В тихом омуте

— Я никогда не хотел, чтобы ты повторил мой путь. Таиться, скрываться, врать, лицемерить. Нет, я не этого для тебя желал.

— С чего ты взял, что я собираюсь поступать как ты? — вскинулся Оливер. — У меня уже есть яркий пример перед глазами, как поступать не стоит.

Они оба шумно выдохнули после этого вопроса: Даррен замер, а Оливер отчего-то почувствовал себя виноватым.

— Впрочем, ты хотя бы пытаешься быть отцом, — смягчил свою резкость он. — А твой Джош, видимо, решил оставаться ублюдком до конца.

— Сын! — обескураженно воскликнул Даррен и смерил Оливера таким неодобрительным взглядом, что тот тут же стушевался, правда, этого не хватило для того, чтобы придержать язык за зубами, и Вуд снова зачастил: — Ну, а что? Разве это не так? Маркус не раз упоминал его и, поверь, отнюдь не в положительном ключе. На экспрессивные выражения в адрес своего папаши он никогда не скупится.

Даррен снова тяжело вздохнул и, подумав, резонно заметил:

— А как на счёт того, что нельзя делать однозначные выводы до того, как не изучишь все факты?

Оливер нахмурился.

— Что ты хочешь этим сказать? — а потом разочарованно фыркнул. — Ну, конечно, ты будешь оправдывать его.

— Вовсе нет, — пожал Даррен плечами. — Просто указал на то, что ты знаешь далеко не все.

Отец знал, чем приструнить его, и Оливер выжидательно замолчал, упрямо уставившись в пол. Выдержав паузу, Даррен заговорил:

— Одри, бывшая жена Джоша, добилась через суд того, чтобы его лишили родительских прав, когда узнала про наши отношения, — чувствовалось, что отцу некомфортно говорить об этом, но он говорил, и Оливер замер, удерживая себя от встречных вопросов, чтобы не спугнуть это откровение. — Вдобавок к этому она добилась официального запрета, чтобы он не мог приближаться к ней и ребёнку.

Оливер передернул плечами, пытаясь этим нехитрым жестом показать, что он не особо впечатлен тяготами Флинта-старшего.

— Маркус уже достаточно взрослый, чтобы не прятаться за юбку своей матери и самостоятельно решать, хочет ли он видеть своего настоящего отца. Но я почему-то уверен, мистер Флинт и сам не стремится к этому.

— И что ты предлагаешь? — Даррен, очевидно, полностью был на стороне своего любовника, а вот Оливер, который всецело рассматривал всю ситуацию с позиции Маркуса, не был настроен прощать Джоша. Хоть от него этого и не просили.

— Я ничего не предлагаю, но смешно говорить о желании увидеться с собственным сыном и вставляющей палки в колеса бывшей жене-невростиничке, когда на улице — подождите-ка — двадцать первый век, и возможностей связаться миллион.

Даррен поджал губы, очевидно, восприняв это как ментальную затрещину и самому себе, хоть впервые Оливер и не имел в виду ничего такого. Вуд же, довольно долго наблюдавший, как Маркуса выводит из себя удушающая забота миссис Флинт, изрядно воодушевился — кто-то более-менее адекватный оказался бы для того очень кстати.

— В любом случае, это их дело, — отрезал Даррен и резко поднялся. — А тебе стоит быть немного снисходительнее к своей матери. Она просто хочет стать ближе. Дай ей шанс, — попросил он.

Оливер хотел было огрызнуться, но, подумав, лишь сдержанно кивнул.

Даррену этого было достаточно. Он разгладил брюки, нервно повёл плечами и вышел из комнаты.

— Обязательно позвони, как доберетесь в Рочестер, — в который раз попросила Одри, пока он возился с вещами.

— Обязательно, — машинально отозвался Флинт.

Он находился в слишком приподнятом для перепалок настроении, к тому же сам факт, что мама отпустила его от себя на неделю, заставлял его быть максимально сдержанным.

— И звони мне каждый день, — плаксиво попросила она, а Маркус кивнул.

— И не забывай молиться перед едой, — она потерла виски и удрученно посетовала. — Как жаль, что ты пропустишь праздничную службу. Надеюсь, вас сводят в церковь.

— Мам, мне пора, — оборвал её на полуслове Маркус, пока той не пришло в голову что-нибудь ещё, и запрыгнул на мотоцикл.

Из дома вышел отчим, и это дало Флинту возможность резко сорваться с места. Прибавив газу, он пролетел пару кварталов, когда наконец-то смог безбоязненно остановиться и достать телефон, чтобы позвонить Вуду.

Оливер долго не отвечал, и Маркус уже успел занервничать. Не кстати вспомнился их неудавшийся побег, и Флинт забеспокоился, что Оливер по каким-то причинам решил остаться дома. К счастью, Вуд все-таки ответил.

— Маркус, — воскликнул он, и его полный радостного возбуждения голос тут же успокоил Флинта.

— Ты где? — вместо приветствия спросил он и нервно оглянулся. Он не понимал, стоит ли уже начинать прятаться на случай встречи кого-то из знакомых, или можно вести себя, как ни в чем не бывало. Вуд этим явно не заморачивался.

— Через пару минут буду на месте, как мы и договаривались, — отозвался Оливер и внезапно чертыхнулся в трубку.