В тихом омуте

Вуд всегда скептически относился к неожиданным поворотам в книгах, искренне считая, что некоторые совпадения абсолютно нереальны, но жизнь, оказывается, умела удивлять. Вариант с близким родственником изначально был обречен на провал, разве что в семье Флинтов не было традиции называть всех мальчиков одним именем. Так что Джош Флинт был ни кем иным, как отцом Маркуса, и он встречался с отцом Оливера. А вместе у них получалась очаровательная гейская семейка, полная проблем.

Одно успокаивало, очевидно, Маркус был не настолько похож на Джоша, как сам Оливер на Даррена, иначе та сцена в полицейском участке, когда они попали за решетку, могла перерасти в очередную серию их личной Санта-Барбары.

— Оливер, — Даррен, судя по звуку, постучал в дверь костяшками пальцев. Очень тихо, словно рассчитывая, что тот не услышит и с чистой совестью можно будет отложить разговор. Оливер, во всяком случае, поступил бы именно так.

— Входи, — напряженно отозвался он, заученным жестом выпрямил спину, поерзал, но с пола не поднялся.

Даррен прошел в комнату, огляделся и сел рядом, вытянув ноги. Какое-то время они сидели в молчании.

— Так что на счёт Флинта? — не выдержав, воинственно начал Оливер.

Даррен рефлекторно дернулся к карману в поисках сигарет, но, спохватившись, махнул рукой и ответил, пряча неуверенность за заискивающей улыбкой:

— Это мой бойфренд, — прозвучало довольно комично, особенно учитывая, что озвучил эту фразу его собственный отец, и Оливер прыснул, но его смех отдавал нервозностью.

— Ты не поверишь, но Флинт и мой парень тоже. Только тот, что младше.

Даррен вытаращился на него, губы его затряслись, как и пальцы, снова потянувшиеся за сигаретами.

— Черт, что? — переспросил он, быстро закуривая и делая несколько нервных затяжек.

— Я так полагаю, — с мстительным удовлетворением продолжил Оливер, — что твой Флинт поучаствовал в создании моего. Вернее, даже не полагаю. Так оно и было.

Даррен подавился дымом.

— Ладно, — просипел он и прижал тыльную сторону ладони ко рту. У него на глазах выступили слезы, и он шумно задышал, пытаясь выровнять дыхание.

Они оба неловко замолчали.

— Что? — наконец Оливер не выдержал. — Что ладно?

— Маркус, да? — невпопад заметил Даррен. — Теперь, когда ты это сказал, я припоминаю, что между ними действительно есть что-то общее.

Он говорил отстранено, словно его эта новость и не касалась вовсе, так что Оливер безошибочно определил, Даррен все еще находился в шоке, не в силах до конца осмыслить ситуацию.

— Не могу подтвердить или опровергнуть, — буркнул Оливер. — Джоша твоего я не видел.

Снова повисла пауза.

— Если бы он только знал, — неверяще протянул Даррен, но потом яростно мотнул головой и, смерив Оливера неожиданно суровым взглядом, сказал: — Ты же понимаешь, что никто не должен узнать об этом. Особенно Маркус.

Оливер фыркнул. Отец что, держал его за идиота?

— Мне бы хотелось, чтобы мы все ещё встречались, знаешь ли. И я не хочу, чтобы он связывал все свои беды с тем, что мой отец увел его отца из семьи, — он задумчиво осмотрел свои ладони, припоминая, как Маркус отзывался о родном отце. Там определённо было что-то вроде «Мечтаю разбить морду этому уроду», поэтому скрыть подобную новость казалось очень разумным.

— Никто никого не уводил, — с горечью отозвался Даррен. — Скорее женитьба была вынужденной. Ты как никто другой очень хорошо знаком с моей матерью, — он понимающе улыбнулся, а Оливер возмущенно сдвинул брови.

— Ну, спасибо, папочка, что и мне предоставил это удовольствие, — прозвучало слишком язвительно и без тени уважения, но отец, кажется, сейчас слишком чувствовал себя виноватым, чтобы заметить это.

— Она не такая уж плохая, — серьёзно заявил Даррен. — Во всяком случае, я мог быть уверен, что ты получишь достойное образование и не свернешь на кривую дорожку. Хотя за вторым она снова не уследила.

— Упс, — фыркнул Оливер и развел руками. — Гены — такая штука, ничем не вытравишь.

Даррен тоже усмехнулся, но как-то криво.

— Не буду врать, мне всегда нравилось, как ты похож на меня. Но есть кое-что, чего я тебе не желал. И такого рода отношения…

Оливер перебил его:

— То есть ты против? — спросил он, не дожидаясь, пока отец обличит слова в какую-нибудь более обтекаемую форму.

— Имею ли я право быть против? — тихо переспросил Даррен.

— И все же? — после непродолжительного молчания подтолкнул его Оливер.

— Я не буду вставлять вам палки в колеса, — выдохнул тот и нервно вскинул руку, чтобы потереть лоб. — Но я и не могу поддерживать ваши отношения.

— Это как-то… двулично, что ли? — Оливер почесал запястье. Неожиданно он почувствовал неприятный зуд.

— Поэтому это останется между нами, — Даррен отвел взгляд, и все же упрямо продолжил.