Город Одиночества

Дело спасения утопающих зависит от самих утопающих, на степень будущей жестокости с моей стороны могло повлиять только поведение Кирилла; всё, что я мог мысленно пообещать ему — что готов постараться себя сдерживать.

Следующие пару суток Кирилл провел в больнице, точнее, в невъебенно навороченном медицинском центре для сливок города, чтобы только переступить порог которого у обычного человека не хватило бы и месячной зарплаты. Мне для этого потребовался один звонок.

Не хотелось просить что-то личное у Гены, но с хуя ли стесняться — обещал помощь, пусть даёт, не обеднеет. Поэтому отдельной палатой в клинике с оплатой необходимых процедур, не уточняя каких именно, я не ограничился. Ещё озвучил, что нужен дом за городом со всеми удобствами для жизни и в отдалении от соседей. Где-то же надо было пересидеть первые, самые тяжелые дни ломки? Ну и последним сказал про машину, достало передвигаться на такси.

— А запросы растут, да, Костик? Ты уверен, что это всё для нашего общего дела? — только и спросил меня Гена, выделив тоном «общего».

— Тебе нужен результат, он будет, а как — это уже мои проблемы. Ничего больше необходимого я не требую.

— Я сделаю, что ты хочешь, но и ты уж не подведи меня, сам знаешь, что будет, если ты двойную игру поведешь или попытаешься съебать раньше времени. У меня ищейки натасканные, откуда хочешь твой след возьмут.

Не стал отвечать, просто сбросил звонок. Мудак сраный, пугать он меня собрался. Если отцу это не удавалось — не всегда удавалось, буду честным, не всегда, то уж этому вершителю судеб до папаши моего, как до Китая раком.

Оставив Кирилла на попечение сестер и выслушав кучу непонятных слов от холеного мужика в белом халате, типа «плазмофорез, ликвосорбция и гемосорбция», которые, как я понял, обозначали чистку крови, свалил в город, чтобы перед предстоящим добровольным заточением оттянуться по полной.

И ноги сами принесли меня в «Амнезию», преступника тянет на место преступления? Нихуя, просто минет от бармена оставил приятные впечатления, хотелось повторить. С этим я обломался — не его смена была, но быстро нашел альтернативу в виде какого-то паренька, ищущего себе приключения на упругую жопу.

Со мной он их получил на всю ночь, ебал я его жестко, долго, много раз и в разных позах; стоило только вспомнить спину Кирилла в ванной, как у меня снова вставал. Прошлое вновь накрывало туманными образами, но сейчас они были приятными, светлыми, как тот поцелуй в лагере, когда Кирилл впервые потянулся ко мне сам, впился мне в губы властно и отчаянно, стремясь что-то доказать или опровергнуть всё, что было, пытаясь восстать и меня вытащить за собой из пепла, в который обратились наши души. Ему удалось. Удастся ли мне — я не знал, но помнил до сих пор, как жарко было от его поцелуя, и хотел вернуть этот жар.

С неизвестным любителем больших хуев — мы обошлись без имен — я не сдерживал себя, пытаясь хоть на секунду почувствовать тот огонь и злясь от жалкой замены, которой приходилось довольствоваться, может быть, ему было больно, может быть, он тащился от боли, но подмахивал активно, мне было этого достаточно.

Утром, когда покидал приват комнату, мой случайный любовник даже не проснулся, лежал, раскинувшись на кровати, измочаленный и помятый, с отметинами укусов и синяков по всему телу, но, судя по бессмысленной улыбке и экстазу на смазливой роже, он остался доволен больше меня, выплеснувшего сперму, но не получившего и толики того, что желал. Я не разбудил его, просто ушел, оставив на тумбочке деньги в чуть большем количестве, чем требовалось за оплату номера.

Следующим днем навестил любителя кокса и порадовал его маленьким подарочком, опередив курьера в доставке на час. Ну не таскаться же уважаемому человеку самому к барыге за своей порцией счастья? Таким всё доставляют на дом. И уж за неделю наблюдений я их расписание выучил, как и то, что курьеры менялись. И доступ в дом, минуя камеры и охрану внизу, нашел: через крышу соседнего здания, ушел так же через чердак — всего делов фомкой замок на двери сбить.

Но удаляться от адреса не спешил. Провел этот час в ресторанчике напротив парадной, дождался барыгу и с удовольствием смотрел, как тот безуспешно трезвонил в домофон и пытался дозвониться по телефону своему клиенту. Когда еще вручал дозу, сразу понял по загоревшимся глазам «объекта», что откладывать пробу белого порошка он не будет. Каждому, наверное, приятно узнать, что ты оказался в чем-то прав.

Насчет отпечатков я не волновался, ту упаковку, что забрал у Ромы, я вытряхнул прямо на ладонь страждущего кайфа из другого пакетика, который унес с собой. Кстати, номер три из списка еще заплатил мне за свою смерть. Немного, но я бы за его жизнь и копейки не дал. Деньги я оставил в папке со счетом — на чай официанту, мне лишнего не надо, никогда жадным не был.