и сдерживал свою силу, но много ли надо девушке комплекции Ланги?), а самая большая проблема была в том, что она свои ошибки не исправляла. Когда её удары были неправильны, она приходила в ярость и начинала размахивать оружием как попало, только усугубляя положение.

— Сохраняй спокойствие, — не раз напоминал ей Рестео, — Следи за дыханием и не делай лишних движений. Зачем ты наклоняешься так сильно?

— Чтобы вы меня не задели мечом, — раздражённо ответила девушка.

— Чтобы я тебя не задел мечом, ты могла бы отклониться буквально на ладонь, а потом отбить удар и достать меня снизу. Если ты будешь так вести себя в реальном бою, то и пяти минут не продержишься.

А вообще-то учебного оружия в Подземном царстве нашлось удивительно мало. Когда каббары тренировались на своей военной службе, они сражались настоящим оружием (что поначалу привело Лангу в ужас). Но там была совсем другая тактика: никогда ни один рядовой каббар не пойдёт сражаться один на один, их цель — задавить массой. Друг с другом же они сражались не на ахти каком высоком уровне: главное — достать противника. На мелкие раны они не обращали особого внимания, а крупные… Ну выйдет один каббар из строя, на его место готовы встать десять новых.

Глава 7. Волшебница

Ланга стала искать магические книги ещё упорнее.

Интересно, пользуется ли книгами Пакир? Ланга этого никогда не видела. Она даже не слышала, как он произносил заклинания — все его магические действия заключались в небрежных жестах и взглядах. Видимо, и книги ему не нужны. Но если Властелин боялся, что она эти книги найдёт, то, значит, вообще во дворце они есть. Осталось выяснить, нет ли их у самого Пакира.

И сделать это надо было очень осторожно.

Ланга стала невзначай задавать вопросы. Когда приходилось к слову — а это было очень редко. Вопросы были составлены с такой тонкой, поистине женской хитростью, что разгадать в них какой-либо намёк было практически невозможно. И всё-таки девушка боялась, что Пакиру придёт в голову заглянуть к ней в мысли. Но то ли Темный Властелин не задумывался над её вопросами, то ли действительно не догадывался просмотреть, о чём она думает в эти моменты, — так или иначе, Ланга оставалась безнаказанной. Времени, однако, на всё это потребовалось очень много, но она уже научилась терпеть и выжидать. И спустя несколько месяцев была вознаграждена, выяснив окончательно, что Пакир магическими книгами не пользуется с тех самых пор, как Торн создал Волшебную страну.

Хорошо это или плохо?

Ланга решила, что хорошо. По крайней мере, ему они не нужны. И, скорее всего, они где-то далеко от него, потому что у него в комнатах она их не видела.

Она снова взялась за библиотеку. Ну где-то же они должны быть!

Книги по магии стали заветной мечтой Ланги. С мыслями о них она просыпалась, училась, тренировалась, ложилась спать, а ночью ей снилось, что она стала волшебницей, нашла заклинание превращения в птицу и уже с его помощью летает над морем. Желание усиливалось ещё и тем, что изредка Пакир напоминал ей о Корине. Корина стала проклятьем её жизни — не только потому, что обманула маму и Железного Дровосека, но и потому, что Лангу постоянно с ней сравнивали.

Корина была талантливой волшебницей, очень целеустремлённой, но, к сожалению Темного Властелина, ещё не определившейся, на чьей она стороне. Пакир же не спешил её переманивать и переубеждать каким бы то ни было способом. Такая гордая, властолюбивая, самолюбивая, полная ненависти девица от него не уйдёт. А чего стоит одно её убеждение «надо быть доброй и злой волшебницей сразу»? Разве это можно назвать светлой мыслью? Никогда. А «посерединке» не бывает, не стоит обманывать себя. Рано или поздно Тьма найдёт, за что зацепиться. За любую мелочь…

Итак, Корина была талантливой волшебницей, а Ланга?

Чем она хуже? Неужели она менее талантлива?