Совы прилетают по пятницам

Но возраст Поттеру к лицу: он повзрослел и возмужал. В отличие от Драко, который уже сражается с ранними морщинами на сухой, как пергамент, коже. Но можно отвести взгляд и не смотреть на Гарри, можно громко обсуждать дела с коллегами и не слышать его голоса и смеха. Беда в том, что от запаха еловых веток не спрячешься, чёртов Поттер круглый год пахнет Рождеством!

«Гарри, ты говорил о животных, что они не предадут, а ты разве не знал, что чем более высокую ступень эволюции занимает существо, тем более у него размыты моральные рамки.»

Слышал о ницшеанстве? Разве тебя никогда не завораживали эти строки?

Малфой пишет очередной ответ, прикрывшись банковским отчетом — бегут недели. До Рождества полгода, до Поттера — два кабинета и целая вечность.

«Что касается домашних любимцев, то дома у меня есть муравьиная ферма, одна из самых больших среди частных, насколько я знаю. Это Федерация Бронированных Адских муравьев. Кстати, похоже у них опять начался государственный переворот, придется аппарировать домой, т. к. муравьи уже вытеснили эльфов из кабинета и ведутся бои в коридоре.»

С уважением Д.

Драко сидит за своим рабочим столом, летают письма, но он не вздрагивает, услышав хлопанье совиных крыльев — до очередной пятницы ещё два дня. Драко ненавидит имя «Дэвид», позавчера он рассчитал своего секретаря только из-за его имени. Драко не любит крепкий кофе, предпочитает сладкий капучино, потому что от капучино у Поттера всегда остается пенка над верхней губой. И пока тот смущенно её не вытрет, можно безнаказанно и пошло мечтать.

— Что-то ты притих, мистер Малфой, — раздается насмешливый голос Билла Уизли.

Рыжий заносит папки с секретными гоблинскими документами, небрежно бросает их на стол и садится без приглашения на диван. Ничего удивительного: Уизли работает в «Гринготтсе», а Малфой в Министерстве обеспечивает правительственный контроль над банковской системой. Они почти дружат, может потому что Билл меньше других членов своей семьи походит на настоящего Уизли.

Драко мрачно смотрит на гостя, который уложил свои длинные ноги на маленький журнальный столик и попивает малфоевский капучино. Нет — он самый настоящий Уизли!

— Я работаю, — цедит Драко.

— Неужели? — Билл с сарказмом вскидывает бровь, и его шрамы некрасиво кривятся.

— И тебе советую заняться тем же.

— Да ну?

Малфой стонет и падает на диван рядом.

— Хочешь пирожное? — предлагает Уизли, открывая небольшую коробку.

— Нет, спасибо, я не люблю ореховые, лучше шоколад.

— Шоколадные Гарри не печет, их среди его друзей никто особо не ест.

— Эти пирожные испек Поттер? — кашляет от неожиданности блондин.

Билл молча протягивает ему коробку — орехи не так уж и плохи. Драко улыбается. Он слишком много улыбается в последние дни! Это становится плохой привычкой.

— Рассказать задачку? — спрашивает Уизли, он любит всякие подобные штуки. Малфой занят пирожным. Пусть и ореховым, Поттер все равно никогда не испечет шоколадное.

— Тогда слушай, — начинает Билл. — Два человека стоят на разных краях пропасти, через которую перекинут мост. Наши герои очень любят друг друга, но не один из них не рискует ступить на мост, они боятся.

Драко замирает.

— Страх — это естественно. И всё же отчего этот страх так мажет наши души чем-то липким и мерзким? Впрочем, задача не об этом, наверное. Наконец герои ступают на мост, он очень хлипкий, им приходится идти медленно-медленно, сверяя каждый шаг, учась дышать в унисон…

Малфой отводит взгляд, сосредоточенно пялится в заколдованное окно, изображающее радостно-ясное июльское небо, внимательно следит за пролетающими галочками птиц. Ель зеленая круглый год, но в его доме еловые ветки бывают лишь на Рождество. Да и то последние годы на Рождественские каникулы он всегда работал.

— И вот происходит чудо — герои встречаются на середине моста! Они могут коснуться друг друга ладонями.

Чудес не бывает! Даже на Рождество. Тем более их не бывает жарким, липким, таким нелюбимым летом.

— Они дышат очень тихо, доски моста опасно поскрипывают под ногами, один неверный шаг и … пропасть.

Драко отрешенно грызет невкусный горький грецкий орех. Пропасть — страшно. Страх течет по венам. Большего порока…

— Ты думаешь, они встретились и все? Нет, теперь начинается главное, — Билл хмыкает, но в его смешке нет веселья. — Доски скрипят под ногами. Если герои пойдут в одну сторону, то мост провалится под их тяжестью. Они не могут обойти друг друга — мост слишком узок. И им надо держать равновесие, опасное и шаткое. А теперь вопрос: что делать нашим героям?

Голубые глаза Билла также ясны и зеркальны, как иллюзорное небо за окном. Малфой усмехается, чувствует горечь съеденного ореха во рту. Драко встает и спокойно перебирает бумаги, не глядя на гостя.