Фандом: Ориджиналы. Хуже нужды покидать обжитый замок отца и отправляться в заброшенный храм, чтобы добыть Рог Изобилия, не может быть ничего. Так думала владелица разоренного феода, леди Морена. Ошибка стала очевидной, когда ей пришлось взять в напарники Артраана — преследующего свои цели дракона с вполне человеческими замашками, анекдоты о котором ходят по всему Северу…
Добавить в моё избранное
292 мин, 36 сек 13567
Императора сопровождала его личная охрана.
— Иррауды<sup>3</sup>, воины, братья! — воскликнул он, вскинув руку. — Не в первый раз некроманты приходят из Гиблых Пустошей на наши земли! Не золото и не жажда власти вновь влекут их сюда! Жизни! Жизни вас, ваших детей, ваших жен, ваших родителей! Вы — последняя их надежда, и надежда вашей Родины! Так остановим же это шествие, вернем мертвецов туда, где им самое место! Преподадим жителям Гиблых Пустошей урок, после которого горы Тингбейт они пересекать не посмеют! — император выхватил меч из ножен и поднял его над головой. — Да направит мудрый Иррай наши мечи!
— Ура! Ура! Ура! — прогремели сотни голосов. Войско ощетинилось мечами и копьями. Один за другим поднимались знамена — яркие полотна, украшенные силуэтами воронов.
Кроунт развернул коня и, ударив его в бока, помчался вниз с заснеженного холма. Сорвались с места и три отряда конников, с громогласными криками бросившиеся за ним. Следом побежали и пешие воины, которые должны были вступить в бой последними. Земля под ними дрожала, конские копыта неистово стучали по заледеневшей земле, в ушах свистел ветер. Небольшие отряды отставших мертвецов рассыпались под мечами могучих всадников Иррау, мчащихся стремя в стремя, не нанося им вреда. А небо пронзил леденящий душу драконий рев…
Над головами всадников пронеслись три черных дракона. Они стремительно нагоняли вражеское войско. Почти поравнявшись с замыкающими их рядами, ящеры разлетелись в стороны, не сбавляя скорости нырнули ниже и, разинув пасти, выдохнули струи холодного огня. Пурпурные, бирюзовые и фиолетовые всполохи затрещали среди костяных воинов, обращая последних в черную пыль. Затрещали и исчезли, оставив после себя три борозды, что отсекали от огромной толпы три одинаковых отряда шарахнувшихся назад мертвецов. Этих борозд шириной лишь в несколько метров вполне хватило, чтобы отряды конницы, каждый из которых следовал за своим черным драконом, на полном ходу налетели на отмежеванные группы растерявшихся ходячих скелетов, лишенных всякой брони, и смели их, словно ураган, разметали, раскрошили.
Среди нежити началась неразбериха; лишенные командования, многие из них, размахивая топорами и вилами, с мерзким карканьем бросились догонять быстрых, маневренных конников, и совершили роковую ошибку. Сотня кавалеристов, которая била прямо в тыл, быстро развернулась и на полном скаку растоптала разъяренных покойников. Те же сотни, что атаковали с флангов, продолжили огибать толпу врага, следуя за своими драконами. Вновь пламя, вновь атака сомкнутым строем. «Покрывало» лишилось еще двух«лоскутов».
Впереди послышался усиливающийся топот, смешанный с громоподобным кличем реварцев, а на северном краю неба показались шесть стремительно приближающихся черных пятен, что сделались силуэтами драконов. Из-за снеговой завесы выскочили три всадника — король Хангерд и два его сына. Секундой позже из белесой мглы разом вырезались ровные ряды идущей в атаку под реварскими знаменами кавалерии. Тяжелые рыцари по центру и легкие верховые воины с флангов мчались, выставив перед собой копья, подняв мечи. С севера ударил король Хангерд.
Совсем скоро несметное войско некроманта было окружено то нападающими, то стремительно отступающими «сотнями» конников, которые все же остерегались выходить на середину реки. С каждой новой их атакой худела дезорганизованная темная масса мертвецов, все ближе и ближе к сердцу их шествия вспыхивало зловещее цветное пламя, изрыгаемое черными драконами.
— Так значит, они не пожелали покорно принять неизбежное? — задумчиво протянул Гралай, с выражением полного безразличия наблюдая за тем, как сотня всадников Иррау, пользуясь поддержкой дракона Ганмонда, уничтожила еще один «обрубок», отделенный от его необозримого войска. — Как неразумно… — покачал головой некромант. — Драконы черпают силу из огня? Пирайер! — молвил он, подняв корявый посох, навершие которого украшал звериный череп. Костры, разожженные на обоих берегах Эдги, разом погасли. — Вы знаете, что делать, — обратился он к девяти всадникам в черных потрепанных плащах, что ехали с ним рядом. Те кивнули и затерялись среди костяных воинов.
Морена оказалась в сотне, закрепленной за драконом Хунтердом. Бирюзовое пламя, словно стеной отделяющее очередную бестолковую толпу мертвецов, вкупе с командой командира были для нее сигналом к новой атаке. Она чувствовала себя единой с отрядом, двигалась, шла в бой и радовалась успеху вместе с ним. Морену не пугали шипящие и все пытающиеся схватить ее верного Мышонка за повод скелеты: удары Хранительницы были быстры и точны, доспехи — крепки, а отцовский боевой конь, не раз бывавший в переплетах, никогда не позволял врагу остановить его бег, как не позволял и вытащить из седла его всадника. Сердце дочери Сеолдара ликовало: казавшееся непобедимым войско оказалось таким беспомощным!
— Иррауды<sup>3</sup>, воины, братья! — воскликнул он, вскинув руку. — Не в первый раз некроманты приходят из Гиблых Пустошей на наши земли! Не золото и не жажда власти вновь влекут их сюда! Жизни! Жизни вас, ваших детей, ваших жен, ваших родителей! Вы — последняя их надежда, и надежда вашей Родины! Так остановим же это шествие, вернем мертвецов туда, где им самое место! Преподадим жителям Гиблых Пустошей урок, после которого горы Тингбейт они пересекать не посмеют! — император выхватил меч из ножен и поднял его над головой. — Да направит мудрый Иррай наши мечи!
— Ура! Ура! Ура! — прогремели сотни голосов. Войско ощетинилось мечами и копьями. Один за другим поднимались знамена — яркие полотна, украшенные силуэтами воронов.
Кроунт развернул коня и, ударив его в бока, помчался вниз с заснеженного холма. Сорвались с места и три отряда конников, с громогласными криками бросившиеся за ним. Следом побежали и пешие воины, которые должны были вступить в бой последними. Земля под ними дрожала, конские копыта неистово стучали по заледеневшей земле, в ушах свистел ветер. Небольшие отряды отставших мертвецов рассыпались под мечами могучих всадников Иррау, мчащихся стремя в стремя, не нанося им вреда. А небо пронзил леденящий душу драконий рев…
Над головами всадников пронеслись три черных дракона. Они стремительно нагоняли вражеское войско. Почти поравнявшись с замыкающими их рядами, ящеры разлетелись в стороны, не сбавляя скорости нырнули ниже и, разинув пасти, выдохнули струи холодного огня. Пурпурные, бирюзовые и фиолетовые всполохи затрещали среди костяных воинов, обращая последних в черную пыль. Затрещали и исчезли, оставив после себя три борозды, что отсекали от огромной толпы три одинаковых отряда шарахнувшихся назад мертвецов. Этих борозд шириной лишь в несколько метров вполне хватило, чтобы отряды конницы, каждый из которых следовал за своим черным драконом, на полном ходу налетели на отмежеванные группы растерявшихся ходячих скелетов, лишенных всякой брони, и смели их, словно ураган, разметали, раскрошили.
Среди нежити началась неразбериха; лишенные командования, многие из них, размахивая топорами и вилами, с мерзким карканьем бросились догонять быстрых, маневренных конников, и совершили роковую ошибку. Сотня кавалеристов, которая била прямо в тыл, быстро развернулась и на полном скаку растоптала разъяренных покойников. Те же сотни, что атаковали с флангов, продолжили огибать толпу врага, следуя за своими драконами. Вновь пламя, вновь атака сомкнутым строем. «Покрывало» лишилось еще двух«лоскутов».
Впереди послышался усиливающийся топот, смешанный с громоподобным кличем реварцев, а на северном краю неба показались шесть стремительно приближающихся черных пятен, что сделались силуэтами драконов. Из-за снеговой завесы выскочили три всадника — король Хангерд и два его сына. Секундой позже из белесой мглы разом вырезались ровные ряды идущей в атаку под реварскими знаменами кавалерии. Тяжелые рыцари по центру и легкие верховые воины с флангов мчались, выставив перед собой копья, подняв мечи. С севера ударил король Хангерд.
Совсем скоро несметное войско некроманта было окружено то нападающими, то стремительно отступающими «сотнями» конников, которые все же остерегались выходить на середину реки. С каждой новой их атакой худела дезорганизованная темная масса мертвецов, все ближе и ближе к сердцу их шествия вспыхивало зловещее цветное пламя, изрыгаемое черными драконами.
— Так значит, они не пожелали покорно принять неизбежное? — задумчиво протянул Гралай, с выражением полного безразличия наблюдая за тем, как сотня всадников Иррау, пользуясь поддержкой дракона Ганмонда, уничтожила еще один «обрубок», отделенный от его необозримого войска. — Как неразумно… — покачал головой некромант. — Драконы черпают силу из огня? Пирайер! — молвил он, подняв корявый посох, навершие которого украшал звериный череп. Костры, разожженные на обоих берегах Эдги, разом погасли. — Вы знаете, что делать, — обратился он к девяти всадникам в черных потрепанных плащах, что ехали с ним рядом. Те кивнули и затерялись среди костяных воинов.
Морена оказалась в сотне, закрепленной за драконом Хунтердом. Бирюзовое пламя, словно стеной отделяющее очередную бестолковую толпу мертвецов, вкупе с командой командира были для нее сигналом к новой атаке. Она чувствовала себя единой с отрядом, двигалась, шла в бой и радовалась успеху вместе с ним. Морену не пугали шипящие и все пытающиеся схватить ее верного Мышонка за повод скелеты: удары Хранительницы были быстры и точны, доспехи — крепки, а отцовский боевой конь, не раз бывавший в переплетах, никогда не позволял врагу остановить его бег, как не позволял и вытащить из седла его всадника. Сердце дочери Сеолдара ликовало: казавшееся непобедимым войско оказалось таким беспомощным!
Страница 74 из 86
