Фандом: Ориджиналы. Хуже нужды покидать обжитый замок отца и отправляться в заброшенный храм, чтобы добыть Рог Изобилия, не может быть ничего. Так думала владелица разоренного феода, леди Морена. Ошибка стала очевидной, когда ей пришлось взять в напарники Артраана — преследующего свои цели дракона с вполне человеческими замашками, анекдоты о котором ходят по всему Северу…
Добавить в моё избранное
292 мин, 36 сек 13505
Гуйи, довольно щурясь, занял место на мостике. Команда собралась на палубе.
— Ну что, гуляки? — поприветствовал их капитан. — Засиделись мы в Моррадоре! Эль да барышни — это хорошо, но море-то лучше! — в команде раздались свисты и радостные возгласы. — Готовь паруса к постановке! Выбирай якорь! — матросы взялись каждый за свою работу. — Ставь бизань<sup>4</sup>! Фока-реи бейдевинд правого галса<sup>5</sup>! Фока-шкот, фока-галс отдать<sup>6</sup>! На брасы, левые<sup>7</sup>! Крепить так-брасы! Поставить марселя<sup>8</sup>! Бизань-гик на правую<sup>9</sup>! Отдать швартовы! — паруса поднимались один за другим. Корабль рыскнул вправо. Якорь был поднят. «Тартаруджа» немного прошла задним ходом; Гуйи переложил штурвал лево на борт, и его корабль вывернул вправо, в открытое море. — Фока-реи бейдевинд левого галса! Все паруса! Идем домой!
Наконец, аллевар покинул порт и двинулся на восток. Шумный город все отдалялся, берег стал тонкой полоской между небом и водой, а затем исчез вовсе. Вокруг раскинулось теплое Серебряное море.
Весь вечер Артраан восторгался происходящим: и прозрачная вода ему нравилась, и крупная цветная рыба, снующая недалеко от поверхности воды, очень красивой казалась, и закат, по его мнению, сегодня был каким-то особенным, и снасти скрипели мелодично:
— А ты посмотри, какая медуза! Она похожа на маленький кораблик с фиолетовыми парусами!
— Называется, как я помню, «ледяная лодочка». Она и вправду очень красива… — отвечала Морри, любующаяся, как морская пена закручивается в маленькие вихри, остающиеся позади корабля. — Только кушать ее не вздумай. Одна я в храм идти не хочу.
— Ха-ха-ха… ха-ха… ха… — этим звуком, совмещенным с беззаботным выражением морды, дракон попытался сказать «не очень-то и хотелось». А затем как бы между прочим поинтересовался: — Скажи, а кого тут еще кушать не стоит?
— Неправильно вопрос ставишь. Мы отправляемся в ту часть света, где корректнее будет спросить «можно ли тут есть хоть что-нибудь вообще?» Значит, смотри. Вот эта рыбка, у которой серебряная чешуя и высокий спинной плавник, безопасна. Та, красная в черную полоску, тоже. А вот этих, синих с широкой головой, никогда не трогай… — рассказывала Морри о морских обитателях, которыми эти воды так и кишели.
Время пролетело незаметно. На море опустилась ночь. Между серо-голубыми облаками пробивались лоскутки темного неба. Сияющие звездочки отражались в спокойной водной глади, раскинувшейся, насколько хватало глаз. На носу, бортах и мачтах Тартаруджи зажглись магические светильники, отбрасывающие теплый рыжеватый свет. На палубе уже не было никого, кроме редких членов экипажа. Стало прохладно.
— Предлагаю спуститься на нижнюю палубу, — сказала, поежившись, Морена. — Денек выдался непростой, я устала.
— Идем. Я тоже не прочь вздремнуть.
Не спеша парочка отправилась к люку, под которым скрывалась лестница, ведущая на нижние уровни аллевара. Морена уже подняла лоскут парусины, закрывающий его, и предложила дракону спуститься первым, когда их окликнул знакомый голос:
— Эй, Рогалик! Ты куда собрался? — поинтересовался у разнорогого дракона опершийся о штурвал капитан, который держал в одной руке курительную трубку.
— Поздно уже, мы хотим занять свои места, — отозвалась Морена, поостерегшаяся давать слово своему спутнику: тот наверняка уже придумал очередную колкость в ответ.
— Многоуважаемая Эйвилин, к вам я никаких претензий не имею… — Гуйи постучал о штурвал трубкой, вытряхивая пепел, и принялся набивать ее заново. — А вот ваш питомец пускай ночует на палубе. Внизу мест нет.
— Только в компании той индюшки, которую притащила мадама в шляпке! — воодушевленно воскликнул дракон, которого не успела заткнуть Морена. Капитан спокойно закурил и посмотрел на него как на зарвавшегося салагу.
— Тогда уж в компании индюка… Эта пернатая скотина мужского пола.
— Что за нелюбовь к грифонам, капитан? — встрял по пояс раздетый матрос, возящийся у брасов. — Благородные животные…
— Я знаю храбрых и сильных грифонов, которыми всегда буду восхищаться, Бейен. Мне есть с чем сравнивать. А что до этого беспомощного пучка перьев… — Гуйи поморщился. — Обвяжи мачты парусиной, если не хочешь надраивать их после каждой прогулки этого твоего «благородного».
Поняв тонкий намек, матрос вздохнул и отправился выполнять приказ.
— Так это… Мне-то вниз можно? Я тоже… храбрый и сильный, — заискивающе улыбнулся дракон.
— Молва свидетельствует об обратном, — с видом скептика ответил капитан. — Мне не нужна слава человека, который подселяет к пассажирам черных драконов и прочую нечисть. Так что не обессудьте.
Артраан кивнул и устало поплелся обратно к насиженному месту.
— Ну что, гуляки? — поприветствовал их капитан. — Засиделись мы в Моррадоре! Эль да барышни — это хорошо, но море-то лучше! — в команде раздались свисты и радостные возгласы. — Готовь паруса к постановке! Выбирай якорь! — матросы взялись каждый за свою работу. — Ставь бизань<sup>4</sup>! Фока-реи бейдевинд правого галса<sup>5</sup>! Фока-шкот, фока-галс отдать<sup>6</sup>! На брасы, левые<sup>7</sup>! Крепить так-брасы! Поставить марселя<sup>8</sup>! Бизань-гик на правую<sup>9</sup>! Отдать швартовы! — паруса поднимались один за другим. Корабль рыскнул вправо. Якорь был поднят. «Тартаруджа» немного прошла задним ходом; Гуйи переложил штурвал лево на борт, и его корабль вывернул вправо, в открытое море. — Фока-реи бейдевинд левого галса! Все паруса! Идем домой!
Наконец, аллевар покинул порт и двинулся на восток. Шумный город все отдалялся, берег стал тонкой полоской между небом и водой, а затем исчез вовсе. Вокруг раскинулось теплое Серебряное море.
Весь вечер Артраан восторгался происходящим: и прозрачная вода ему нравилась, и крупная цветная рыба, снующая недалеко от поверхности воды, очень красивой казалась, и закат, по его мнению, сегодня был каким-то особенным, и снасти скрипели мелодично:
— А ты посмотри, какая медуза! Она похожа на маленький кораблик с фиолетовыми парусами!
— Называется, как я помню, «ледяная лодочка». Она и вправду очень красива… — отвечала Морри, любующаяся, как морская пена закручивается в маленькие вихри, остающиеся позади корабля. — Только кушать ее не вздумай. Одна я в храм идти не хочу.
— Ха-ха-ха… ха-ха… ха… — этим звуком, совмещенным с беззаботным выражением морды, дракон попытался сказать «не очень-то и хотелось». А затем как бы между прочим поинтересовался: — Скажи, а кого тут еще кушать не стоит?
— Неправильно вопрос ставишь. Мы отправляемся в ту часть света, где корректнее будет спросить «можно ли тут есть хоть что-нибудь вообще?» Значит, смотри. Вот эта рыбка, у которой серебряная чешуя и высокий спинной плавник, безопасна. Та, красная в черную полоску, тоже. А вот этих, синих с широкой головой, никогда не трогай… — рассказывала Морри о морских обитателях, которыми эти воды так и кишели.
Время пролетело незаметно. На море опустилась ночь. Между серо-голубыми облаками пробивались лоскутки темного неба. Сияющие звездочки отражались в спокойной водной глади, раскинувшейся, насколько хватало глаз. На носу, бортах и мачтах Тартаруджи зажглись магические светильники, отбрасывающие теплый рыжеватый свет. На палубе уже не было никого, кроме редких членов экипажа. Стало прохладно.
— Предлагаю спуститься на нижнюю палубу, — сказала, поежившись, Морена. — Денек выдался непростой, я устала.
— Идем. Я тоже не прочь вздремнуть.
Не спеша парочка отправилась к люку, под которым скрывалась лестница, ведущая на нижние уровни аллевара. Морена уже подняла лоскут парусины, закрывающий его, и предложила дракону спуститься первым, когда их окликнул знакомый голос:
— Эй, Рогалик! Ты куда собрался? — поинтересовался у разнорогого дракона опершийся о штурвал капитан, который держал в одной руке курительную трубку.
— Поздно уже, мы хотим занять свои места, — отозвалась Морена, поостерегшаяся давать слово своему спутнику: тот наверняка уже придумал очередную колкость в ответ.
— Многоуважаемая Эйвилин, к вам я никаких претензий не имею… — Гуйи постучал о штурвал трубкой, вытряхивая пепел, и принялся набивать ее заново. — А вот ваш питомец пускай ночует на палубе. Внизу мест нет.
— Только в компании той индюшки, которую притащила мадама в шляпке! — воодушевленно воскликнул дракон, которого не успела заткнуть Морена. Капитан спокойно закурил и посмотрел на него как на зарвавшегося салагу.
— Тогда уж в компании индюка… Эта пернатая скотина мужского пола.
— Что за нелюбовь к грифонам, капитан? — встрял по пояс раздетый матрос, возящийся у брасов. — Благородные животные…
— Я знаю храбрых и сильных грифонов, которыми всегда буду восхищаться, Бейен. Мне есть с чем сравнивать. А что до этого беспомощного пучка перьев… — Гуйи поморщился. — Обвяжи мачты парусиной, если не хочешь надраивать их после каждой прогулки этого твоего «благородного».
Поняв тонкий намек, матрос вздохнул и отправился выполнять приказ.
— Так это… Мне-то вниз можно? Я тоже… храбрый и сильный, — заискивающе улыбнулся дракон.
— Молва свидетельствует об обратном, — с видом скептика ответил капитан. — Мне не нужна слава человека, который подселяет к пассажирам черных драконов и прочую нечисть. Так что не обессудьте.
Артраан кивнул и устало поплелся обратно к насиженному месту.
Страница 22 из 86
