Дуэт для Авады с оркестром

Пока они чистые — никаких проблем. Обычные листы пергамента. Но стоит мне что-то написать вот здесь… Любое пожелание, — Алекс осторожно положил лист на перекошенный стол и ткнул пальцем, — Ты будешь его выполнять. Побочные эффекты мы устранили, с Макдональд получилось не совсем удачно. Хочешь попробовать? Это не больно, ага.

Регулус хмыкнул, переводя взгляд с Алекса на меня и обратно.

— Ладно. Только я сам решу, что ты напишешь, — в конце концов согласился он. — И как долго длится эффект?

Ответил ему я. Все же теоретическая часть была за мной.

— Около часа, недолго. Но ты потом забудешь об этом часе. И вообще о пергаменте. На всякий случай мы туда вмонтировали Обливиэйт.

Регулус заколебался. Это было заметно. Он покрутил лист в пальцах, чуть дернул уголком рта, снова пристально посмотрел на Алекса, потом решительно кивнул.

— Одно условие. Вы мне расскажете, как сделали эту штуку.

— Несомненно, — кивнул Мальсибер, доставая перо. — Что мне загадать?

— Спеть святочную колядку, — небрежно предложил Регулус и развернул пергамент.

И в тот момент, когда Алекс писал, у младшего Блека на секунду расширились зрачки. Его и без того темные глаза стали совсем черными — но только на мгновение. А потом он положил пергамент на стол и вышел из Комнаты.

— Обвиняемый, отвечайте на вопрос! — голос Крауча. Я поднимаю голову. — Вы были на стадионе один или с кем-то?

— Не один, сэр, — слышу свой собственный голос как будто со стороны.

— Назовите имя того, кто вас сопровождал!

— Я был там со своей девушкой, Розой Грин.

Стучит молоток.

— Свидетелем обвинения вызывается Роза Мари Грин, — начинает говорить Крауч.

Обвинения?! Ой блин… Дергаюсь, цепи, чуть звякнув, вжимают меня в кресло сильнее.

3.

Роза выходит на свидетельское место, тоненькая и несгибаемая, как всегда, поднимает голову к трибунам. Маленькая птичка среди этих насекомых. Колибри. Я не вижу ее лица, она смотрит вверх, то ли на Крауча, то ли на Боунс. Хочется верить, что на Боунс. Та невозмутимо смотрит на Розу. Свидетельница обвинения… Что она скажет?

— Вы Роза Мари Грин, проживаете по адресу Кларенс-роуд, 52, Сент-Албанс, Большой Лондон?

— Да, сэр, — уверенно, но с волнением в голосе отвечает она Краучу. Я смотрю на ее руки, дракончик-татуировка переполз на кисть, обвился вокруг одного из пальцев, стал похож на кольцо. А пальцы заметно дрожат. Да, дорого тебе дается это спокойствие, Роза.

— Вы были вместе с обвиняемым на концерте Дэвида Боуи тринадцатого июня? — Крауч пристально смотрит на нее.

— Да, сэр, была.

— Расскажите подробнее обо всем, что происходило с момента, когда вы встретились, до происшествия на стадионе.

Роза переступает с ноги на ногу, сжимает пальцы в кулак и снова разжимает. Чего Крауч от нее ждет, интересно? А он ждет.

— Мы встретились в Хогсмиде в пять вечера, как договорились. Потом аппарировали в папину мастерскую… Переодеться в маггловское. После поехали в метро к стадиону… На концерте было очень много людей, давка. Нас растащило в стороны, а где-то минут через десять начались крики, какая-то драка, маггловская полиция вмешалась, и я услышала взрыв.

— Услышали? То есть взрыва вы не видели? — Крауч резко наклоняется вперед.

— Не видела, — подтверждает Роза, кивая. — Только услышала громкий хлопок и сразу после этого вопли. Я же говорю, была давка, я не могла обернуться и посмотреть.

— Что произошло после этого?

Она молчит, опускает голову.

— Отвечайте! — голос Крауча бьет по ушам, как… как взрыв.

Ее низкий хрипловатый голос падает до шепота:

— Меня арестовала маггловская полиция. За… драку. Я пыталась вырваться из толпы.

Амбридж улыбается еще слаще. Кажется, еще немного, и она растечется лужицей розового сиропа.

— Скажите, милочка, а кто из вас предложил пойти именно на маггловский концерт? — тоненьким, девчачьим голоском спрашивает она.

Роза вскидывает голову. Резко, порывисто.

— Я! Это моя идея.

— Вы уверены, мисс Грин? — Боунс поправляет монокль.

— Абсолютно, — так же непоколебимо отвечает она. — Эйв, то есть Тимоти… мистер Эйвери, не особо поддерживал меня, но я упросила.

Председательница бросает взгляд на Крауча, потом на Амбридж.

— И еще вопрос вам, мисс Грин, — сурово произносит Боунс, — После того, как вы встретились, мистер Эйвери использовал палочку?

Роза задумывается.

— Нет, мы аппарировали бок-о-бок, ведущей была я, а после мастерской мы шли по маггловскому Лондону и не могли колдовать.

— Спасибо, — кивает Боунс и снова смотрит на Крауча.

— Можете садиться, мисс Грин, — тот взмахивает рукой в сторону зрительских мест, поморщившись.

Чувствую на себе пристальный взгляд.