Фандом: Гарри Поттер. Время не преграда для любви, ведь правда? А что, если это время измеряется шестью веками?
Добавить в моё избранное
11 мин, 17 сек 8001
— Я уверен, вы научитесь очень быстро, — мягко проговорил юноша, обнимая Гермиону за талию, чтобы не дать ей упасть.
Они тренировались целый час. Сначала катались медленно: Мангольд давал Гермионе привыкнуть к седлу и показывал как руководить лошадью, потом несколько раз попробовали галоп, от чего Гриффиндорка осталась в неописуемом восторге. Её каштановые пряди выбились из причёски, и ветер весело играл с ними, развивая и делая ещё более пушистыми.
— Уффф! — Выдохнула Гермиона, уже более уверенно останавливая свою белоснежную красавицу и выравнивая дыхание после быстрой езды.
— Понравилось?
— Не то слово!
Мангольд поднял руку, нежно провёл ею по волосам девушки и аккуратно уложил растрёпанные пряди. Их лица были так близко, что Гермиона невольно вздрогнула. Он смотрел ей в глаза открытым, ласковым взглядом. И было в этом взгляде что-то такое, что невозможно выразить словами. Он смотрел так, словно ждал её очень много лет. Рыцарь сделал шаг, и расстояние между ними перестало существовать. Повинуясь неведомому доселе порыву, Гермиона обняла стоящего перед ней практически незнакомого человека и позволила их губам слиться. Она почувствовала, как его нежные, сильные руки расстёгивают застёжку летнего платья и проникают под него, лаская шёлковистое девичье тело. Ткань мягко скользнула с плеч. Мангольд подхватил Гриффиндорку на руки и, вытащив из седла, осторожно опустил на траву, где платье упало на землю, полностью открыв прекрасную фигуру юной девушки. Она отдалась ему без остатка, отдалась его рукам и губам, что дарили незабываемые ласки, ощущение неизведанного, нового и такого желанного.
А позже, когда они через несколько часов отвели лошадей в конюшню, Герми вдруг узнала, что её рыцарь — волшебник. Получилось это совершенно случайно: он бросил сена коням и как-то слишком резко взмахнул рукой. Из рукава выпала деревянная палочка дюймов 13-ти длинной и покатилась по полу. Мангольд в одно мгновение схватил её и попытался незаметно от девушки снова спрятать в рукав, но Герми внезапно поняла, что это не обычная деревяшка, а самая настоящая волшебная палочка. Тогда она рассказала ему всё, всё, что произошло с ней и её учителями. Каково же было удивление парня, когда он узнал правду; но он пообещал помочь им.
— На турнир приедет граф де Монтэл, он маг. Возможно, он что-то знает о перемещениях во времени.
Граф де Монтэл оказался заносчивым ворчливым старичком с растрёпанной козлиной бородкой из трёх волосин, разодетым в дорогие богатые одежды, с чрезвычайно важным видом.
— Ого, далеко же вы собрались перемещаться, — проскрипел он, когда волшебники, сидя в его шатре, поведали свою историю. — Не знаю даже поможет ли вам эта штука.
Он порылся в древнем на вид сундуке и извлёк вещь, очень похожую на мантию-невидимку.
— Что это, Ваша Светлость? — осторожно спросила профессор Милтон.
— Плащ времени, — недовольно пояснил граф, но было видно, что титул, прозвучавший из уст красивой дамы, польстил ему.
— Он… Одноразовый? — боясь разгневать Его Светлость, робко спросила Гермиона.
— Боюсь, что после того, как вы переместитесь с ним на пять веков вперёд, его больше нельзя будет использовать.
— На шесть, — тихонько поправил его Снейп с саркастической ухмылочкой, но де Монтэл его не услышал.
— Чтобы отправиться в будущее, нужно накинуть плащ и повернуться в правую сторону столько раз, на сколько веков хотите переместиться; чтобы вернуться в прошлое — в левую.
(Прим. Автора: По часовой стрелке в будущее, против — в прошлое соответственно. Просто в 14 веке о часовой стрелке ещё даже волшебники не догадывались).
Снейп уже собирался накинуть на всех троих плащ, когда мисс Грэйнджер, пробормотав «Подождите немного, прошу вас», выбежала из шатра.
Goodbye my friend
This is the end
For me and you
Ждать в итоге пришлось двадцать минут, и если бы не Мария, Снейп добил бы Гриффиндорку замечаниями и комментариями. Прощание было столь же долгим, сколь и страстным. Гермиона и Мангольд никак не желали размыкать объятий, по очереди шепча, что не смогут друг без друга, что наконец нашли свою судьбу.
— Как же я не хочу отпускать тебя, — покрывая лицо девушки поцелуями, говорил юноша, — ты — вся моя жизнь, я чувствую это!
— Я тоже это почувствовала, как только увидела тебя!
Гермиона положила голову на грудь рыцаря, сейчас не облачённую в кольчугу, и заплакала. Он гладил её по мягким волосам и шептал что-то нежное на ухо, пока она, наконец, не спохватилась.
— Меня ждут… — неуверенно проговорила она, чуть отстраняясь, и тут же снова прильнула к нему.
Мерлин, куда идти, зачем, в какое настоящее возвращаться, когда перед тобой стоит человек, к которому неудержимо тянет, будто магнитом?! Как вот так запросто отпустить, оставить свою любовь, когда ты чувствуешь, что и мгновения не сможешь без неё прожить?!
Они тренировались целый час. Сначала катались медленно: Мангольд давал Гермионе привыкнуть к седлу и показывал как руководить лошадью, потом несколько раз попробовали галоп, от чего Гриффиндорка осталась в неописуемом восторге. Её каштановые пряди выбились из причёски, и ветер весело играл с ними, развивая и делая ещё более пушистыми.
— Уффф! — Выдохнула Гермиона, уже более уверенно останавливая свою белоснежную красавицу и выравнивая дыхание после быстрой езды.
— Понравилось?
— Не то слово!
Мангольд поднял руку, нежно провёл ею по волосам девушки и аккуратно уложил растрёпанные пряди. Их лица были так близко, что Гермиона невольно вздрогнула. Он смотрел ей в глаза открытым, ласковым взглядом. И было в этом взгляде что-то такое, что невозможно выразить словами. Он смотрел так, словно ждал её очень много лет. Рыцарь сделал шаг, и расстояние между ними перестало существовать. Повинуясь неведомому доселе порыву, Гермиона обняла стоящего перед ней практически незнакомого человека и позволила их губам слиться. Она почувствовала, как его нежные, сильные руки расстёгивают застёжку летнего платья и проникают под него, лаская шёлковистое девичье тело. Ткань мягко скользнула с плеч. Мангольд подхватил Гриффиндорку на руки и, вытащив из седла, осторожно опустил на траву, где платье упало на землю, полностью открыв прекрасную фигуру юной девушки. Она отдалась ему без остатка, отдалась его рукам и губам, что дарили незабываемые ласки, ощущение неизведанного, нового и такого желанного.
А позже, когда они через несколько часов отвели лошадей в конюшню, Герми вдруг узнала, что её рыцарь — волшебник. Получилось это совершенно случайно: он бросил сена коням и как-то слишком резко взмахнул рукой. Из рукава выпала деревянная палочка дюймов 13-ти длинной и покатилась по полу. Мангольд в одно мгновение схватил её и попытался незаметно от девушки снова спрятать в рукав, но Герми внезапно поняла, что это не обычная деревяшка, а самая настоящая волшебная палочка. Тогда она рассказала ему всё, всё, что произошло с ней и её учителями. Каково же было удивление парня, когда он узнал правду; но он пообещал помочь им.
— На турнир приедет граф де Монтэл, он маг. Возможно, он что-то знает о перемещениях во времени.
Граф де Монтэл оказался заносчивым ворчливым старичком с растрёпанной козлиной бородкой из трёх волосин, разодетым в дорогие богатые одежды, с чрезвычайно важным видом.
— Ого, далеко же вы собрались перемещаться, — проскрипел он, когда волшебники, сидя в его шатре, поведали свою историю. — Не знаю даже поможет ли вам эта штука.
Он порылся в древнем на вид сундуке и извлёк вещь, очень похожую на мантию-невидимку.
— Что это, Ваша Светлость? — осторожно спросила профессор Милтон.
— Плащ времени, — недовольно пояснил граф, но было видно, что титул, прозвучавший из уст красивой дамы, польстил ему.
— Он… Одноразовый? — боясь разгневать Его Светлость, робко спросила Гермиона.
— Боюсь, что после того, как вы переместитесь с ним на пять веков вперёд, его больше нельзя будет использовать.
— На шесть, — тихонько поправил его Снейп с саркастической ухмылочкой, но де Монтэл его не услышал.
— Чтобы отправиться в будущее, нужно накинуть плащ и повернуться в правую сторону столько раз, на сколько веков хотите переместиться; чтобы вернуться в прошлое — в левую.
(Прим. Автора: По часовой стрелке в будущее, против — в прошлое соответственно. Просто в 14 веке о часовой стрелке ещё даже волшебники не догадывались).
Снейп уже собирался накинуть на всех троих плащ, когда мисс Грэйнджер, пробормотав «Подождите немного, прошу вас», выбежала из шатра.
Goodbye my friend
This is the end
For me and you
Ждать в итоге пришлось двадцать минут, и если бы не Мария, Снейп добил бы Гриффиндорку замечаниями и комментариями. Прощание было столь же долгим, сколь и страстным. Гермиона и Мангольд никак не желали размыкать объятий, по очереди шепча, что не смогут друг без друга, что наконец нашли свою судьбу.
— Как же я не хочу отпускать тебя, — покрывая лицо девушки поцелуями, говорил юноша, — ты — вся моя жизнь, я чувствую это!
— Я тоже это почувствовала, как только увидела тебя!
Гермиона положила голову на грудь рыцаря, сейчас не облачённую в кольчугу, и заплакала. Он гладил её по мягким волосам и шептал что-то нежное на ухо, пока она, наконец, не спохватилась.
— Меня ждут… — неуверенно проговорила она, чуть отстраняясь, и тут же снова прильнула к нему.
Мерлин, куда идти, зачем, в какое настоящее возвращаться, когда перед тобой стоит человек, к которому неудержимо тянет, будто магнитом?! Как вот так запросто отпустить, оставить свою любовь, когда ты чувствуешь, что и мгновения не сможешь без неё прожить?!
Страница 2 из 4
