Фандом: Ориджиналы. Наставник изо всех сил старался отвадить Сольвейг от карьеры охотника на монстров. Возможно, он бы преуспел, если бы эта карьера была именно целью, а не средством осуществления другой наивной детской мечты.
Добавить в моё избранное
158 мин, 26 сек 3125
Сольвейг обернулась, другие члены команды тоже. На первый взгляд казалось, что с вершины гор сползала огромная снежная глыба. Она двигалась медленно и грациозно, и была абсолютно белой, так что Сольвейг даже не сразу поняла, что она видит.
— Не двигайся, — почему-то шёпотом сказал Фирмин, дрожащими пальцами сжимая её запястье.
И тогда на одном из белых сугробов открылся абсолютно черный глаз, и смотрел он прямо на них. Это был он, дракон, в каких-то жалких трёхстах футах, и он смотрел прямо на неё! Не моргая, не делая резких движений, он медленно-медленно приближался, будто наслаждаясь их беспомощностью. У них не было при себе оружия, хотя вряд ли Сольвейг успела бы даже зарядить свой арбалет. Поблизости не было укрытий, хотя зверь наверняка мигом бы их прибил, если бы они попытались сделать рывок. Сольвейг почувствовала, как слабеют её колени. Фирмин, видимо, тоже это заметил, потому что сжал её запястье сильнее.
Что-то крошечное, какая-то пылинка, стукнула дракона по морде и отскочила со звонким стуком, но он как будто даже не заметил.
— Приготовьтесь, — шепнул Фирмин. — Если он отвлечётся или рванет на нас — бежим вниз.
Сольвейг не была уверена, что сможет бежать. Скорее всего, в этом даже не было смысла. Дракон смотрел прямо на неё, и во взгляде его была недобрая ирония: ну что, мол, девочка, и кто тут на кого охотится? Она хотела закричать и сказать, что она тут не ради него, что она вообще не хочет быть охотником, но её язык присох к нёбу. Весь мир померк и сузился до одной точки: огромного черного глаза на белой морде, которая была размером с дом. Дом, который мог её сожрать.
Сольвейг почувствовала, что к её горлу подкатывает неудержимый приступ смеха. На грани сознания мелькнула мысль, что с этим порывом что-то не так, и смех сменился жуткой тяжестью во лбу и горячими слезами, мгновенно замерзшими на ресницах. Вокруг черного глаза не было ресниц, но это Сольвейг видела уже не так чётко.
Мелкие снаряды продолжали безуспешно стучать по огромной морде и шее, пока один вдруг не попал в этот самый глаз. Дракон моргнул. Выпустил из носа облачко дыма. Потом моргнул ещё раз…
— Двигай!
Фирмин дернул её с такой силой, что мог бы, наверное, оторвать ей руку, но Сольвейг, удивившись самой себе, отреагировала на приказ и не отставала. Холода больше не было. Был жар камней и жёлтое пламя там, где они стояли всего секунду назад.
Горный склон осыпался под ногами, и вот они уже не бегут, а катятся вниз. Фирмин отпустил её руку, и Сольвейг вдруг почувствовала себя непередаваемо одинокой и потерянной. Она не видела, где её команда, не знала, где дракон, она падала и не могла остановиться. Где-то в другом мире раздался сигнал рога, а её засыпало горячими камнями и снегом, который тут же таял. Что-то обжигающее коснулось её ноги, и она не сдержала крика, хотя и понимала, что привлекать внимание не в её интересах. Наконец, падение прекратилось, и она попыталась выбраться из-под горы каменных обломков, и ей это удалось на удивление быстро.
— Соль, в укрытие! — кричал кто-то настолько далеко, что это было неважно. Урд была рядом, и она увязла в камнях почти по пояс, кровь сочилась из её головы, а руки плохо слушались. Сольвейг схватила её за подмышки и потянула изо всех сил. Медленно, слишком медленно, но Урд и сама не тормозила — дёргалась изо всех сил, сбрасывая камни и гальку. Чуть поодаль пытался выбраться Фирмин, но его засыпало сильнее. Он отчаянно шевелился, но смотрел куда-то наверх. Что-то в голове у Сольвейг переключилось. Она, вроде как, знала, что увидит, если проследит за его взглядом, но ей казалось, что пока она не смотрит, ей ничего не угрожает. И она, прихрамывая, подбежала к Фирмину, и Урд за ней.
— Нет, назад! — сипло прошептал Фирмин. Он не мог набрать достаточно воздуха в грудь, чтобы возразить более решительно. — Чёрт!
Сольвейг и Урд вдвоем схватили его за шиворот и потащили, стараясь не смотреть чуть в сторону, где между камнями шевелилось что-то черное, обгоревшее, но всё ещё живое. Белая тень приближалась, крадучись, будто играя с добычей. Выдох — яркий всполох — чей-то крик боли чуть выше по склону.
— Давай!
Урд отбросила несколько самых крупных камней, тогда как Сольвейг продолжала тащить. Несколько мучительных секунд — и Фирмин был свободен. Он поднялся на ноги, пошатнулся, и они побежали прочь со всей доступной им скоростью.
Сольвейг не знала, кем был тот несчастный, на кого отвлёкся дракон, пока они вытаскивали Фирмина, но Бронта Мадеи было жаль. Она успела заметить, что он был обожжён почти полностью; его могла бы спасти только Меридит Мьют, если бы занялась им достаточно быстро, но для этого надо было, чтобы монстр убрался. Вряд ли Бронт протянет достаточно долго.
Одна лента на скале — не годится, станет лишь ловушкой. Мощные выдохи зверя, тяжёлые шаги, шорох брюха и хвоста по камням.
— Не двигайся, — почему-то шёпотом сказал Фирмин, дрожащими пальцами сжимая её запястье.
И тогда на одном из белых сугробов открылся абсолютно черный глаз, и смотрел он прямо на них. Это был он, дракон, в каких-то жалких трёхстах футах, и он смотрел прямо на неё! Не моргая, не делая резких движений, он медленно-медленно приближался, будто наслаждаясь их беспомощностью. У них не было при себе оружия, хотя вряд ли Сольвейг успела бы даже зарядить свой арбалет. Поблизости не было укрытий, хотя зверь наверняка мигом бы их прибил, если бы они попытались сделать рывок. Сольвейг почувствовала, как слабеют её колени. Фирмин, видимо, тоже это заметил, потому что сжал её запястье сильнее.
Что-то крошечное, какая-то пылинка, стукнула дракона по морде и отскочила со звонким стуком, но он как будто даже не заметил.
— Приготовьтесь, — шепнул Фирмин. — Если он отвлечётся или рванет на нас — бежим вниз.
Сольвейг не была уверена, что сможет бежать. Скорее всего, в этом даже не было смысла. Дракон смотрел прямо на неё, и во взгляде его была недобрая ирония: ну что, мол, девочка, и кто тут на кого охотится? Она хотела закричать и сказать, что она тут не ради него, что она вообще не хочет быть охотником, но её язык присох к нёбу. Весь мир померк и сузился до одной точки: огромного черного глаза на белой морде, которая была размером с дом. Дом, который мог её сожрать.
Сольвейг почувствовала, что к её горлу подкатывает неудержимый приступ смеха. На грани сознания мелькнула мысль, что с этим порывом что-то не так, и смех сменился жуткой тяжестью во лбу и горячими слезами, мгновенно замерзшими на ресницах. Вокруг черного глаза не было ресниц, но это Сольвейг видела уже не так чётко.
Мелкие снаряды продолжали безуспешно стучать по огромной морде и шее, пока один вдруг не попал в этот самый глаз. Дракон моргнул. Выпустил из носа облачко дыма. Потом моргнул ещё раз…
— Двигай!
Фирмин дернул её с такой силой, что мог бы, наверное, оторвать ей руку, но Сольвейг, удивившись самой себе, отреагировала на приказ и не отставала. Холода больше не было. Был жар камней и жёлтое пламя там, где они стояли всего секунду назад.
Горный склон осыпался под ногами, и вот они уже не бегут, а катятся вниз. Фирмин отпустил её руку, и Сольвейг вдруг почувствовала себя непередаваемо одинокой и потерянной. Она не видела, где её команда, не знала, где дракон, она падала и не могла остановиться. Где-то в другом мире раздался сигнал рога, а её засыпало горячими камнями и снегом, который тут же таял. Что-то обжигающее коснулось её ноги, и она не сдержала крика, хотя и понимала, что привлекать внимание не в её интересах. Наконец, падение прекратилось, и она попыталась выбраться из-под горы каменных обломков, и ей это удалось на удивление быстро.
— Соль, в укрытие! — кричал кто-то настолько далеко, что это было неважно. Урд была рядом, и она увязла в камнях почти по пояс, кровь сочилась из её головы, а руки плохо слушались. Сольвейг схватила её за подмышки и потянула изо всех сил. Медленно, слишком медленно, но Урд и сама не тормозила — дёргалась изо всех сил, сбрасывая камни и гальку. Чуть поодаль пытался выбраться Фирмин, но его засыпало сильнее. Он отчаянно шевелился, но смотрел куда-то наверх. Что-то в голове у Сольвейг переключилось. Она, вроде как, знала, что увидит, если проследит за его взглядом, но ей казалось, что пока она не смотрит, ей ничего не угрожает. И она, прихрамывая, подбежала к Фирмину, и Урд за ней.
— Нет, назад! — сипло прошептал Фирмин. Он не мог набрать достаточно воздуха в грудь, чтобы возразить более решительно. — Чёрт!
Сольвейг и Урд вдвоем схватили его за шиворот и потащили, стараясь не смотреть чуть в сторону, где между камнями шевелилось что-то черное, обгоревшее, но всё ещё живое. Белая тень приближалась, крадучись, будто играя с добычей. Выдох — яркий всполох — чей-то крик боли чуть выше по склону.
— Давай!
Урд отбросила несколько самых крупных камней, тогда как Сольвейг продолжала тащить. Несколько мучительных секунд — и Фирмин был свободен. Он поднялся на ноги, пошатнулся, и они побежали прочь со всей доступной им скоростью.
Сольвейг не знала, кем был тот несчастный, на кого отвлёкся дракон, пока они вытаскивали Фирмина, но Бронта Мадеи было жаль. Она успела заметить, что он был обожжён почти полностью; его могла бы спасти только Меридит Мьют, если бы занялась им достаточно быстро, но для этого надо было, чтобы монстр убрался. Вряд ли Бронт протянет достаточно долго.
Одна лента на скале — не годится, станет лишь ловушкой. Мощные выдохи зверя, тяжёлые шаги, шорох брюха и хвоста по камням.
Страница 20 из 44
