Фандом: Изумрудный город. Сколько надо переступить невидимых барьеров в своей душе, чтобы стать Принцессой Тьмы? Но всегда есть лучик света в тёмном царстве. Дочь бывшей невесты Железного Дровосека ждёт странная и необычная судьба…
Добавить в моё избранное
159 мин, 48 сек 2955
— И я надеюсь, что у тебя рано или поздно пропадёт желание ею заниматься и ты не будешь так тоскливо глядеть на книжные полки. Хотя кто тебя знает, ты же упрямая. Но магия — это не награда, — его голос стал холоднее, — и если ты этого сейчас не понимаешь, то скоро поймёшь.
Ланга пропустила эти слова мимо ушей.
Ей позволили! Она станет волшебницей! В восторге от этого Ланга даже забыла, что на ней теперь лежит ответственность за весь остров. Как только Пакир улетел, девушка кинулась в библиотеку. Разыскала давно заброшенные книги, которые не смела прочитать раньше, и погрузилась в них с головой.
Предупреждение Пакира — «это не награда» — она поняла очень быстро. В тот момент, когда, потренировавшись с парой заклинаний, чуть не упала на пол, а перед глазами всё поплыло. Тёмная магия — а, без сомнения, попадавшиеся книги были именно по тёмной магии (вряд ли Пакир предоставил иные… ), — вытягивала всю жизненную энергию.
Может, получится привыкнуть к ней, но сколько же надо сил… И это при том, что Ланга вовсе не была слабенькой девочкой. Видимо, физическая сила оказалась ни при чём. Может, для того, чтобы стать могущественной волшебницей, требовалось нечто такое, что придется развивать в себе годы и годы, а может, оно было врождённым. Хотя Корина вот стала волшебницей, хотя родилась, как и Ланга, среди обычных людей.
Тем не менее, Лангу не остановил чудовищный расход сил. Передохнув, она, шатаясь, вновь поднималась на ноги и упрямо бралась за дело, невзирая на то, что у неё, как и во время самых первых уроков магии, мало что получалось. Девушка вылезла из библиотеки только поздно вечером. Утром, наскоро проверив, всё ли в порядке во дворце, и даже не обратив внимания на то, что стражники разбрелись кто куда, и даже не поинтересовавшись, что вообще творится на острове, Ланга снова засела за книги.
В этот день было ещё тяжелее, чем вчера. К вечеру Ланга устала настолько, что еле на ногах стояла, и куда уж ей было следить за тем, что происходит во дворце и на острове. Утешая себя мыслью, что за два дня отсутствия Властелина ничего особенного произойти просто не может, а значит, можно с чистой совестью оставить всё на самотёк, тем более за несколько часов уже ничего не исправишь, девушка побрела спать.
Разбудил её удар грома над головой и яростный вопль. Пакир был в бешенстве. Вскочив, Ланга бросилась в тронный зал, на ходу завязывая пояс платья и приглаживая волосы — за последние два-три года это было уже отработано. Ей было жутко представить, что сейчас произойдет. Дворец трясся, как при землетрясении. Не исключено, что так оно и было: Пакир частенько давал выход своему гневу то в землетрясении, то в камнепаде, то ещё в каком-нибудь грозном природном явлении — вроде как и безобидно, а в то же время пострадать могли многие.
— Явилась?! — громовым голосом вопросил Пакир — зверь зверем, — едва Ланга появилась на пороге. Рядом с троном уже стоял с мрачным видом маршал Хорал. — Тебе что было приказано?
Ланга втянула голову в плечи, но её раскаивающийся вид Пакира не тронул. Против своей воли падая на колени, девушка от всей души понадеялась, что на этот раз пощадят… хотя бы не её, но маму…
— Итак, — Пакир заговорил тихим голосом, но это было ещё хуже, чем если бы он кричал. — Моя помощница самым наглым образом наплевала на свой долг и на мой приказ.
Голос, казалось, пронизывал всё тело острыми ледяными иглами. Ланга зажмурилась. Кричать бесполезно, только хуже будет…
— Вместо того, чтобы использовать магию в целях поддержания порядка, решила, что может воспользоваться этим в личных целях.
Особенно неприятно, что наказывают её при Хорале. Он и так на неё смотрит, словно на пустое место, а теперь вообще будет ноги вытирать.
— Полностью забыв свои обязанности, развлекалась магическими фокусами. Тебе не для того дана была магия, чтобы ты дурака валяла!
Силы ушли полностью. Ланга подумала, что больше она никогда не сможет пошевелиться и так и умрёт здесь, на каменном полу. И это случится очень скоро, ведь всё, что говорил Пакир, было совершенно справедливо. Во всяком случае, её как минимум засадят в темницу на месяц…
— Мне интересно, — с издевкой склонил голову Пакир, — когда мамочка тебя оставляла дома одну, ты точно так же праздновала свободу?
— Только не трогайте маму, — неожиданно для себя почти крикнула Ланга.
— Не трогать маму? — рассмеялся Пакир. — Глядите, она ещё требования выставляет. Может, ты ещё, как пай-девочка, будешь с раскаянием плакать и просить «простите, я больше не буду»? Похоже, я не объяснил тебе, что прощение — вне моих обязанностей и интересов.
Ланга молчала. У неё не было сил возражать.
— Итак, — ровным голосом проговорил Пакир, — трогать твою маму я не буду…
— Она жива? — еле слышно спросила Ланга, с ужасом приготовившись к самому худшему.
Ланга пропустила эти слова мимо ушей.
Ей позволили! Она станет волшебницей! В восторге от этого Ланга даже забыла, что на ней теперь лежит ответственность за весь остров. Как только Пакир улетел, девушка кинулась в библиотеку. Разыскала давно заброшенные книги, которые не смела прочитать раньше, и погрузилась в них с головой.
Предупреждение Пакира — «это не награда» — она поняла очень быстро. В тот момент, когда, потренировавшись с парой заклинаний, чуть не упала на пол, а перед глазами всё поплыло. Тёмная магия — а, без сомнения, попадавшиеся книги были именно по тёмной магии (вряд ли Пакир предоставил иные… ), — вытягивала всю жизненную энергию.
Может, получится привыкнуть к ней, но сколько же надо сил… И это при том, что Ланга вовсе не была слабенькой девочкой. Видимо, физическая сила оказалась ни при чём. Может, для того, чтобы стать могущественной волшебницей, требовалось нечто такое, что придется развивать в себе годы и годы, а может, оно было врождённым. Хотя Корина вот стала волшебницей, хотя родилась, как и Ланга, среди обычных людей.
Тем не менее, Лангу не остановил чудовищный расход сил. Передохнув, она, шатаясь, вновь поднималась на ноги и упрямо бралась за дело, невзирая на то, что у неё, как и во время самых первых уроков магии, мало что получалось. Девушка вылезла из библиотеки только поздно вечером. Утром, наскоро проверив, всё ли в порядке во дворце, и даже не обратив внимания на то, что стражники разбрелись кто куда, и даже не поинтересовавшись, что вообще творится на острове, Ланга снова засела за книги.
В этот день было ещё тяжелее, чем вчера. К вечеру Ланга устала настолько, что еле на ногах стояла, и куда уж ей было следить за тем, что происходит во дворце и на острове. Утешая себя мыслью, что за два дня отсутствия Властелина ничего особенного произойти просто не может, а значит, можно с чистой совестью оставить всё на самотёк, тем более за несколько часов уже ничего не исправишь, девушка побрела спать.
Разбудил её удар грома над головой и яростный вопль. Пакир был в бешенстве. Вскочив, Ланга бросилась в тронный зал, на ходу завязывая пояс платья и приглаживая волосы — за последние два-три года это было уже отработано. Ей было жутко представить, что сейчас произойдет. Дворец трясся, как при землетрясении. Не исключено, что так оно и было: Пакир частенько давал выход своему гневу то в землетрясении, то в камнепаде, то ещё в каком-нибудь грозном природном явлении — вроде как и безобидно, а в то же время пострадать могли многие.
— Явилась?! — громовым голосом вопросил Пакир — зверь зверем, — едва Ланга появилась на пороге. Рядом с троном уже стоял с мрачным видом маршал Хорал. — Тебе что было приказано?
Ланга втянула голову в плечи, но её раскаивающийся вид Пакира не тронул. Против своей воли падая на колени, девушка от всей души понадеялась, что на этот раз пощадят… хотя бы не её, но маму…
— Итак, — Пакир заговорил тихим голосом, но это было ещё хуже, чем если бы он кричал. — Моя помощница самым наглым образом наплевала на свой долг и на мой приказ.
Голос, казалось, пронизывал всё тело острыми ледяными иглами. Ланга зажмурилась. Кричать бесполезно, только хуже будет…
— Вместо того, чтобы использовать магию в целях поддержания порядка, решила, что может воспользоваться этим в личных целях.
Особенно неприятно, что наказывают её при Хорале. Он и так на неё смотрит, словно на пустое место, а теперь вообще будет ноги вытирать.
— Полностью забыв свои обязанности, развлекалась магическими фокусами. Тебе не для того дана была магия, чтобы ты дурака валяла!
Силы ушли полностью. Ланга подумала, что больше она никогда не сможет пошевелиться и так и умрёт здесь, на каменном полу. И это случится очень скоро, ведь всё, что говорил Пакир, было совершенно справедливо. Во всяком случае, её как минимум засадят в темницу на месяц…
— Мне интересно, — с издевкой склонил голову Пакир, — когда мамочка тебя оставляла дома одну, ты точно так же праздновала свободу?
— Только не трогайте маму, — неожиданно для себя почти крикнула Ланга.
— Не трогать маму? — рассмеялся Пакир. — Глядите, она ещё требования выставляет. Может, ты ещё, как пай-девочка, будешь с раскаянием плакать и просить «простите, я больше не буду»? Похоже, я не объяснил тебе, что прощение — вне моих обязанностей и интересов.
Ланга молчала. У неё не было сил возражать.
— Итак, — ровным голосом проговорил Пакир, — трогать твою маму я не буду…
— Она жива? — еле слышно спросила Ланга, с ужасом приготовившись к самому худшему.
Страница 33 из 43
