Сицилианская защита, или Игра на своём поле

Джейн рассмеялась.

— Я тоже. И, признаюсь честно, предпочла бы хорошую книгу самому хорошему вину.

— А знаете ли вы, что великий лекарь и алхимик Луи Пастер, живший более ста лет назад, сказал, что в бутылке вина больше философии, чем во всех книгах?

— Я могла бы с ним поспорить, — Джейн покачала головой.

— Хорошо, — я постарался изобразить на лице Джеймса легкомысленную улыбку. — А как же радости жизни?

— Радости? Вы считаете вино радостью? — скептически спросила Джейн. — Вино — это иллюзия. А иллюзия не может сделать нас счастливыми. Кстати, это тоже слова Гёте.

— Но тот же Гёте сказал, что вино наполняет сердце человека радостью, а радость — прародительница всех добродетелей. Что вы возразите на это?

— И добродетель стать пороком может, когда её неправильно приложат, — она посмотрела на меня с хитрой улыбкой.

— Наоборот, деянием иным порок мы в добродетель обратим! — закончил я цитату.

Джейн зааплодировала.

— Браво! Пастер, Гёте, Шекспир. Джеймс, вы не перестаёте меня удивлять.

Я разлил вино по бокалам.

— Что ж, теперь, быть может, вы согласитесь хотя бы попробовать это прекрасное творение виноделов?

Джейн отпила вино и на мгновение прикрыла глаза.

— Признаюсь, никогда не пила ничего подобного.

«Ещё бы, — тут же откликнулся мой внутренний голос. — Эта бутылка стоит больше, чем всё спиртное в этом ресторане вместе взятое».

— Я рад, что вам понравилось.

Щёки Джейн порозовели — то ли от смущения, то ли от выпитого. Вино эльфов при всей своей лёгкости очень коварно, только мало кто об этом знает.

— Вы странный человек, Джеймс. Мы с вами практически не знакомы, но вы угощаете меня дорогим вином.

— Так давайте познакомимся поближе.

— Что вы имеете в виду? — Джейн нахмурилась.

— Ничего непристойного, поверьте, — успокоил её я. — Мне просто приятно разговаривать с вами. Мне кажется, что мы можем найти ещё много тем для приятной беседы.

Она заметно расслабилась. Завязалась непринуждённая беседа.

«Нет, Северус, нет! — в голосе моего Мозгоклюя послышались нотки нетерпения. — За отвлечёнными разговорами тебе точно не видать приятной ночи у себя в номере».

Я сделал вид, что не услышал его.

Мне нравилось наблюдать за Джейн. Поначалу она очень волновалась, но старалась скрыть это, постоянно что-то рассказывая или задавая мне вопросы. Постепенно её волнение улеглось, и сейчас она уже была почти спокойна. При этом ни жеманства, ни кокетства, никакой мишуры.

Странное дело. Эта девушка чем-то привлекала меня, и я пока никак не мог понять чем. Вместе с тем я был уверен, что, если бы не разлитая вода и не пари с моим внутренним голосом, я бы точно не разговорился бы с ней. Может, старина Лейбниц всё же прав и всё, что ни делается…

«Вот-вот. А я что говорил! — тот час же откликнулся Мозгоклюй и, не дав мне возможности возразить, поспешно добавил: — Давай свои коронные фокусы с легилименцией».

Я мысленно усмехнулся.

— Джейн, а у вас сейчас есть какое-нибудь желание?

Она задумчиво провела пальчиком по ножке бокала. Я не стал её торопить с ответом и с удовольствием смаковал вино. Оно действительно было превосходное, как, впрочем, всё в закромах Малфоя.

— Конечно, есть. Но именно сейчас оно, к сожалению, невыполнимо.

Я удивлённо хмыкнул.

— Боюсь показаться вам занудой, но позволю себе процитировать Конфуция. Когда вам кажется, что цель недостижима, не изменяйте цель — изменяйте свой план действий.

Джейн с интересом взглянула на меня и грустно улыбнулась.

— Нет, мисс, так не пойдёт! Вы не должны грустить в этот вечер, — запротестовал я. — Вот скажите мне, что вы любите?

— Я очень люблю гулять под дождём, — ответила она с лёгким налётом мечтательности.

— Нет, нет, это снова грустное желание. А хотите, я угадаю, например, что вы любите на десерт?

Задавая вопрос, я одновременно слегка коснулся её мыслей — обычно у человека сразу же подсознательно возникает образ того, о чём спрашивали. Метод безотказный, неоднократно проверенный. И применять его я не боюсь — после многолетних тренировок такое лёгкое воздействие не чувствовал даже сам Тёмный Лорд.

— Попробуйте, — она заинтересованно улыбнулась.

«Северус! Я в восхищении! Ещё немного — и она твоя!» — восторжествовал голос в моей голове.

Я без труда увидел клубнику, ванильное мороженое и… наткнулся на блок.

От неожиданности я оторопел.

«Опаньки!» — раздалось в моей голове.

Пробовать обойти блок, кстати, неплохо созданный, я не решился. Если она почувствует, то, скорее всего, сразу уйдёт, а мне этого совсем не хотелось.

Подозвав официанта, я заказал всё, что прочитал в её мыслях.