У всего есть цена. Северус

— Вы меня нервируете, — недовольно бурчит он. — Волдеморту вы так же говорили под руку, если ему случалось экспериментировать в лаборатории? Неудивительно, что он стал таким психопатом.

Я больше не могу сердиться на него. Представив в деталях Темного Лорда, сошедшего с ума от моих едких замечаний, я разражаюсь беззвучным хохотом. Поттер оборачивается и смотрит на меня так, словно… Словно… Мне хочется слезть со своего табурета, пройти разделяющие нас несколько шагов и стиснуть его в объятиях. Может, магически он сильнее меня в тысячу раз, однако его голова все еще едва достает мне до подбородка, и, чтобы поцеловать меня, ему, наверное, придется встать на цыпочки и прижаться ко мне всем телом. Поттер приоткрывает рот, точно собирается что-то сказать, но тут же быстро отводит от меня взгляд, опорожняет котел и начинает весь процесс приготовления зелья заново.

Похоже, мы оба сходим с ума!

Глава 4

Проходит почти полтора месяца. Мое состояние улучшается. Я уже не напоминаю тощее бледное привидение. Могу ходить, не придерживаясь за стены или опираясь на руку Гарри. Начинаю есть твердую пищу (и сполна наслаждаюсь ею). А главное, перестаю хрипеть, сипеть, давиться и кашлять кровью при произнесении любой мало-мальски длинной фразы. Я постепенно становлюсь самим собой, и это, безусловно, создает нам с Поттером новую проблему. Полагаю, он догадывается, насколько мне необходима свобода. Как тяжело мне безвылазно торчать в четырех стенах. Здесь, в доме на площади Гриммо, я чувствую себя гостем, отчасти, благодаря Поттеру, даже желанным, но для всего магического мира я — мертвец. Пожиратель смерти, убитый собственным сумасшедшим Хозяином и тайно похороненный в Коукворте. А еще нельзя сбрасывать со счетов Министра Шеклболта, для которого я — заключенный «номер 01», заточенный в Азкабан без суда, следствия и права на помилование, а затем переданный с рук на руки Гарри Поттеру, с единственной целью, что изменившийся до неузнаваемости Избранный замучает меня до смерти. Вероятно, он удивлен, почему Поттер до сих пор не сообщил ему о моей «преждевременной кончине». И, кстати, о Кингсли. Гарри приносит мне газеты. Из них я убеждаюсь, что Шеклболт оправдал надежды своего учителя Дамблдора и стал практически идеальным Министром магии. В магической Британии царят мир и процветание. Вовсю развивается сотрудничество с магглами. Пожирателей смерти и их детей, не замешанных в кровавых акциях Волдеморта, после суда отпустили восвояси. Буду объективен: похоже, мстительность Шеклболта распространяется лишь на меня одного.

Разумеется, я могу сварить себе Оборотное зелье и ходить где вздумается под чужой личиной. Но я этого не хочу! Мне надоело прятаться! Кажется, Гарри тоже это понимает.

В один из дней он без предупреждения куда-то исчезает. Обычно он как бы невзначай бросает мне: «Сегодня иду туда-то или туда-то». Не знаю, зачем ему нужно отчитываться передо мной. Ведь фактически он — мой хозяин. Но, по-видимому, это важно самому Поттеру.

Он возвращается ближе к вечеру, и я физически ощущаю, как он взволнован и, по-моему, расстроен.

К приготовленному Кричером ужину он не притрагивается. Вместо этого наливает себе огневиски, залпом выпивает его и только после этого, не глядя на меня, отрывисто произносит:

— Я был у Малфоев. Они согласны помочь организовать ваш побег из Британии. У Блэков есть поместье в Аргентине…

— Аргентина? — удивленно переспрашиваю я.

— Да, — продолжает он бесстрастно и ровно, — вилла на берегу Атлантического океана. Там вас никто не найдет. Мы защитим дом Фиделиусом. Малфои отдают в ваше полное распоряжение одного из своих домовых эльфов. Я считаю, это наилучший выход из положения.

— Ну, допустим, — медленно говорю я. В моей груди разгорается настоящий пожар. Адская смесь надежды вырваться отсюда и страха потерять Поттера. Впрочем, мальчишке будет без меня намного легче. Да и вообще, с чего я взял, что он питает ко мне какие-то нежные чувства? Он просто полон справедливости и сострадания к ближнему. Вероятно, воспоминания, полученные от меня в Визжащей хижине, подействовали на Гарри слишком сильно, и он не смог бросить подыхать в Азкабане своего учителя. Он вытащил меня из лап смерти, помог вернуть человеческий облик. А теперь нашел для отщепенца и изгоя Снейпа путь к свободе. Большего мне и желать нельзя! — А как же портал? — собственный голос доносится словно сквозь толщу воды. Внешне я абсолютно невозмутим и даже интересуюсь подробностями и сроками нашего перемещения. Внутри же я точно выгорел дотла. Вместо сердца — черное пепелище.

— Я перенесу вас туда, когда захотите. Хоть завтра.

Завтра… Завтра. Завтра! Разумеется, он мечтает покончить с этим как можно скорее. Да, по правде сказать, и я тоже.

— Хорошо. Тогда до завтра. Спокойной ночи, Поттер.

В спальне я тяжело опускаюсь в кресло. Именно то, в котором Поттер дежурил возле моей постели ночи напролет.