Фандом: Гарри Поттер. Война закончилась совсем недавно, и герои стараются делать вид, что в их жизнях царят мир и благополучие. Но тогда почему Гарри Поттер не может заснуть без палочки в руках, а Гермиона Грейнджер разучилась улыбаться? Северус Снейп выжил в последней битве, но окончательно потерял цель. Вылечить всех может только один человек — «полоумная» Луна Лавгуд, однако ей самой нужна помощь
Добавить в моё избранное
453 мин, 37 сек 17679
К счастью, Гарри сумел удержать себя в руках и коротко ответил:
— Симус, у тебя хорошо лето прошло?
Финниган оторопело кивнул, на что Гарри заявил:
— У меня тоже, спасибо, было очень приятно пообщаться.
Намек был слишком уже прозрачным, и однокурсник отошел в сторону, но настроение еще больше испортилось. На Зельях Гарри всерьез раздумывал, с кем бы ему сесть, даже сделал было шаг в сторону Рона, но поймал настолько гневный взгляд Джинни, что быстро исправился и занял место рядом с ней. Его чудная рыжая девушка могла кому угодно казаться милой, тихой и скромной, но он точно знал — Джинни очень сильная ведьма, и, если разозлится, сможет устроить кому угодно непростую жизнь.
Разглагольствования Слизнорта о его, Гарри, героических подвигах быстро навязли на зубах, поэтому к работе над зельем он приступил почти с удовольствием. Увы, в этой области магических наук он отнюдь не блистал, но, по крайней мере, был способен точно выполнять инструкцию из учебника. Джинни тоже не была гением зельеварения, но и антиталантами Невилла не обладала, поэтому их работа продвигалась совершенно спокойно, пока Гарри не услышал за спиной тихое «ох». Он успел увидеть, как капелька крови срывается с пальца Невилла и падает в котел, после чего резко дернул Джинни за собой и перевернул парту, укрываясь от выплеснувшейся из котла ярко-оранжевой массы. Раздались крики боли, Гарри осторожно выглянул из укрытия и понял, что поступил совершенно верно. Их с Джинни рабочее место было залито ядовитым зельем, Рон и Невилл лежали на полу, но больше никто не пострадал. Сердце Гарри снова застучало с перебоями. Слизнорт, тряхнув головой, начал оказывать раненым первую помощь, к нему присоединилась Гермиона, и вдвоем они быстро очистили с кожи Рона и Невилла зелье, сотворили носилки и отправили их в больничное крыло. Гермиона пошла следом. Слизнорт взмахом палочки очистил кабинет от едкой субстанции и повернулся к Гарри.
— Мой мальчик, — воскликнул он, — я просто поражен вашей реакцией. Если бы вы оказались чуть менее внимательны, и вы, и мисс Уизли серьезно пострадали бы. Поразительный талант, Гарри! Думаю, я имею полное право наградить факультет Гриффиндор пятнадцатью, нет, двадцатью очками за храбрость и внимание!
Гарри мысленно скривился, но все-таки сказал:
— Спасибо, сэр.
Продолжать работу было бесполезно — их с Джинни зелье нужно было переваривать заново, а времени оставалось всего несколько минут, поэтому он очистил котел «Эванеско» и вернул в шкаф ингредиенты, с грустью и какой-то отстраненностью отметив, что его руки опять дрожат. К счастью, этого пока никто не заметил, но на всякий случай он плотно сжал кулаки.
Следующие два часа — Трансфигурация — прошли достаточно легко. За последнее время Гарри очень хорошо выучил основной принцип колдовства — нужно отрешиться от всего лишнего и думать только о результате, поэтому трансфигурация даже сложных объектов не вызывала особых проблем. Профессор МакГонагалл начала урок с краткого и сухого приветствия и объявила, что они станут последним курсом, у которого она будет преподавать трансфигурацию. Со следующего года в штат войдет новый преподаватель, а она будет вынуждена полностью сосредоточиться на выполнении своих обязанностей директора. Также она объявила, что в течение недели передаст обязанности декана Гриффиндора новому преподавателю Защиты от Темных Искусств. Гриффиндорцы грустно вздохнули — конечно, очевидно, что директор не может быть деканом факультета, но оказаться без покровительства профессора МакГоналл было непривычно и неприятно.
Впрочем, лирическая часть закончилась быстро, и профессор МакГонагалл перешла к делу, то есть к превращению крупных предметов в живых существ, и дала задание — превратить стол в свинью. Почти все ученики улыбнулись — ведь именно этим превращением когда-то для них начались уроки Трансфигурации. Заклинания им не дали — профессор МакГонагалл напомнила, что на седьмом курсе хочет видеть от них качественную невербальную магию, а словесные формулы пора бы оставить где-то на уровне СОВ.
Гарри уставился на свою парту и представил себе свинью, как можно более настоящую. Опыта общения со свиньями у него не было, собственно говоря, он видел их только на картинке, но понадеялся, что это не слишком сильно ему помешает. Получилось у него с третьего раза, правда, свинья была немного мультяшной, но профессор все-таки наградила его десятью баллами и, что важнее, улыбкой. Второй справилась с заданием, разумеется, Гермиона, а вот третьей стала Луна. до этого Гарри не видел ее на уроках, но почему-то думал, что она не блистает. Однако выяснилось, что на своем курсе Луна — одна из лучших.
После занятия Гарри попросил друзей идти на обед, а сам подошел к профессору. Она снова улыбнулась ему и спросила:
— Гарри, что-то случилось?
Раньше строгий декан называла его исключительно по фамилии, и услышать такое обращение было удивительно приятно.
— Симус, у тебя хорошо лето прошло?
Финниган оторопело кивнул, на что Гарри заявил:
— У меня тоже, спасибо, было очень приятно пообщаться.
Намек был слишком уже прозрачным, и однокурсник отошел в сторону, но настроение еще больше испортилось. На Зельях Гарри всерьез раздумывал, с кем бы ему сесть, даже сделал было шаг в сторону Рона, но поймал настолько гневный взгляд Джинни, что быстро исправился и занял место рядом с ней. Его чудная рыжая девушка могла кому угодно казаться милой, тихой и скромной, но он точно знал — Джинни очень сильная ведьма, и, если разозлится, сможет устроить кому угодно непростую жизнь.
Разглагольствования Слизнорта о его, Гарри, героических подвигах быстро навязли на зубах, поэтому к работе над зельем он приступил почти с удовольствием. Увы, в этой области магических наук он отнюдь не блистал, но, по крайней мере, был способен точно выполнять инструкцию из учебника. Джинни тоже не была гением зельеварения, но и антиталантами Невилла не обладала, поэтому их работа продвигалась совершенно спокойно, пока Гарри не услышал за спиной тихое «ох». Он успел увидеть, как капелька крови срывается с пальца Невилла и падает в котел, после чего резко дернул Джинни за собой и перевернул парту, укрываясь от выплеснувшейся из котла ярко-оранжевой массы. Раздались крики боли, Гарри осторожно выглянул из укрытия и понял, что поступил совершенно верно. Их с Джинни рабочее место было залито ядовитым зельем, Рон и Невилл лежали на полу, но больше никто не пострадал. Сердце Гарри снова застучало с перебоями. Слизнорт, тряхнув головой, начал оказывать раненым первую помощь, к нему присоединилась Гермиона, и вдвоем они быстро очистили с кожи Рона и Невилла зелье, сотворили носилки и отправили их в больничное крыло. Гермиона пошла следом. Слизнорт взмахом палочки очистил кабинет от едкой субстанции и повернулся к Гарри.
— Мой мальчик, — воскликнул он, — я просто поражен вашей реакцией. Если бы вы оказались чуть менее внимательны, и вы, и мисс Уизли серьезно пострадали бы. Поразительный талант, Гарри! Думаю, я имею полное право наградить факультет Гриффиндор пятнадцатью, нет, двадцатью очками за храбрость и внимание!
Гарри мысленно скривился, но все-таки сказал:
— Спасибо, сэр.
Продолжать работу было бесполезно — их с Джинни зелье нужно было переваривать заново, а времени оставалось всего несколько минут, поэтому он очистил котел «Эванеско» и вернул в шкаф ингредиенты, с грустью и какой-то отстраненностью отметив, что его руки опять дрожат. К счастью, этого пока никто не заметил, но на всякий случай он плотно сжал кулаки.
Следующие два часа — Трансфигурация — прошли достаточно легко. За последнее время Гарри очень хорошо выучил основной принцип колдовства — нужно отрешиться от всего лишнего и думать только о результате, поэтому трансфигурация даже сложных объектов не вызывала особых проблем. Профессор МакГонагалл начала урок с краткого и сухого приветствия и объявила, что они станут последним курсом, у которого она будет преподавать трансфигурацию. Со следующего года в штат войдет новый преподаватель, а она будет вынуждена полностью сосредоточиться на выполнении своих обязанностей директора. Также она объявила, что в течение недели передаст обязанности декана Гриффиндора новому преподавателю Защиты от Темных Искусств. Гриффиндорцы грустно вздохнули — конечно, очевидно, что директор не может быть деканом факультета, но оказаться без покровительства профессора МакГоналл было непривычно и неприятно.
Впрочем, лирическая часть закончилась быстро, и профессор МакГонагалл перешла к делу, то есть к превращению крупных предметов в живых существ, и дала задание — превратить стол в свинью. Почти все ученики улыбнулись — ведь именно этим превращением когда-то для них начались уроки Трансфигурации. Заклинания им не дали — профессор МакГонагалл напомнила, что на седьмом курсе хочет видеть от них качественную невербальную магию, а словесные формулы пора бы оставить где-то на уровне СОВ.
Гарри уставился на свою парту и представил себе свинью, как можно более настоящую. Опыта общения со свиньями у него не было, собственно говоря, он видел их только на картинке, но понадеялся, что это не слишком сильно ему помешает. Получилось у него с третьего раза, правда, свинья была немного мультяшной, но профессор все-таки наградила его десятью баллами и, что важнее, улыбкой. Второй справилась с заданием, разумеется, Гермиона, а вот третьей стала Луна. до этого Гарри не видел ее на уроках, но почему-то думал, что она не блистает. Однако выяснилось, что на своем курсе Луна — одна из лучших.
После занятия Гарри попросил друзей идти на обед, а сам подошел к профессору. Она снова улыбнулась ему и спросила:
— Гарри, что-то случилось?
Раньше строгий декан называла его исключительно по фамилии, и услышать такое обращение было удивительно приятно.
Страница 47 из 128
