Фандом: Хранители снов. Люди всегда были очень способными в том, что касается уничтожения и разрушения. Третья Мировая война. Время для страха, но никак не для смеха и чудес… Однако не все с этим согласны.
Добавить в моё избранное
113 мин, 25 сек 4836
Над цепью маленьких островков, некоторые из которых были просто торчащими из воды камнями, галдели чайки и крачки. И только к одному птицы избегали приближаться, как будто на нём лежало какое-то проклятие. Впрочем, почти так оно и было.
Кромешник сидел, отстранённо созерцая бьющиеся внизу о скалы волны. Рядом клубочком свернулась Дездемона.
Джек бесшумно опустился на камень позади него. Вопрос, мог ли Повелитель Кошмаров действительно его не заметить, или только делал вид, его занимал не сильно. Он просто опустился на одно колено, обхватывая Кромешника за плечи. И, проказливо улыбаясь, свободной рукой сунул ему за ухо веточку сакуры.
— Ты что тут делаешь?
— Тебя жду, — Кромешник тщательно ощупал веточку, но убирать не стал.
— А тебе больше ничего не надо делать? Я имею в виду, я, конечно, рад, но…
— Надо. Всем и всегда надо, знаешь ли. Но это просьба Северянина: чтобы никто не ходил в одиночку. Или хотя бы имел при себе шар-портал. Кстати, да, держи.
— И куда я его дену? — возмутился Джек. — Это у Николаса карманы бездонные!
— Думай, куда, — Кромешник пожал плечами. Дездемона, как раз забравшаяся на него, чтобы изучить интересный новый объект, потеряла равновесие, но всё-таки не упала. И с удвоенным энтузиазмом начала пробовать на вкус вишнёвые лепестки. — Это обязательно. Сегодня «тёмная леди» напала на Фею.
— Что? — Джек ахнул и мгновенно оказался перед ним, вцепившись ему в плечи и заглядывая в глаза. Шар-портал был неведомым образом за секунду запихнут в карман, хотя, казалось бы, не должен был там поместиться. — Что с ней?
— Она в порядке, не беспокойся. Кошмары без должного руководства, — это, надо понимать, Кромешник имел в виду себя, — достаточно бестолковы. Они не смогли переловить всех бывших с ней зубных крох, и те нашли и привели Кролика. А у Кролика разговор короткий — противнице бумерангом в лоб, Фею — в охапку и в нору. Она сейчас у Северянина то ли под домашним арестом — за неосторожность, то ли на реабилитации после общения с кошмарами.
Джек хихикнул, подумав о Фее «под домашним арестом». Она любила свободу передвижений. А Северянин ведь мог, если беспокоился… Следующая пришедшая в голову мысль ему забавной уже не показалась.
— Надеюсь, я не под домашним арестом? — Северянин мог беспокоиться. Но не только Северянин.
— А ты был неосторожен?
— Ты всегда говоришь, что я неосторожен, — Джек улыбался, однако его тон был вполне серьёзным.
— Да, — после короткой паузы признал Кромешник. — Я знаю, — он рывком притянул ледяного духа к себе, так что тот уткнулся лбом в кошачий бок, и сцепил пальцы в замок у него за спиной. — Поэтому… просто будь осторожнее.
Дездемона, муркнув, неспешно перебралась на плечи Джека и улеглась там чёрным воротником. У неё явно были свои соображения насчёт осторожности. Ну, разумеется, если допустить, что она вообще способна на «соображения».
Пасхальный Кролик оказался первым, кто не выдержал и нарушил правила в открытую.
После того, как он впустил к себе в нору Джанет Томпсон, которая должна была сгореть в машине родителей, ещё можно было сделать вид, что это исключение, и он больше не будет повторять подобное. Но потом — Барселона. Кромешник виноват, наверное. «Ты ничего не можешь сделать. Таковы правила». Знал ведь, что говорить, зараза!
Они все сильно изменились. Сильнее всего — Джек. И, как ни удивительно, Кромешник.
Когда Кролик, наконец, поверил ему? Может быть, именно после Барселоны. Или после атолла Саншайн? Или когда тёмный дух принёс лежащую в обмороке Зубную Фею, посоветовав получше присматривать за ней.
В любом случае, наступил момент, когда Повелитель Кошмаров перестал восприниматься, как враг и даже как противник. Кролик очень удивился этому ощущению. А ещё больше — что оказался последним (даже после Песочника!), кто пришёл к тому, что многовековое противостояние потеряло смысл. Не тогда, когда мир рушится. Что поделаешь, Пасхальный Кролик всегда выделялся упрямством.
Но в кое в чём он приспосабливался к обстановке быстрее, чем его коллеги. Не сказать, чтобы это было очень удобно — пулемётная лента через плечо. Но детям, особенно мальчикам, нравилось, и именно так они верили, так что Кролик терпел. Подрастало поколение тех, кто не помнил ничего, кроме войны.
Оружие не сильно изменилось за двадцать первый век. Никаких лазерных лучей и прочей энергетической мути, про которую любили писать фантасты двадцатого столетия.
Кромешник сидел, отстранённо созерцая бьющиеся внизу о скалы волны. Рядом клубочком свернулась Дездемона.
Джек бесшумно опустился на камень позади него. Вопрос, мог ли Повелитель Кошмаров действительно его не заметить, или только делал вид, его занимал не сильно. Он просто опустился на одно колено, обхватывая Кромешника за плечи. И, проказливо улыбаясь, свободной рукой сунул ему за ухо веточку сакуры.
— Ты что тут делаешь?
— Тебя жду, — Кромешник тщательно ощупал веточку, но убирать не стал.
— А тебе больше ничего не надо делать? Я имею в виду, я, конечно, рад, но…
— Надо. Всем и всегда надо, знаешь ли. Но это просьба Северянина: чтобы никто не ходил в одиночку. Или хотя бы имел при себе шар-портал. Кстати, да, держи.
— И куда я его дену? — возмутился Джек. — Это у Николаса карманы бездонные!
— Думай, куда, — Кромешник пожал плечами. Дездемона, как раз забравшаяся на него, чтобы изучить интересный новый объект, потеряла равновесие, но всё-таки не упала. И с удвоенным энтузиазмом начала пробовать на вкус вишнёвые лепестки. — Это обязательно. Сегодня «тёмная леди» напала на Фею.
— Что? — Джек ахнул и мгновенно оказался перед ним, вцепившись ему в плечи и заглядывая в глаза. Шар-портал был неведомым образом за секунду запихнут в карман, хотя, казалось бы, не должен был там поместиться. — Что с ней?
— Она в порядке, не беспокойся. Кошмары без должного руководства, — это, надо понимать, Кромешник имел в виду себя, — достаточно бестолковы. Они не смогли переловить всех бывших с ней зубных крох, и те нашли и привели Кролика. А у Кролика разговор короткий — противнице бумерангом в лоб, Фею — в охапку и в нору. Она сейчас у Северянина то ли под домашним арестом — за неосторожность, то ли на реабилитации после общения с кошмарами.
Джек хихикнул, подумав о Фее «под домашним арестом». Она любила свободу передвижений. А Северянин ведь мог, если беспокоился… Следующая пришедшая в голову мысль ему забавной уже не показалась.
— Надеюсь, я не под домашним арестом? — Северянин мог беспокоиться. Но не только Северянин.
— А ты был неосторожен?
— Ты всегда говоришь, что я неосторожен, — Джек улыбался, однако его тон был вполне серьёзным.
— Да, — после короткой паузы признал Кромешник. — Я знаю, — он рывком притянул ледяного духа к себе, так что тот уткнулся лбом в кошачий бок, и сцепил пальцы в замок у него за спиной. — Поэтому… просто будь осторожнее.
Дездемона, муркнув, неспешно перебралась на плечи Джека и улеглась там чёрным воротником. У неё явно были свои соображения насчёт осторожности. Ну, разумеется, если допустить, что она вообще способна на «соображения».
2107: Хранитель надежды
Вторая Мировая война не сильно затронула Хранителей, а мимо Джека Фроста промелькнула, вообще его не задев. Но сейчас вышло иначе: люди зашли чересчур далеко, так что не вмешаться было невозможно. Слишком разрушительным стало оружие, слишком больших масштабов достиг конфликт… да и просто нужно быть бездушной тварью, чтобы смотреть и ничего не предпринимать.Пасхальный Кролик оказался первым, кто не выдержал и нарушил правила в открытую.
После того, как он впустил к себе в нору Джанет Томпсон, которая должна была сгореть в машине родителей, ещё можно было сделать вид, что это исключение, и он больше не будет повторять подобное. Но потом — Барселона. Кромешник виноват, наверное. «Ты ничего не можешь сделать. Таковы правила». Знал ведь, что говорить, зараза!
Они все сильно изменились. Сильнее всего — Джек. И, как ни удивительно, Кромешник.
Когда Кролик, наконец, поверил ему? Может быть, именно после Барселоны. Или после атолла Саншайн? Или когда тёмный дух принёс лежащую в обмороке Зубную Фею, посоветовав получше присматривать за ней.
В любом случае, наступил момент, когда Повелитель Кошмаров перестал восприниматься, как враг и даже как противник. Кролик очень удивился этому ощущению. А ещё больше — что оказался последним (даже после Песочника!), кто пришёл к тому, что многовековое противостояние потеряло смысл. Не тогда, когда мир рушится. Что поделаешь, Пасхальный Кролик всегда выделялся упрямством.
Но в кое в чём он приспосабливался к обстановке быстрее, чем его коллеги. Не сказать, чтобы это было очень удобно — пулемётная лента через плечо. Но детям, особенно мальчикам, нравилось, и именно так они верили, так что Кролик терпел. Подрастало поколение тех, кто не помнил ничего, кроме войны.
Оружие не сильно изменилось за двадцать первый век. Никаких лазерных лучей и прочей энергетической мути, про которую любили писать фантасты двадцатого столетия.
Страница 10 из 32
