Фандом: Ориджиналы. … Он бы даже не узнал о моем приходе, продолжал бы себе тихонько существовать, пока бы не сдох от передоза или какой-нибудь заразы. Я не смог уйти. Может, и вытащить его не смогу — побарахтаемся, как щенки в проруби, и благополучно пойдем на дно. Каждый по отдельности, захлебнувшись одиночеством; два разных «я» не соединятся в«мы»…
Добавить в моё избранное
211 мин, 50 сек 10184
— Так, может… — слова застряли в горле. Пиздец, какой я лох. Самому смешно стало, но улыбку сдержал. — Твоё слово, Костя…
— Хочешь трахнуть меня? — он рассмеялся, затем внимательно посмотрел. — Запомнил-таки? Зря, лучше бы забыл.
— Ну ладно. — пожал плечами, вроде как — не так уж и хотелось. Придётся применять тяжёлую артиллерию. — А поблагодарить тебя… можно? — подошёл сзади и скользнул пальцами по коротким волосам на его затылке. Костя хмыкнул, чуть повернув голову, а я наклонился к его уху. — Позаботиться о тебе хочу: накормить, напоить и спать уложить. — прошептал, касаясь его груди, нащупывая его соски под рубашкой. — Как вам такое предложение, Константин Владимирович?
Он подавил смешок, а мне почему-то было ни хуя не весело. Я был расстроен и… возбуждён. Я хотел его — как угодно, где угодно и лучше без таблеток, но уже ясно понимал, что иначе не справлюсь. Уговаривать его было бесполезно — он уже послал меня куда подальше.
— Нужно подумать, — медленно проговорил он и, закинув руку назад, обнял за шею. И засосал…
Поцелуи его были такими редкими, но меткими, да. Я был готов кончить от одного лишь ощущения его языка у меня во рту.
И как мне было рулить дальше? Предложение выпить чайку выглядело бы как минимум дебильно, но кто-то сверху услышал меня, и Костя, убрав руку, поднялся с дивана.
— Не хочу жрать. — сказал он, внимательно всматриваясь в меня. — А вот пить — да.
Он сам подписал себе приговор, мог бы и отказаться, я бы с удовольствием отклонился от своей затеи. Я бы сделал всё, что он захотел…
Он хотел пить.
Конечно. Естественное, мать его, желание.
Наплескал в кружку с заваркой холодной воды, кинул три кубика сахара и, не размешивая, протянул ему. Хотел по башке огреть или выплеснуть в эту хитрую улыбающуюся морду, но не стал. Отвернулся, чтобы не видеть, как он пьёт, и уже через пару секунд был прижат сильным телом к обеденному столу. Через сколько подействуют таблетки, я не знал, но хотелось бы, чтобы быстро. Не пришлось бы тянуть с этим — я мог передумать.
Каким же нужно быть слабаком, чтобы вот так с Костей поступить. Да, он изнасиловал меня, дважды, но я почему-то совсем не злился и не вспоминал это.
— Поцелуй меня, — попросил я. Долго ждать не пришлось, я быстро окунулся в восхитительное влажное и горячее и не сдержал стона, когда он отпустил меня. — Бес…
— Костя.
— Костя… — ответил на его задумчивую улыбку. — Давай еще!
— Штаны сам снимешь или тебе помочь? — спросил, но ответить не дал — заткнул губами и принялся расстёгивать ширинку на джинсах — на своих, на моих, плотнее вжимая меня в край столешницы.
Наши возбуждённые члены мягко ударились друг о друга, а Костя, обхватив их рукой сделал несколько быстрых движений вверх-вниз, вытянув из меня тягучий стон. Отстранившись, он взял меня за бока, чтобы развернуть, но замер на пару секунд — глаза прикрыл и втянул в себя воздух. Я мысленно рыдал и ликовал одновременно: таблетки начали действовать. Значит, через пару минут максимум Костя должен был стать кисельной массой, готовой к употреблению.
— Что такое, блядь? — прошептал он и, покачнувшись, оперся руками на стол. Я обошёл его и нежно провел рукой по спине, спустился к пояснице, к ягодицам и, наклонившись, стянул с него джинсы до колен. — Ах ты… Кирилл, сука… Выебать меня решил?
— Ты же сам предлагал, — я потёрся о его ягодицы членом.
Уже не хотел останавливаться: Костя слишком возбуждал меня — особенно то, что, будучи не в себе и едва держась на ногах, он оставался сильным и властным. Я знал, что, трахнув его, вряд ли смогу подчинить себе, но…
Я и не хотел подчинения. Равноправия — да. Придуманной мной справедливости — да. А ещё его, целиком и полностью. О, как я хотел его, и чтобы он после трахнул меня, или мы свалились на пол в позе 69 и вылизывали бы друг друга. Только мы вдвоём, всегда.
— Я сегодня уже трахался. — усмехнулся он, не сделав попытки избежать неизбежного. — Охуительного блондина ебал, бля-я-я, а как он сосал. Но твой минет тоже неплох, хотя жопа всяко лучше.
Он провоцировал меня, злил, уж не знаю, специально или нет, но эффект был достигнут. Надавил Косте на спину, заставив лечь на стол, другой рукой смочил член и приставил к анусу. Было туго, очень, и горячо, нереально горячо, что я сразу замер, боясь кончить в эту же секунду. Костя не сказал ни слова, а вытянувшись на столе, издал тихий звериный рык. Я на волка напал, не иначе, и это распаляло ещё больше. Двигаться начал медленно, останавливаясь каждые несколько секунд, чтобы перевести дыхание и отвлечь себя от преждевременного оргазма. Даже разговор затеял, который в данный момент меня вообще не интересовал.
— Раз мы тут… с тобой… собрались… может, расскажешь… чем занимаешься? М-м-м? Ох, бля-я-я…
Он, повернув голову на бок, тихо выдыхал ртом.
— Хочешь трахнуть меня? — он рассмеялся, затем внимательно посмотрел. — Запомнил-таки? Зря, лучше бы забыл.
— Ну ладно. — пожал плечами, вроде как — не так уж и хотелось. Придётся применять тяжёлую артиллерию. — А поблагодарить тебя… можно? — подошёл сзади и скользнул пальцами по коротким волосам на его затылке. Костя хмыкнул, чуть повернув голову, а я наклонился к его уху. — Позаботиться о тебе хочу: накормить, напоить и спать уложить. — прошептал, касаясь его груди, нащупывая его соски под рубашкой. — Как вам такое предложение, Константин Владимирович?
Он подавил смешок, а мне почему-то было ни хуя не весело. Я был расстроен и… возбуждён. Я хотел его — как угодно, где угодно и лучше без таблеток, но уже ясно понимал, что иначе не справлюсь. Уговаривать его было бесполезно — он уже послал меня куда подальше.
— Нужно подумать, — медленно проговорил он и, закинув руку назад, обнял за шею. И засосал…
Поцелуи его были такими редкими, но меткими, да. Я был готов кончить от одного лишь ощущения его языка у меня во рту.
И как мне было рулить дальше? Предложение выпить чайку выглядело бы как минимум дебильно, но кто-то сверху услышал меня, и Костя, убрав руку, поднялся с дивана.
— Не хочу жрать. — сказал он, внимательно всматриваясь в меня. — А вот пить — да.
Он сам подписал себе приговор, мог бы и отказаться, я бы с удовольствием отклонился от своей затеи. Я бы сделал всё, что он захотел…
Он хотел пить.
Конечно. Естественное, мать его, желание.
Наплескал в кружку с заваркой холодной воды, кинул три кубика сахара и, не размешивая, протянул ему. Хотел по башке огреть или выплеснуть в эту хитрую улыбающуюся морду, но не стал. Отвернулся, чтобы не видеть, как он пьёт, и уже через пару секунд был прижат сильным телом к обеденному столу. Через сколько подействуют таблетки, я не знал, но хотелось бы, чтобы быстро. Не пришлось бы тянуть с этим — я мог передумать.
Каким же нужно быть слабаком, чтобы вот так с Костей поступить. Да, он изнасиловал меня, дважды, но я почему-то совсем не злился и не вспоминал это.
— Поцелуй меня, — попросил я. Долго ждать не пришлось, я быстро окунулся в восхитительное влажное и горячее и не сдержал стона, когда он отпустил меня. — Бес…
— Костя.
— Костя… — ответил на его задумчивую улыбку. — Давай еще!
— Штаны сам снимешь или тебе помочь? — спросил, но ответить не дал — заткнул губами и принялся расстёгивать ширинку на джинсах — на своих, на моих, плотнее вжимая меня в край столешницы.
Наши возбуждённые члены мягко ударились друг о друга, а Костя, обхватив их рукой сделал несколько быстрых движений вверх-вниз, вытянув из меня тягучий стон. Отстранившись, он взял меня за бока, чтобы развернуть, но замер на пару секунд — глаза прикрыл и втянул в себя воздух. Я мысленно рыдал и ликовал одновременно: таблетки начали действовать. Значит, через пару минут максимум Костя должен был стать кисельной массой, готовой к употреблению.
— Что такое, блядь? — прошептал он и, покачнувшись, оперся руками на стол. Я обошёл его и нежно провел рукой по спине, спустился к пояснице, к ягодицам и, наклонившись, стянул с него джинсы до колен. — Ах ты… Кирилл, сука… Выебать меня решил?
— Ты же сам предлагал, — я потёрся о его ягодицы членом.
Уже не хотел останавливаться: Костя слишком возбуждал меня — особенно то, что, будучи не в себе и едва держась на ногах, он оставался сильным и властным. Я знал, что, трахнув его, вряд ли смогу подчинить себе, но…
Я и не хотел подчинения. Равноправия — да. Придуманной мной справедливости — да. А ещё его, целиком и полностью. О, как я хотел его, и чтобы он после трахнул меня, или мы свалились на пол в позе 69 и вылизывали бы друг друга. Только мы вдвоём, всегда.
— Я сегодня уже трахался. — усмехнулся он, не сделав попытки избежать неизбежного. — Охуительного блондина ебал, бля-я-я, а как он сосал. Но твой минет тоже неплох, хотя жопа всяко лучше.
Он провоцировал меня, злил, уж не знаю, специально или нет, но эффект был достигнут. Надавил Косте на спину, заставив лечь на стол, другой рукой смочил член и приставил к анусу. Было туго, очень, и горячо, нереально горячо, что я сразу замер, боясь кончить в эту же секунду. Костя не сказал ни слова, а вытянувшись на столе, издал тихий звериный рык. Я на волка напал, не иначе, и это распаляло ещё больше. Двигаться начал медленно, останавливаясь каждые несколько секунд, чтобы перевести дыхание и отвлечь себя от преждевременного оргазма. Даже разговор затеял, который в данный момент меня вообще не интересовал.
— Раз мы тут… с тобой… собрались… может, расскажешь… чем занимаешься? М-м-м? Ох, бля-я-я…
Он, повернув голову на бок, тихо выдыхал ртом.
Страница 41 из 56
