Фандом: Ориджиналы. Хуже нужды покидать обжитый замок отца и отправляться в заброшенный храм, чтобы добыть Рог Изобилия, не может быть ничего. Так думала владелица разоренного феода, леди Морена. Ошибка стала очевидной, когда ей пришлось взять в напарники Артраана — преследующего свои цели дракона с вполне человеческими замашками, анекдоты о котором ходят по всему Северу…
Добавить в моё избранное
292 мин, 36 сек 13539
— Запомнил. Приду обязательно, — дракон коснулся мягким и теплым, словно у лошади, носом плеча подруги. — Пока, Морри.
— Пока, Рогалик!
Морена отпустила дракона и поднялась на корабль. Ее поклажа давно уже была там.
Послышались команды, раздаваемые капитаном. Один за другим ставились паруса, выбирался якорь. Корабль отчалил.
Морена еще долго стояла на юте<sup>1</sup> и махала Артраану рукой. Тот сиротливо сидел на берегу и, улыбаясь, отвечал ей тем же: в прощальном жесте он поднял вверх переднюю левую лапу. В один момент дама отвлеклась на шум, поднявшийся на палубе. Как оказалось, у кого-то убежала собака, и ее бросились ловить моряки — ничего важного. Но когда Морри вновь взглянула на отдаляющийся берег, Артраана на нем уже не было. На песке осталась лишь одинокая цепочка следов, ведущая в темные лесные заросли.
Уже к вечеру на пути к Сеймурду перестали попадаться живописные ниамские острова и величественные скалы, носящие диковинное название «Пенджага-тун-Руми». Яркие птицы панкури-китта, завидев угрюмого вида моряков, не решились устраивать налет на экипаж корабля. Никто не пел, не шутил, не смеялся и не рассказывал историй… Ну, а после ужина судно вышло в открытое Серебряное море, казавшееся серым. Где-то на востоке уже темнело, там небо и вода совсем слились. А на западе садилось солнце. Закат был совсем тусклым сегодня: даже смотреть не на что. Но морена все равно стояла на носу корабля, провожая небесное светило взглядом — спускаться в каюту ей не хотелось.
Сейчас она с какой-то светлой грустью вспоминала все то, что с ней приключилось за последние две недели: казавшийся безнадежным поиск компаньона для дальнего путешествия, смешного пьяного Артраана с розовым бантиком на правом роге, совместную торговлю обслюнявленными шоколадками и метание книг в разъяренных хищных птиц… Столько всего — веселого, неожиданного, абсурдного и опасного осталось позади. Осталось лишь в памяти.
Или не только в памяти? Морри сосредоточилась. Затем пощупала свою поясную сумку. Быстро открыла ее и запустила руку вовнутрь. Да, оно все это время было с ней… На ладони дамы лежало то-самое ожерелье, подарок Артраана. Три чистых аквамарина сверкнули в лучах тусклого солнца цветом лазурного моря в прекрасную погоду. Морена провела пальцем по узору на черненом серебре. «Это подарок! Я решил, что тебе понравится,» — прозвучал в ее сознании голос дракона. Дама примерила украшение и, оставшись довольной, захотела застегнуть его на шее, но замерла; ее рука коснулась черного шнурка.
На одной ладони дочери Сеолдара лежало ожерелье, а на на другой — обручальное кольцо. Она долго стояла так, рассматривая эти украшения, каждое из которых было ей по-своему дорого. Но если одно из них будто открывало путь в неизведанное будущее, то другое напоминало о горьком прошлом. Что же делать теперь? Последовать совету Артраана и идти дальше или продолжить упиваться воспоминаниями о том, чего уже не вернуть?
— Я всегда любила тебя, Эрилиан, — тихо сказала она, глядя на кольцо, давно уже лишившееся хозяина. — И ты по-прежнему живешь в моем сердце. Я помню твое лицо, твой голос так же ясно, как будто бы ты ушел только вчера. Но… прошло уже много, очень много времени. И сколько бы я ни ждала, ты не вернешься больше. Прости меня, Эрилиан. Я уверена, что ты бы понял, — Морена рукавом убрала невольно выступившую слезу и сняла свое венчальное кольцо. — Прощай…
Она протянула руку, в которой держала подарки священника Миррарда, что тот преподнес на ее свадьбу, развела пальцы и наклонила ладонь<sup>2</sup>. Золотые кольца в последний раз сверкнули в тусклых лучах заходящего солнца и исчезли в волне, бегущей перед носом корабля.
Артраан тем временем забрел куда-то в чащу тропического леса, примял мягкий мох, потоптавшись на месте, и лег, свернувшись калачиком. Завтра он собирался найти огонь, который сможет использовать как источник энергии для отнимающего много сил заклинания телепортации. Это значило, что ему необходимо было как следует отдохнуть сегодня. Но почему-то не спалось. Артраан ворочался с боку на бок, крепко зажмуривался, пытался прогнать назойливые мысли, роящиеся в голове.
Безымянный, одиночка, бродяга… Весь жизненный путь он прошел, надеясь лишь на свои силы, ни к кому не привязываясь и не ожидая милости от людей. За долгие годы тишина, пустота и холод стали его вечными спутниками — бродяга привык так жить. Но он и не подозревал, что это бывает так тяжело — засыпать одному.
Сегодня Артраана не покидало ощущение, будто ему чего-то не хватает. Чего-то очень важного. Повертевшись еще немного, он решил, что его просто одолела жажда. Нужно напиться — и все пройдет. Хотелось-то, конечно, не воды, но финансовое состояние только воду Артраану и позволяло.
Стареющий месяц, Млечный путь и щедрые россыпи южных звезд создавали в листве причудливую игру черного, голубого и серебристого цветов.
— Пока, Рогалик!
Морена отпустила дракона и поднялась на корабль. Ее поклажа давно уже была там.
Послышались команды, раздаваемые капитаном. Один за другим ставились паруса, выбирался якорь. Корабль отчалил.
Морена еще долго стояла на юте<sup>1</sup> и махала Артраану рукой. Тот сиротливо сидел на берегу и, улыбаясь, отвечал ей тем же: в прощальном жесте он поднял вверх переднюю левую лапу. В один момент дама отвлеклась на шум, поднявшийся на палубе. Как оказалось, у кого-то убежала собака, и ее бросились ловить моряки — ничего важного. Но когда Морри вновь взглянула на отдаляющийся берег, Артраана на нем уже не было. На песке осталась лишь одинокая цепочка следов, ведущая в темные лесные заросли.
Уже к вечеру на пути к Сеймурду перестали попадаться живописные ниамские острова и величественные скалы, носящие диковинное название «Пенджага-тун-Руми». Яркие птицы панкури-китта, завидев угрюмого вида моряков, не решились устраивать налет на экипаж корабля. Никто не пел, не шутил, не смеялся и не рассказывал историй… Ну, а после ужина судно вышло в открытое Серебряное море, казавшееся серым. Где-то на востоке уже темнело, там небо и вода совсем слились. А на западе садилось солнце. Закат был совсем тусклым сегодня: даже смотреть не на что. Но морена все равно стояла на носу корабля, провожая небесное светило взглядом — спускаться в каюту ей не хотелось.
Сейчас она с какой-то светлой грустью вспоминала все то, что с ней приключилось за последние две недели: казавшийся безнадежным поиск компаньона для дальнего путешествия, смешного пьяного Артраана с розовым бантиком на правом роге, совместную торговлю обслюнявленными шоколадками и метание книг в разъяренных хищных птиц… Столько всего — веселого, неожиданного, абсурдного и опасного осталось позади. Осталось лишь в памяти.
Или не только в памяти? Морри сосредоточилась. Затем пощупала свою поясную сумку. Быстро открыла ее и запустила руку вовнутрь. Да, оно все это время было с ней… На ладони дамы лежало то-самое ожерелье, подарок Артраана. Три чистых аквамарина сверкнули в лучах тусклого солнца цветом лазурного моря в прекрасную погоду. Морена провела пальцем по узору на черненом серебре. «Это подарок! Я решил, что тебе понравится,» — прозвучал в ее сознании голос дракона. Дама примерила украшение и, оставшись довольной, захотела застегнуть его на шее, но замерла; ее рука коснулась черного шнурка.
На одной ладони дочери Сеолдара лежало ожерелье, а на на другой — обручальное кольцо. Она долго стояла так, рассматривая эти украшения, каждое из которых было ей по-своему дорого. Но если одно из них будто открывало путь в неизведанное будущее, то другое напоминало о горьком прошлом. Что же делать теперь? Последовать совету Артраана и идти дальше или продолжить упиваться воспоминаниями о том, чего уже не вернуть?
— Я всегда любила тебя, Эрилиан, — тихо сказала она, глядя на кольцо, давно уже лишившееся хозяина. — И ты по-прежнему живешь в моем сердце. Я помню твое лицо, твой голос так же ясно, как будто бы ты ушел только вчера. Но… прошло уже много, очень много времени. И сколько бы я ни ждала, ты не вернешься больше. Прости меня, Эрилиан. Я уверена, что ты бы понял, — Морена рукавом убрала невольно выступившую слезу и сняла свое венчальное кольцо. — Прощай…
Она протянула руку, в которой держала подарки священника Миррарда, что тот преподнес на ее свадьбу, развела пальцы и наклонила ладонь<sup>2</sup>. Золотые кольца в последний раз сверкнули в тусклых лучах заходящего солнца и исчезли в волне, бегущей перед носом корабля.
Артраан тем временем забрел куда-то в чащу тропического леса, примял мягкий мох, потоптавшись на месте, и лег, свернувшись калачиком. Завтра он собирался найти огонь, который сможет использовать как источник энергии для отнимающего много сил заклинания телепортации. Это значило, что ему необходимо было как следует отдохнуть сегодня. Но почему-то не спалось. Артраан ворочался с боку на бок, крепко зажмуривался, пытался прогнать назойливые мысли, роящиеся в голове.
Безымянный, одиночка, бродяга… Весь жизненный путь он прошел, надеясь лишь на свои силы, ни к кому не привязываясь и не ожидая милости от людей. За долгие годы тишина, пустота и холод стали его вечными спутниками — бродяга привык так жить. Но он и не подозревал, что это бывает так тяжело — засыпать одному.
Сегодня Артраана не покидало ощущение, будто ему чего-то не хватает. Чего-то очень важного. Повертевшись еще немного, он решил, что его просто одолела жажда. Нужно напиться — и все пройдет. Хотелось-то, конечно, не воды, но финансовое состояние только воду Артраану и позволяло.
Стареющий месяц, Млечный путь и щедрые россыпи южных звезд создавали в листве причудливую игру черного, голубого и серебристого цветов.
Страница 50 из 86
