Фандом: Ориджиналы. Хуже нужды покидать обжитый замок отца и отправляться в заброшенный храм, чтобы добыть Рог Изобилия, не может быть ничего. Так думала владелица разоренного феода, леди Морена. Ошибка стала очевидной, когда ей пришлось взять в напарники Артраана — преследующего свои цели дракона с вполне человеческими замашками, анекдоты о котором ходят по всему Северу…
Добавить в моё избранное
292 мин, 36 сек 13458
Нужно лишь немного хитрости: у драконов тоже есть слабые места…
— Если бы ты желал мести, то пришел бы раньше, — обреченно пробормотал Талларк. — Что тебе нужно?
— Драманские водоросли.
— Скучно стало старичку, хочется веселья? — рассмеялся чернобровый.
— Не твое… — Артраан хотел было огрызнуться «собачье дело», да вспомнил обещание быть вежливым, данное даме: — … то есть не вашего светлого ума это дело, о любезный ублюдок, — вполне доброжелательным голосом ответил он. «Вежливость превыше всего!» — довольно подумал дракон про себя. Морри тем временем рассматривала стражников. Один из них, как она успела заметить со своего ракурса, осторожно спрятал за спину большую бутыль с наклейкой, на которой читался отрывок слова:«драм»…
— Ладно, ладно, не ругайся. Вижу, настроен ты решительно. Водоросли во-он в той коробке. Можешь все взять. В качестве извинения.
— Вот так щедрость! — удивленно воскликнул Артраан. — Не похоже на тебя, мой меркантильный товарищ, совсем непохоже. Что это там прячет твой криворукий защитник, а? — дракон вытянул длинную сухую шею, стараясь разглядеть, что находится позади спрятавшего руки за спину стражника. Тот, в свою очередь, сделал несколько шагов назад, пытаясь скрыть свою ношу от дракона. За его спиной что-то предательски булькнуло. — Это то, о чем я думаю, да? — заинтересованно спросил дракон. — Дарутха! — произнес он слово на языке магии. Колени подозрительного стражника подкосились и он, одним лишь крепким словом выразив крайнюю степень удивления, повалился навзничь, словно кто-то с силой его толкнул. По ковру покатилась большая темная бутыль, содержимое которой блестело и переливалось в свете магических светильников; пятна на шкуре дракона сделались совсем бледными. — Вот это да! Драмурчик<sup>8</sup>? Мне? И не жаль такую недешевую прелесть переводить?
— Кувьенов вымесок, нечистая змея! И тысяча золотых — ничто в сравнении с удовольствием, которое я испытаю, продав Уилзу твой выбеленный череп, Безымянный! — в бессильной ярости Талларк ударил по когтистой лапе кулаком.
— Ох, бальзам на мою душу… — в умилении промурчал Артраан.
Ирдари засопел от злости, глядя на довольную драконью морду. Что тут поделать? Словом этого нахала не заденешь, да и за дверь его никакими силами теперь не выставишь. Оставалось лишь смириться да выполнить просьбу незваного гостя в надежде, что он уберется сам и встречи больше никогда искать не будет. Выждав паузу и глубоко вздохнув, Талларк холодно обратился к нависшему над ним Безымянному:
— Двух банок тебе хватит?
— Не-а.
— Да не умнешь ты больше двух! Зачем тебе все?!
— Затем, что они очень дорогие. Хочу тебе погаже сделать, мой дорогой друг.
— Крыса монтермарская… Фирдер, принеси проклятую коробку. Хоть ты постарайся не разочаровать меня сегодня.
Человек с нашивкой на груди, выдающей капитана стражи, повиновался. Дракон пересчитал маленькие стеклянные банки с закрученными в них водорослями (их оказалось двенадцать штук), ровными рядами стоящие в коробке с сеном, и отпустил «дорогого друга».
— А еще я хочу девчачьих блестяшек. Тащи сюда всю свою красоту, — отпустил он Талларка. Тот встал и, скрипя зубами, поплелся в заветный уголок, где хранились работы ювелиров, востребованные среди богатых дам. Сгреб горячо любимые драгоценности в подол рубахи. Вернулся к дракону. Высыпал все на пол.
— На, жри.
— Благодарствую, — бывший вор занялся кучей из всевозможных браслетов, сережек, подвесок, ожерелий, колец и прочего великолепия из золота, серебра, жемчуга, камней и костей редких животных. Окинув блестящую гору взглядом знатока, он принялся споро рассортировывать ювелирку на «годные украшения» и«дешевую вульгарщину». Украшений из первой категории оказалось в разы меньше, чем броских безделушек — из второй. — Нда-а-а, вижу, чувству вкуса человека, занявшего мое место, могут позавидовать подслеповатые сороки! — заметил дракон. А затем подцепил когтем массивное подобие ошейника с шипами, украшенное камнями разных (и не очень-то сочетающихся) цветов и размеров. — Ревн всемогущий… Мой преемник стащил это из пожертвований на нужды борделя?
— Захлопни пасть, Безымянный, — злобно прорычал Талларк.
— Фу как грубо… — последовал ответ увлеченно роющегося в кучке «годных украшений» дракона. Тут его внимание привлекло изящное ожерелье черненого серебра с тремя прекрасными аквамаринами. — Так и не купили? — удивился он. — Помню, как я заучивал план замка Сундор, чтобы добыть его… Это украшение отправится вместе со мной, — заявил Артраан, закидывая драгоценность в коробку с водорослями. Затем встал, груз зажал под крылом и двинулся на выход. Проходя мимо узлов с недавно прибывшим добром, он бесцеремонно забрал один из свертков, пахших особенно вкусно.
Казалось, на этом мщение можно было прекратить, но Безымянный решил, что ему просто необходимо хорошенько хлопнуть дверью напоследок.
— Если бы ты желал мести, то пришел бы раньше, — обреченно пробормотал Талларк. — Что тебе нужно?
— Драманские водоросли.
— Скучно стало старичку, хочется веселья? — рассмеялся чернобровый.
— Не твое… — Артраан хотел было огрызнуться «собачье дело», да вспомнил обещание быть вежливым, данное даме: — … то есть не вашего светлого ума это дело, о любезный ублюдок, — вполне доброжелательным голосом ответил он. «Вежливость превыше всего!» — довольно подумал дракон про себя. Морри тем временем рассматривала стражников. Один из них, как она успела заметить со своего ракурса, осторожно спрятал за спину большую бутыль с наклейкой, на которой читался отрывок слова:«драм»…
— Ладно, ладно, не ругайся. Вижу, настроен ты решительно. Водоросли во-он в той коробке. Можешь все взять. В качестве извинения.
— Вот так щедрость! — удивленно воскликнул Артраан. — Не похоже на тебя, мой меркантильный товарищ, совсем непохоже. Что это там прячет твой криворукий защитник, а? — дракон вытянул длинную сухую шею, стараясь разглядеть, что находится позади спрятавшего руки за спину стражника. Тот, в свою очередь, сделал несколько шагов назад, пытаясь скрыть свою ношу от дракона. За его спиной что-то предательски булькнуло. — Это то, о чем я думаю, да? — заинтересованно спросил дракон. — Дарутха! — произнес он слово на языке магии. Колени подозрительного стражника подкосились и он, одним лишь крепким словом выразив крайнюю степень удивления, повалился навзничь, словно кто-то с силой его толкнул. По ковру покатилась большая темная бутыль, содержимое которой блестело и переливалось в свете магических светильников; пятна на шкуре дракона сделались совсем бледными. — Вот это да! Драмурчик<sup>8</sup>? Мне? И не жаль такую недешевую прелесть переводить?
— Кувьенов вымесок, нечистая змея! И тысяча золотых — ничто в сравнении с удовольствием, которое я испытаю, продав Уилзу твой выбеленный череп, Безымянный! — в бессильной ярости Талларк ударил по когтистой лапе кулаком.
— Ох, бальзам на мою душу… — в умилении промурчал Артраан.
Ирдари засопел от злости, глядя на довольную драконью морду. Что тут поделать? Словом этого нахала не заденешь, да и за дверь его никакими силами теперь не выставишь. Оставалось лишь смириться да выполнить просьбу незваного гостя в надежде, что он уберется сам и встречи больше никогда искать не будет. Выждав паузу и глубоко вздохнув, Талларк холодно обратился к нависшему над ним Безымянному:
— Двух банок тебе хватит?
— Не-а.
— Да не умнешь ты больше двух! Зачем тебе все?!
— Затем, что они очень дорогие. Хочу тебе погаже сделать, мой дорогой друг.
— Крыса монтермарская… Фирдер, принеси проклятую коробку. Хоть ты постарайся не разочаровать меня сегодня.
Человек с нашивкой на груди, выдающей капитана стражи, повиновался. Дракон пересчитал маленькие стеклянные банки с закрученными в них водорослями (их оказалось двенадцать штук), ровными рядами стоящие в коробке с сеном, и отпустил «дорогого друга».
— А еще я хочу девчачьих блестяшек. Тащи сюда всю свою красоту, — отпустил он Талларка. Тот встал и, скрипя зубами, поплелся в заветный уголок, где хранились работы ювелиров, востребованные среди богатых дам. Сгреб горячо любимые драгоценности в подол рубахи. Вернулся к дракону. Высыпал все на пол.
— На, жри.
— Благодарствую, — бывший вор занялся кучей из всевозможных браслетов, сережек, подвесок, ожерелий, колец и прочего великолепия из золота, серебра, жемчуга, камней и костей редких животных. Окинув блестящую гору взглядом знатока, он принялся споро рассортировывать ювелирку на «годные украшения» и«дешевую вульгарщину». Украшений из первой категории оказалось в разы меньше, чем броских безделушек — из второй. — Нда-а-а, вижу, чувству вкуса человека, занявшего мое место, могут позавидовать подслеповатые сороки! — заметил дракон. А затем подцепил когтем массивное подобие ошейника с шипами, украшенное камнями разных (и не очень-то сочетающихся) цветов и размеров. — Ревн всемогущий… Мой преемник стащил это из пожертвований на нужды борделя?
— Захлопни пасть, Безымянный, — злобно прорычал Талларк.
— Фу как грубо… — последовал ответ увлеченно роющегося в кучке «годных украшений» дракона. Тут его внимание привлекло изящное ожерелье черненого серебра с тремя прекрасными аквамаринами. — Так и не купили? — удивился он. — Помню, как я заучивал план замка Сундор, чтобы добыть его… Это украшение отправится вместе со мной, — заявил Артраан, закидывая драгоценность в коробку с водорослями. Затем встал, груз зажал под крылом и двинулся на выход. Проходя мимо узлов с недавно прибывшим добром, он бесцеремонно забрал один из свертков, пахших особенно вкусно.
Казалось, на этом мщение можно было прекратить, но Безымянный решил, что ему просто необходимо хорошенько хлопнуть дверью напоследок.
Страница 15 из 86
