Фандом: Гарри Поттер. Думаете, хорошо быть средним ребенком в семье? Все внимание — старшему брату, вся ласка — младшей сестренке. А если это семья героя Магической Англии, который к тому же первоклассный аврор? Если все ждут, что ты должен идти по стопам отца? Наш герой, может, и хотел бы этого, но — вот незадача! — он самый обычный юный волшебник, к тому же неуклюжий, что в общении, что в колдовстве. Что будет, когда Наследие найдет его?
Добавить в моё избранное
319 мин, 44 сек 7691
Утро было уж слишком хорошим, чтобы таким же оказался и вечер. Когда Альбус лихорадочно искал свое эссе по Чарам, из кучи пергаментов, беспорядочно сваленных на столе, выпал один из его черновиков.
— Столько свитков извел, Поттер… Писательствуешь, что ли? — улыбнулся Малфой, поднимая листок. — Ну-ка, что за нетленный опус…
Он вдруг замолчал. Альбус обернулся — и похолодел: Малфой развернул то самое сочинение, на обороте которого он записал все свои странности. Список был увенчан злосчастным треугольником.
Альбус потянулся за свитком. Мальчик ощущал себя будто застигнутым на месте преступления. Малфой, не выпуская пергамента из рук, опустился на кровать. Он прикусил губу, опустил глаза в свиток и снова взглянул на Поттера. Что-то решил для себя и кивнул Альбусу на стул: присаживайся, мол.
— И давно… — слова, что необычно, давались ему с трудом. — Давно ты разыскиваешь Дары Смерти?
Если Альбус и ожидал неудобных вопросов, то только не таких.
— Д-дары? Ты знаешь, что это означает? Что все это такое?
Сдавленный смешок. Недоверчивый прищур.
— Старая сказка о трех братьях. Они обманули Смерть, а та предложила им выбрать за это награду. Воин выбрал непобедимую палочку, гордец — камень, возвращающий мертвых, а третий, сохранивший немного здравого смысла и разумной осторожности, попросил мантию-невидимку, с помощью которой мог спрятаться — в том числе и от Смерти. Старшие братья поплатились за свою беспечность, а младший — единственный, единственный из них троих! — прожил свой век. И с тех пор не обремененные инстинктом самосохранения волшебники пытаются завладеть этими Дарами. Чаще, конечно, ищут палочку, но некоторые, вроде Грин-де-Вальда, считали, что только собранные вместе Дары могут дать своему владельцу силу, неуязвимость и все такое. Зачем тебе это? Все они кончили плохо. Паршиво, я бы так сказал.
Альбуса охватило необычайное волнение.
— Я не… То есть, я хочу сказать… Ты не так… — он подскочил к висевшей на крючке теплой мантии и начал рыться в карманах. Он выворачивал их с упорством нюхлера: на пол летели сломанные перья, обрывки пергамента, какие-то шнурки… — А, Мордредовы портянки! Что ты знаешь о камне?
Альбус вытащил черный камешек и вложил его в руку Малфоя — гравировкой вверх. Скорпиус уставился на камень, как на пришельца из иного мира. С опаской перевернул его, провел пальцем по тонкой трещине на обороте. Снова перевернул и ощупал вырезанную эмблему.
— Ты же не хочешь сказать, что это… Нет, серьезно? Быть того не может…
Альбус пожал плечами.
— Может, он и не тот самый. Понимаешь, я видел странные вещи — в дополнение к тому бреду, который до того слышал. Я будто сон наяву видел: этот знак, он висел в воздухе, он у меня будто в мозгу отпечатался… А потом я упал в лесу и буквально наткнулся на этот камень. Бац! — снова тот же символ. Это выглядело подозрительно, так что я решил проверить. Я всю библиотеку перерыл, но ничего даже близко похожего не нашел.
— Конечно, не нашел — это же детские сказки, — фыркнул Малфой.
— Какие еще сказки?
— Сказки барда Бидля, конечно! Только не говори, что не читал, ты ж не у маглов родился.
— Я знаю барда Бидля! Не было у него такой сказки! — рассердился Альбус. — У меня вся серия есть, и такой сказки нет, уж можешь мне поверить!
Белесые брови сошлись к переносице. Малфой облизнул губу, озадаченно поморгал… и тут просиял:
— Серия, говоришь? В новом издании и правда не было сказки о трех братьях, но в любом старом сборнике она есть, ее обычно печатали сразу после «Волосатого сердца чародея». И все из волшебников постарше точно ее знают, в семье же хранят старые книги! Я вот читал по семейной, ее до меня, наверное, поколений семь читало…
Альбус покачал головой.
— Нет, у меня — то есть у нас — новая серия. Папа вырос у маглов, так что никаких старых книг…
— Тогда понятно. Хотя странно: твой отец победил Темного Лорда, а тот последние годы свихнулся на Старшей палочке. Твой отец не мог не знать этого. Слушай, — глаза у Малфоя загорелись. — А что, если взаправду была Старшая палочка? Тогда твой отец, он же должен был получить ее!
— Нет. То есть, я не думаю, что это так. У него самая обычная палочка, он ее у Олливандера купил, в одиннадцать лет. Самое удивительное в том, что папа до сих пор ее не сломал ни в одном из происшествий.
Малфой мечтательно уставился в потолок:
— Самая могущественная палочка… Круто было бы иметь такую! Хотя… — тут лицо его вытянулось. — Пусть ее и называли непобедимой, но на самом деле она становилась трофеем того, кто победит ее предыдущего владельца. Блин, да за нее кучу народа убили! Вот уж точно — Дары Смерти до добра не доведут! На месте братьев самое умное было бы отказаться от этих вещей. По крайней мере, все были бы живы.
— Столько свитков извел, Поттер… Писательствуешь, что ли? — улыбнулся Малфой, поднимая листок. — Ну-ка, что за нетленный опус…
Он вдруг замолчал. Альбус обернулся — и похолодел: Малфой развернул то самое сочинение, на обороте которого он записал все свои странности. Список был увенчан злосчастным треугольником.
Альбус потянулся за свитком. Мальчик ощущал себя будто застигнутым на месте преступления. Малфой, не выпуская пергамента из рук, опустился на кровать. Он прикусил губу, опустил глаза в свиток и снова взглянул на Поттера. Что-то решил для себя и кивнул Альбусу на стул: присаживайся, мол.
— И давно… — слова, что необычно, давались ему с трудом. — Давно ты разыскиваешь Дары Смерти?
Если Альбус и ожидал неудобных вопросов, то только не таких.
— Д-дары? Ты знаешь, что это означает? Что все это такое?
Сдавленный смешок. Недоверчивый прищур.
— Старая сказка о трех братьях. Они обманули Смерть, а та предложила им выбрать за это награду. Воин выбрал непобедимую палочку, гордец — камень, возвращающий мертвых, а третий, сохранивший немного здравого смысла и разумной осторожности, попросил мантию-невидимку, с помощью которой мог спрятаться — в том числе и от Смерти. Старшие братья поплатились за свою беспечность, а младший — единственный, единственный из них троих! — прожил свой век. И с тех пор не обремененные инстинктом самосохранения волшебники пытаются завладеть этими Дарами. Чаще, конечно, ищут палочку, но некоторые, вроде Грин-де-Вальда, считали, что только собранные вместе Дары могут дать своему владельцу силу, неуязвимость и все такое. Зачем тебе это? Все они кончили плохо. Паршиво, я бы так сказал.
Альбуса охватило необычайное волнение.
— Я не… То есть, я хочу сказать… Ты не так… — он подскочил к висевшей на крючке теплой мантии и начал рыться в карманах. Он выворачивал их с упорством нюхлера: на пол летели сломанные перья, обрывки пергамента, какие-то шнурки… — А, Мордредовы портянки! Что ты знаешь о камне?
Альбус вытащил черный камешек и вложил его в руку Малфоя — гравировкой вверх. Скорпиус уставился на камень, как на пришельца из иного мира. С опаской перевернул его, провел пальцем по тонкой трещине на обороте. Снова перевернул и ощупал вырезанную эмблему.
— Ты же не хочешь сказать, что это… Нет, серьезно? Быть того не может…
Альбус пожал плечами.
— Может, он и не тот самый. Понимаешь, я видел странные вещи — в дополнение к тому бреду, который до того слышал. Я будто сон наяву видел: этот знак, он висел в воздухе, он у меня будто в мозгу отпечатался… А потом я упал в лесу и буквально наткнулся на этот камень. Бац! — снова тот же символ. Это выглядело подозрительно, так что я решил проверить. Я всю библиотеку перерыл, но ничего даже близко похожего не нашел.
— Конечно, не нашел — это же детские сказки, — фыркнул Малфой.
— Какие еще сказки?
— Сказки барда Бидля, конечно! Только не говори, что не читал, ты ж не у маглов родился.
— Я знаю барда Бидля! Не было у него такой сказки! — рассердился Альбус. — У меня вся серия есть, и такой сказки нет, уж можешь мне поверить!
Белесые брови сошлись к переносице. Малфой облизнул губу, озадаченно поморгал… и тут просиял:
— Серия, говоришь? В новом издании и правда не было сказки о трех братьях, но в любом старом сборнике она есть, ее обычно печатали сразу после «Волосатого сердца чародея». И все из волшебников постарше точно ее знают, в семье же хранят старые книги! Я вот читал по семейной, ее до меня, наверное, поколений семь читало…
Альбус покачал головой.
— Нет, у меня — то есть у нас — новая серия. Папа вырос у маглов, так что никаких старых книг…
— Тогда понятно. Хотя странно: твой отец победил Темного Лорда, а тот последние годы свихнулся на Старшей палочке. Твой отец не мог не знать этого. Слушай, — глаза у Малфоя загорелись. — А что, если взаправду была Старшая палочка? Тогда твой отец, он же должен был получить ее!
— Нет. То есть, я не думаю, что это так. У него самая обычная палочка, он ее у Олливандера купил, в одиннадцать лет. Самое удивительное в том, что папа до сих пор ее не сломал ни в одном из происшествий.
Малфой мечтательно уставился в потолок:
— Самая могущественная палочка… Круто было бы иметь такую! Хотя… — тут лицо его вытянулось. — Пусть ее и называли непобедимой, но на самом деле она становилась трофеем того, кто победит ее предыдущего владельца. Блин, да за нее кучу народа убили! Вот уж точно — Дары Смерти до добра не доведут! На месте братьев самое умное было бы отказаться от этих вещей. По крайней мере, все были бы живы.
Страница 69 из 92
