Фандом: Гарри Поттер. События разворачиваются сразу же по окончании эпилога «Группы риска». Снейп и Гермиона под видом профессоров зельеварения и рун отправляются в Хогвартс расследовать исчезновение Распределяющей шляпы. Срабатывает заклинание-ловушка, и Снейп теряет память. Сможет ли он снова стать самим собой? Кому и зачем понадобилась Распределяющая шляпа? Какие еще жуткие и таинственные события произойдут в Хогвартсе? Короче: что это было и кто все эти люди?
Добавить в моё избранное
188 мин, 27 сек 8502
— Я не одна. У нас семья… — запнулась Грейнджер. — У него есть бабушка с дедушкой, которые в нем души не чают!
— Магглы.
— Да, магглы. Миллиарды детей воспитаны магглами — поверь мне, они знают в этом толк! Джеймса окружают люди, которые любят его!
— Он должен знать, кто его отец! — голос Крама стал жестче. — Ты не можешь лишить его отца! Ты просто не имеешь на это права! Он не простит тебе этого, Гермиона. Никогда, уверяю тебя. Он должен знать, кто его отец и гордиться им.
— Когда ты успел стать такой сволочью? — Грейнджер высвободилась из его рук. — Может быть, ты всегда был таким, а я просто не замечала? Ты не хотел меня видеть, ты не хотел признавать нашего ребенка, ты отказался от нас. Ты женился на чистокровной, родовитой волшебнице, которая так и не смогла за десять лет родить тебе наследника, и теперь ты вспомнил о Джеймсе? Какого черта, Виктор, я должна была рассказывать ему о тебе?
Она отошла к столу, и внезапно меня снова накрыло недомогание. Время словно замедлило свой бег на мгновение, а сердце пропустило удар. Я помотал головой и увидел Грейнджер, уже поднимавшуюся на ноги с помощью Крама, который подал ей руку.
— Ты слышал? — испуганно спросила она.
— С тобой все в порядке? — он обеспокоенно ее ощупывал. — Тебе надо к колдомедику.
— Нет, все нормально, — выдохнула она и отерла испарину, выступившую на лбу. — Мне жаль, Виктор, но нам придется вернуться к нашему разговору позднее.
— Ты не поняла, Гермиона, — покачал головой Крам, а Грейнджер замерла. — Не вынуждай меня прибегать к крайним мерам.
— Тебе не удастся выкрасть Джеймса, — усмехнулась она.
— Только такой женщине, как ты, презирающей закон и установленные обществом порядки, могла прийти в голову подобная мысль, — покачал головой Крам. Уел, вот просто уел. Сразу видно — человек изучил Грейнджер вдоль и поперек. — Я буду действовать через суд.
Грейнджер вскинулась.
— В нашей стране я мог бы забрать у тебя сына сразу и без всяких уговоров. — Судя по тому, что Грейнджер попятилась, открывая пространство для маневра, жить парню осталось недолго. Вроде умный, а — дурак. Кто ж сообщает матери, что вот так запросто возьмет и отнимет у нее ребенка? — У вас тоже очень интересные законы. Я уже нанял хорошего юриста. Ты плохая мать, Гермиона. Ты не можешь обеспечить нашему сыну достойное содержание. Ты нигде не работаешь.
— Хреновый у тебя юрист, Виктор, — окатила его волной презрения Грейнджер и вытащила волшебную палочку. — Ты удивишься, когда я тебе сообщу цифру моего годового дохода.
— О, я ни в коей мере не принижаю ценность твоих научных работ! Но как насчет отношений с законом? До меня дошли слухи, что ты не брезгуешь не совсем законными источниками дохода. Ты знаешь, что взломщики заклинаний находятся вне закона? Мать-преступница — это ужасно.
Ого! Я почти с уважением взглянул на фыркнувшую Грейнджер.
— Докажи!
Крам медленно направился к ней. Грейнджер попятилась.
— Это даже не важно. Закон, Гермиона, закон. Простой и понятный. Если отец предъявляет свои права на ребенка, а мать его при этом не находится в браке, то ребенок передается на воспитание отцу.
Все, ему конец. Мне даже отсюда видно: Грейнджер явно пришла к выводу, что такой отец ее ребенку не нужен однозначно. И решила избавить себя от неудобств, связанных с судебной тяжбой. И даже придумала, куда денет труп. Если останется, что куда девать.
— Я уже замужем, — прошипела она, поднимая палочку.
Если бы она еще подумала о том, как сильно расстроится Минерва, когда узнает, что один из ее драгоценных представителей Попечительского совета пал смертью храбрых при исполнении служебных обязанностей.
— Не смешно, Гермиона, — сурово оборвал ее Крам. — Надо уметь проигрывать достойно. И мое предложение все еще остается в силе.
Этот галантный идиот снова хочет ее поцеловать? Когда она в состоянии только убивать?! Даже в ежике можно разбудить зверя, чего уж говорить о Грейнджер.
— Она просто не стала брать мою фамилию после свадьбы, — я медленно вышел из-за шкафа и, приблизившись к новобрачной, взял под руку. Грейнджер внезапно сразу как-то обмякла. Еще обморока мне только не хватало. Хотя не каждый день перепадает такое счастье — столь ценное сокровище, как я, заполучить в мужья. Крам, видимо, считал так же, потому что, побледнев, сглотнул и отступил на пару шагов. Я любезно улыбнулся, и он выпрямился, словно я с размаху врезал ему по наглой горбоносой морде. — Мне жаль ваших денег, потраченных на юриста. Весьма сочувствую вашей деликатной проблеме, но если еще раз увижу вас рядом со своей супругой, вы очень сильно пожалеете. Если успеете.
Удар он держать умел. Только кулаки сжал, да желваками поиграл слегка. Я коротко кивнул, Крам, склонив голову, щелкнул каблуками и быстро вышел из класса.
— Магглы.
— Да, магглы. Миллиарды детей воспитаны магглами — поверь мне, они знают в этом толк! Джеймса окружают люди, которые любят его!
— Он должен знать, кто его отец! — голос Крама стал жестче. — Ты не можешь лишить его отца! Ты просто не имеешь на это права! Он не простит тебе этого, Гермиона. Никогда, уверяю тебя. Он должен знать, кто его отец и гордиться им.
— Когда ты успел стать такой сволочью? — Грейнджер высвободилась из его рук. — Может быть, ты всегда был таким, а я просто не замечала? Ты не хотел меня видеть, ты не хотел признавать нашего ребенка, ты отказался от нас. Ты женился на чистокровной, родовитой волшебнице, которая так и не смогла за десять лет родить тебе наследника, и теперь ты вспомнил о Джеймсе? Какого черта, Виктор, я должна была рассказывать ему о тебе?
Она отошла к столу, и внезапно меня снова накрыло недомогание. Время словно замедлило свой бег на мгновение, а сердце пропустило удар. Я помотал головой и увидел Грейнджер, уже поднимавшуюся на ноги с помощью Крама, который подал ей руку.
— Ты слышал? — испуганно спросила она.
— С тобой все в порядке? — он обеспокоенно ее ощупывал. — Тебе надо к колдомедику.
— Нет, все нормально, — выдохнула она и отерла испарину, выступившую на лбу. — Мне жаль, Виктор, но нам придется вернуться к нашему разговору позднее.
— Ты не поняла, Гермиона, — покачал головой Крам, а Грейнджер замерла. — Не вынуждай меня прибегать к крайним мерам.
— Тебе не удастся выкрасть Джеймса, — усмехнулась она.
— Только такой женщине, как ты, презирающей закон и установленные обществом порядки, могла прийти в голову подобная мысль, — покачал головой Крам. Уел, вот просто уел. Сразу видно — человек изучил Грейнджер вдоль и поперек. — Я буду действовать через суд.
Грейнджер вскинулась.
— В нашей стране я мог бы забрать у тебя сына сразу и без всяких уговоров. — Судя по тому, что Грейнджер попятилась, открывая пространство для маневра, жить парню осталось недолго. Вроде умный, а — дурак. Кто ж сообщает матери, что вот так запросто возьмет и отнимет у нее ребенка? — У вас тоже очень интересные законы. Я уже нанял хорошего юриста. Ты плохая мать, Гермиона. Ты не можешь обеспечить нашему сыну достойное содержание. Ты нигде не работаешь.
— Хреновый у тебя юрист, Виктор, — окатила его волной презрения Грейнджер и вытащила волшебную палочку. — Ты удивишься, когда я тебе сообщу цифру моего годового дохода.
— О, я ни в коей мере не принижаю ценность твоих научных работ! Но как насчет отношений с законом? До меня дошли слухи, что ты не брезгуешь не совсем законными источниками дохода. Ты знаешь, что взломщики заклинаний находятся вне закона? Мать-преступница — это ужасно.
Ого! Я почти с уважением взглянул на фыркнувшую Грейнджер.
— Докажи!
Крам медленно направился к ней. Грейнджер попятилась.
— Это даже не важно. Закон, Гермиона, закон. Простой и понятный. Если отец предъявляет свои права на ребенка, а мать его при этом не находится в браке, то ребенок передается на воспитание отцу.
Все, ему конец. Мне даже отсюда видно: Грейнджер явно пришла к выводу, что такой отец ее ребенку не нужен однозначно. И решила избавить себя от неудобств, связанных с судебной тяжбой. И даже придумала, куда денет труп. Если останется, что куда девать.
— Я уже замужем, — прошипела она, поднимая палочку.
Если бы она еще подумала о том, как сильно расстроится Минерва, когда узнает, что один из ее драгоценных представителей Попечительского совета пал смертью храбрых при исполнении служебных обязанностей.
— Не смешно, Гермиона, — сурово оборвал ее Крам. — Надо уметь проигрывать достойно. И мое предложение все еще остается в силе.
Этот галантный идиот снова хочет ее поцеловать? Когда она в состоянии только убивать?! Даже в ежике можно разбудить зверя, чего уж говорить о Грейнджер.
— Она просто не стала брать мою фамилию после свадьбы, — я медленно вышел из-за шкафа и, приблизившись к новобрачной, взял под руку. Грейнджер внезапно сразу как-то обмякла. Еще обморока мне только не хватало. Хотя не каждый день перепадает такое счастье — столь ценное сокровище, как я, заполучить в мужья. Крам, видимо, считал так же, потому что, побледнев, сглотнул и отступил на пару шагов. Я любезно улыбнулся, и он выпрямился, словно я с размаху врезал ему по наглой горбоносой морде. — Мне жаль ваших денег, потраченных на юриста. Весьма сочувствую вашей деликатной проблеме, но если еще раз увижу вас рядом со своей супругой, вы очень сильно пожалеете. Если успеете.
Удар он держать умел. Только кулаки сжал, да желваками поиграл слегка. Я коротко кивнул, Крам, склонив голову, щелкнул каблуками и быстро вышел из класса.
Страница 22 из 53
