Фандом: Изумрудный город. Сколько надо переступить невидимых барьеров в своей душе, чтобы стать Принцессой Тьмы? Но всегда есть лучик света в тёмном царстве. Дочь бывшей невесты Железного Дровосека ждёт странная и необычная судьба…
Добавить в моё избранное
159 мин, 48 сек 2880
— Я вам не вещь.
— Ишь, принцесса какая. Пошли, пошли! И нечего нос задирать, а то… — и он добавил несколько грязных ругательств.
Пленница посмотрела на него презрительно. Потом развернулась и гордо пошла впереди.
Во дворце девочку удивляло всё. Темнота. Зловещая тишина. Запутанность лестниц, переходов, коридоров и обилие пустых залов. Не то что в домах жевунов, где всё было так светло, чисто и уютно, а в кухне всегда находилось что-нибудь перекусить. Тем более что она помнила — хотя и очень смутно — то время, когда их деревенька ещё не ушла за Бесконечную стену, и дома окружали роскошные сады, где ветки деревьев под тяжестью фруктов гнулись до земли, а за околицей расстилались золотистые поля, трижды в год приносящие обильный урожай. Интересно, а здесь есть какие-нибудь поля и сады?
— Входи сюда, — каббар протянул руку, чтобы подтолкнуть девочку, но та одарила его таким высокомерным взглядом, что он невольно отступил.
… Длинные светлые косы — странный цвет, пепельно-русый, в свете Пещеры кажется серебристым. Большие синие глаза на исхудавшем лице. Тонкие поджатые губы. Осанка прямая, руки свободно опущены. Никакой затравленности во взгляде. Будь она чуть постарше, а волосы потемнее, Пакир подумал бы, что ему привели другую девушку. Не пленницу подземелья — жительницу чудесного небесного мира, давно им разрушенного…
Девочка стояла и смотрела на него, а он, ради торжественного случая принявший облик какого-то кошмарного монстра, сидел и смотрел на неё. Стражники пытались подтолкнуть пленницу к трону и заставить её поклониться, но она вдруг резко отпрыгнула от них и гневно крикнула:
— Не смейте меня трогать!
— Не трогайте её, — снисходительно усмехнулся повелитель Тьмы. — Пошли вон!
Каббары юркнули за дверь, а девочка выпрямилась. Теперь она осталась один на один с Тёмным Властелином.
— Ну и как тебя зовут? — поинтересовался Пакир после долгого молчания.
— Ланга.
— Хм. Интересное имя. Кажется, похожее носила принцесса одной далекой страны, она любила менять себе головы… А меня зовут Пакир, — представился тёмный маг.
— Очень приятно познакомиться, — равнодушно отозвалась Ланга, рассматривая убранство зала. Собственно, убранством это назвать было трудно. Сплошной чёрный камень и железо, узкие высокие окна, скорее не для света, а для эффектного довершения обстановки. Отовсюду торчат шипы величиной с её рост.
— В самом деле? — рассмеялся Пакир и моментально изменил облик. Теперь он был человеком лет сорока, худым, сутулым, с хищным лицом, и внешне напоминал коршуна. Чёрный плащ дополнял это сходство. Ланга вздрогнула.
— Да, девочка, я легко меняю обличья. Ну так что же? Тебе в самом деле приятно?
— Побыли бы на моём месте — я бы на вас посмотрела, — равнодушным, несмотря на испуг, тоном произнесла юная жевунья.
Пакир расхохотался так, что Ланга невольно отступила назад на три шага. Он смеялся долго.
— Ну, ты меня здорово позабавила, — наконец сказал он. — Однако шутки кончились, перейдём к делу. Как ты знаешь, мы тебя держали в темнице почти два года…
— Сколько?! — крикнула Ланга.
— Не перебивай! Итак…
— Нет, я буду перебивать! — завопила девочка. — Вы не имеете права! Сначала затащили всю деревню в какой-то дурацкий лес, где полно призраков и бродят ваши звери! Потом схватили нас! Потом держали в подвале! А теперь…
— Тише, тише, умоляю, — поморщился Пакир. — Вот уж не знал, что жевунские девочки такие громкие… Может, тебя ещё пару лет подержать в подземелье? Чтобы ты успокоилась? А?
— Только попробуйте, — нахмурилась Ланга, скрестив руки на груди.
Пакир долго смотрел на неё.
— Да, — наконец сказал он. — Удивительная ты личность, Ланга. Твои соотечественницы оказались по выходе из тюрьмы смирными, как овечки. А ты бунтуешь намного сильнее, чем тогда, когда тебя туда запихивали.
— Что с ними? — встрепенулась Ланга.
— С кем?
— С остальными девочками. Что вы с ними сделали?
— Ничего. Но ты их больше не увидишь, — ответил Пакир.
Ланга помолчала, осмысливая эту новость. Потом дрогнувшим голосом задала ещё один волнующий её вопрос:
— А маму?
— Маму? — поморщился властелин Тьмы. — Тем более. Ты теперь будешь жить здесь. Возможно, я даже сделаю тебя моей личной служанкой. Но с верхним миром тебя больше ничто связывать не будет.
— Но не могу же я бросить её там! — снова крикнула Ланга. — Она же не сможет жить одна! Отпустите меня!
— Замолчи, — резко оборвал её Пакир. Девочка застыла на месте, хмуро и отчаянно глядя на Властелина. — Твоя мать не видела тебя два года, и если с ней ничего не случилось за это время, не случится и в дальнейшем. Ты должна понять, Ланга, — ледяным голосом продолжил колдун. — То, что я сказал — закон.
— Ишь, принцесса какая. Пошли, пошли! И нечего нос задирать, а то… — и он добавил несколько грязных ругательств.
Пленница посмотрела на него презрительно. Потом развернулась и гордо пошла впереди.
Во дворце девочку удивляло всё. Темнота. Зловещая тишина. Запутанность лестниц, переходов, коридоров и обилие пустых залов. Не то что в домах жевунов, где всё было так светло, чисто и уютно, а в кухне всегда находилось что-нибудь перекусить. Тем более что она помнила — хотя и очень смутно — то время, когда их деревенька ещё не ушла за Бесконечную стену, и дома окружали роскошные сады, где ветки деревьев под тяжестью фруктов гнулись до земли, а за околицей расстилались золотистые поля, трижды в год приносящие обильный урожай. Интересно, а здесь есть какие-нибудь поля и сады?
— Входи сюда, — каббар протянул руку, чтобы подтолкнуть девочку, но та одарила его таким высокомерным взглядом, что он невольно отступил.
… Длинные светлые косы — странный цвет, пепельно-русый, в свете Пещеры кажется серебристым. Большие синие глаза на исхудавшем лице. Тонкие поджатые губы. Осанка прямая, руки свободно опущены. Никакой затравленности во взгляде. Будь она чуть постарше, а волосы потемнее, Пакир подумал бы, что ему привели другую девушку. Не пленницу подземелья — жительницу чудесного небесного мира, давно им разрушенного…
Девочка стояла и смотрела на него, а он, ради торжественного случая принявший облик какого-то кошмарного монстра, сидел и смотрел на неё. Стражники пытались подтолкнуть пленницу к трону и заставить её поклониться, но она вдруг резко отпрыгнула от них и гневно крикнула:
— Не смейте меня трогать!
— Не трогайте её, — снисходительно усмехнулся повелитель Тьмы. — Пошли вон!
Каббары юркнули за дверь, а девочка выпрямилась. Теперь она осталась один на один с Тёмным Властелином.
— Ну и как тебя зовут? — поинтересовался Пакир после долгого молчания.
— Ланга.
— Хм. Интересное имя. Кажется, похожее носила принцесса одной далекой страны, она любила менять себе головы… А меня зовут Пакир, — представился тёмный маг.
— Очень приятно познакомиться, — равнодушно отозвалась Ланга, рассматривая убранство зала. Собственно, убранством это назвать было трудно. Сплошной чёрный камень и железо, узкие высокие окна, скорее не для света, а для эффектного довершения обстановки. Отовсюду торчат шипы величиной с её рост.
— В самом деле? — рассмеялся Пакир и моментально изменил облик. Теперь он был человеком лет сорока, худым, сутулым, с хищным лицом, и внешне напоминал коршуна. Чёрный плащ дополнял это сходство. Ланга вздрогнула.
— Да, девочка, я легко меняю обличья. Ну так что же? Тебе в самом деле приятно?
— Побыли бы на моём месте — я бы на вас посмотрела, — равнодушным, несмотря на испуг, тоном произнесла юная жевунья.
Пакир расхохотался так, что Ланга невольно отступила назад на три шага. Он смеялся долго.
— Ну, ты меня здорово позабавила, — наконец сказал он. — Однако шутки кончились, перейдём к делу. Как ты знаешь, мы тебя держали в темнице почти два года…
— Сколько?! — крикнула Ланга.
— Не перебивай! Итак…
— Нет, я буду перебивать! — завопила девочка. — Вы не имеете права! Сначала затащили всю деревню в какой-то дурацкий лес, где полно призраков и бродят ваши звери! Потом схватили нас! Потом держали в подвале! А теперь…
— Тише, тише, умоляю, — поморщился Пакир. — Вот уж не знал, что жевунские девочки такие громкие… Может, тебя ещё пару лет подержать в подземелье? Чтобы ты успокоилась? А?
— Только попробуйте, — нахмурилась Ланга, скрестив руки на груди.
Пакир долго смотрел на неё.
— Да, — наконец сказал он. — Удивительная ты личность, Ланга. Твои соотечественницы оказались по выходе из тюрьмы смирными, как овечки. А ты бунтуешь намного сильнее, чем тогда, когда тебя туда запихивали.
— Что с ними? — встрепенулась Ланга.
— С кем?
— С остальными девочками. Что вы с ними сделали?
— Ничего. Но ты их больше не увидишь, — ответил Пакир.
Ланга помолчала, осмысливая эту новость. Потом дрогнувшим голосом задала ещё один волнующий её вопрос:
— А маму?
— Маму? — поморщился властелин Тьмы. — Тем более. Ты теперь будешь жить здесь. Возможно, я даже сделаю тебя моей личной служанкой. Но с верхним миром тебя больше ничто связывать не будет.
— Но не могу же я бросить её там! — снова крикнула Ланга. — Она же не сможет жить одна! Отпустите меня!
— Замолчи, — резко оборвал её Пакир. Девочка застыла на месте, хмуро и отчаянно глядя на Властелина. — Твоя мать не видела тебя два года, и если с ней ничего не случилось за это время, не случится и в дальнейшем. Ты должна понять, Ланга, — ледяным голосом продолжил колдун. — То, что я сказал — закон.
Страница 2 из 43
