Фандом: Ориджиналы. 1997 год. Олег Далев бросает учебу в Англии и возвращается домой в Москву, в дом, где жил когда-то. Там остался его друг детства — и еще что-то очень важное.
Добавить в моё избранное
68 мин, 29 сек 10964
Заехавшие за ним брат и приятели просто подхватили вяло сопротивляющегося Георгия под руки и уволокли к своим машинам. Арнольдик ушел ближе к вечеру, одетый с иголочки и выбритый до синевы. Олег пожелал ему приятно провести время, и Арнольдик зарделся как первоклассник. Олег, закрывая за ним дверь, в который раз пробормотал в адрес сестры несколько нелицеприятных слов: добродушного великана ему было искренне жаль.
И наконец-то квартира оказалась в их полном распоряжении. То есть, конечно, она по-прежнему оставалась Женькиной — но сейчас в ней находились только они двое. И единственным, кто мог все испортить, был сам Женька: ведь если ему вздумается отказаться, то насильно порадовать его не удастся при всем желании.
Стрелки часов, столь безответственно медленно ползшие по кругу в этот день, постепенно добрались до десяти. Олег ощутил легкое покалывание в кончиках пальцев — и удивился. До этого мгновения он ждал, рассчитывал, планировал — но не волновался. А вот сейчас осознавал, что волнуется до дрожи.
Женька, естественно, сидел за своим столом и в чем-то сосредоточенно ковырялся. Для него, похоже, действительно новогодняя ночь ничем не отличалась от всех прочих.
— Добрый вечер! — отчетливо поздоровался Олег. — С наступающим!
Женька кивнул, не отвлекаясь.
— Вечер… Спасибо… Так же… — это единственное, что он пробормотал в ответ.
Еще одна попытка.
— Женя, — привлекая внимание, позвал Олег. — Ты в курсе, что Новый год — это праздник, когда едят сладости и дарят друг другу подарки?
Немного жестокое заявление, учитывая, что последний подарок Женька наверняка получал как минимум двенадцать лет назад, однако оно сработало. По крайней мере, Женька от своего занятия отвлекся и, помедлив слегка, посмотрел на Олега.
— Извини… — произнес он чуть растерянно. — Я… не подумал об этом. Но я даже не знаю, чего бы ты хотел…
Олег сморгнул. Вот чего он не ожидал, так это что Женька подумает, будто это Олег требует с него подарок! Нехорошо получалось.
— А я знаю! — в последний момент Олег постарался обернуть неудачно складывающийся разговор на пользу. — Я хочу, чтобы ты встретил со мною Новый год!
Взгляд Женьки стал удивленным.
— Я не пью, — зачем-то предупредил он.
«Еще бы он пил… с такой-то горой таблеток!» — мелькнула у Олега мысль, однако вслух он сказал другое:
— Ну так это и хорошо, ибо я тоже. Давай лучше договоримся так: я тебе сюрприз приготовил — и это мой подарок тебе. А ты его примешь — и это будет твой подарок мне.
На лице Женьки явственно читалось, что в таком заявлении он ощущает логическую несостыковку, однако Олег не дал ему времени на раздумье.
— Пойдем! — позвал он друга. — Тебе понравится.
— Куда пойдем? — Женька сразу насторожился, и Олег с сожалением отметил, что с планами вытаскивать этого затворника хоть иногда дышать свежим воздухом придется все же пока повременить.
— Ко мне, — терпеливо пояснил он и окинул Женькину комнату демонстративно изучающим взглядом. — У тебя тут, увы, слишком сильная «рабочая атмосфера». Расслабиться тут совершенно не получится.
Женька не был похож на человека, которому хочется расслабиться, однако Олег протянул ему руку и казалось, что если Женька не встанет сам, его поднимут. Этого он допустить не мог и все-таки поднялся. Олег поманил его за собой, и Женька, чуть слышно вздохнув, покинул свое убежище.
Свою комнату Олег тоже украсил. Правда, он постарался избежать кухонной пестроты, догадываясь, что Женька вряд ли любит слишком яркие цвета. Олег выбрал зеленую мишуру — ибо почему-то помнил, что Женьке этот цвет всегда нравился больше других — и золотистые шарики, которые приглянулись ему самому. Все вместе выглядело достаточно нарядно и в то же время не аляповато.
Сюда же, в свою комнату, пользуясь отъездом соседей по квартире, Олег утащил с кухни чайник и тарелки. Женька, подойдя ближе к столу, замер, разглядев на нем несколько видов пирожных, коробку с бельгийским шоколадом и в центре всего этого великолепия любимый им с детства торт «Прага».
Олег наблюдал за Женькой, стоя чуть в стороне. Он вообще не был уверен, продолжает ли тот по-прежнему любить сладости — в конце концов, многие, вырастая, перестают. Однако Женька, судя по его взгляду, не перестал. Он слегка дернулся, будто собираясь протянуть руку, но усилием воли остановился. По непроизвольному движению его кадыка, Олег понял, что Женька сглотнул, пытаясь взять себя в руки.
— Жень, ну чего ты встал? — стараясь говорить как можно небрежнее, поинтересовался Олег. — В конце концов, ну что ты не как у себя дома? Садись, выбирай, я сейчас чаю налью…
И Женька сел. И все-таки протянул руку к безе — да, точно, их он из всех пирожных больше всех любил. И взял чашку с горячим чаем.
И Олег понял, что все идет как надо.
И наконец-то квартира оказалась в их полном распоряжении. То есть, конечно, она по-прежнему оставалась Женькиной — но сейчас в ней находились только они двое. И единственным, кто мог все испортить, был сам Женька: ведь если ему вздумается отказаться, то насильно порадовать его не удастся при всем желании.
Стрелки часов, столь безответственно медленно ползшие по кругу в этот день, постепенно добрались до десяти. Олег ощутил легкое покалывание в кончиках пальцев — и удивился. До этого мгновения он ждал, рассчитывал, планировал — но не волновался. А вот сейчас осознавал, что волнуется до дрожи.
Женька, естественно, сидел за своим столом и в чем-то сосредоточенно ковырялся. Для него, похоже, действительно новогодняя ночь ничем не отличалась от всех прочих.
— Добрый вечер! — отчетливо поздоровался Олег. — С наступающим!
Женька кивнул, не отвлекаясь.
— Вечер… Спасибо… Так же… — это единственное, что он пробормотал в ответ.
Еще одна попытка.
— Женя, — привлекая внимание, позвал Олег. — Ты в курсе, что Новый год — это праздник, когда едят сладости и дарят друг другу подарки?
Немного жестокое заявление, учитывая, что последний подарок Женька наверняка получал как минимум двенадцать лет назад, однако оно сработало. По крайней мере, Женька от своего занятия отвлекся и, помедлив слегка, посмотрел на Олега.
— Извини… — произнес он чуть растерянно. — Я… не подумал об этом. Но я даже не знаю, чего бы ты хотел…
Олег сморгнул. Вот чего он не ожидал, так это что Женька подумает, будто это Олег требует с него подарок! Нехорошо получалось.
— А я знаю! — в последний момент Олег постарался обернуть неудачно складывающийся разговор на пользу. — Я хочу, чтобы ты встретил со мною Новый год!
Взгляд Женьки стал удивленным.
— Я не пью, — зачем-то предупредил он.
«Еще бы он пил… с такой-то горой таблеток!» — мелькнула у Олега мысль, однако вслух он сказал другое:
— Ну так это и хорошо, ибо я тоже. Давай лучше договоримся так: я тебе сюрприз приготовил — и это мой подарок тебе. А ты его примешь — и это будет твой подарок мне.
На лице Женьки явственно читалось, что в таком заявлении он ощущает логическую несостыковку, однако Олег не дал ему времени на раздумье.
— Пойдем! — позвал он друга. — Тебе понравится.
— Куда пойдем? — Женька сразу насторожился, и Олег с сожалением отметил, что с планами вытаскивать этого затворника хоть иногда дышать свежим воздухом придется все же пока повременить.
— Ко мне, — терпеливо пояснил он и окинул Женькину комнату демонстративно изучающим взглядом. — У тебя тут, увы, слишком сильная «рабочая атмосфера». Расслабиться тут совершенно не получится.
Женька не был похож на человека, которому хочется расслабиться, однако Олег протянул ему руку и казалось, что если Женька не встанет сам, его поднимут. Этого он допустить не мог и все-таки поднялся. Олег поманил его за собой, и Женька, чуть слышно вздохнув, покинул свое убежище.
Свою комнату Олег тоже украсил. Правда, он постарался избежать кухонной пестроты, догадываясь, что Женька вряд ли любит слишком яркие цвета. Олег выбрал зеленую мишуру — ибо почему-то помнил, что Женьке этот цвет всегда нравился больше других — и золотистые шарики, которые приглянулись ему самому. Все вместе выглядело достаточно нарядно и в то же время не аляповато.
Сюда же, в свою комнату, пользуясь отъездом соседей по квартире, Олег утащил с кухни чайник и тарелки. Женька, подойдя ближе к столу, замер, разглядев на нем несколько видов пирожных, коробку с бельгийским шоколадом и в центре всего этого великолепия любимый им с детства торт «Прага».
Олег наблюдал за Женькой, стоя чуть в стороне. Он вообще не был уверен, продолжает ли тот по-прежнему любить сладости — в конце концов, многие, вырастая, перестают. Однако Женька, судя по его взгляду, не перестал. Он слегка дернулся, будто собираясь протянуть руку, но усилием воли остановился. По непроизвольному движению его кадыка, Олег понял, что Женька сглотнул, пытаясь взять себя в руки.
— Жень, ну чего ты встал? — стараясь говорить как можно небрежнее, поинтересовался Олег. — В конце концов, ну что ты не как у себя дома? Садись, выбирай, я сейчас чаю налью…
И Женька сел. И все-таки протянул руку к безе — да, точно, их он из всех пирожных больше всех любил. И взял чашку с горячим чаем.
И Олег понял, что все идет как надо.
Страница 17 из 20
