Фандом: Ориджиналы. Хуже нужды покидать обжитый замок отца и отправляться в заброшенный храм, чтобы добыть Рог Изобилия, не может быть ничего. Так думала владелица разоренного феода, леди Морена. Ошибка стала очевидной, когда ей пришлось взять в напарники Артраана — преследующего свои цели дракона с вполне человеческими замашками, анекдоты о котором ходят по всему Северу…
Добавить в моё избранное
292 мин, 36 сек 13569
Границы его сдвинулись настолько, что на многие метры вокруг валялись лишь кости, ржавые осколки доспехов, кучи черной пыли да лежали в отдалении несколько тел всадников, которым все же не удалось увернуться от ответных ударов восставших.
Какой же неожиданностью стал снаряженный вполне исправным оружием отряд костяных лучников, который вдруг открыл стрельбу по сотне Морены. Круглый деревянный щит, полученный в лагере, защитил ее от двух стрел, но в следующем за ней ряду несколько лошадей споткнулись и вместе со всадниками повалились на утоптанный снег; кто-то в строю вскрикнул от боли.
— Хунтерд! — воскликнул командующий сотней. — У стрелков проснулся ихний командир! Убери его!
Дракон с ярко горящими бирюзовыми пятнами на угольно-черной шкуре пролетел над мертвецами, вдруг вставшими в строй и решившими дать нападающим организованный отпор, в поисках того, кто мог ими управлять, в поисках того-самого приближенного Гралая, о котором предупреждала Гаруна. И нашел.
В черном плаще, с накинутым на голову глубоким капюшоном, он восседал на неестественно худой, будто высохшей кляче, с открытой толстой книгой в одном руке, и с мечом — в другой. Хунтерд попытался было сжечь его, но черный всадник, проведя костлявым пальцем по книжной странице и подняв меч, всполохи пламени погасил.
— Проклятье! — рыкнул Хунтерд.
Резко развернувшись, он перевернулся в воздухе и камнем обрушился на загадочного седока. Тот ловко соскочил с коня и, удобнее перехватив посох, отбил когтистую драконью лапу. Силы в нем определенно было больше, чем в его безмозглых подчиненных, рассыпающихся под первым же ударом. К слову, подчиненные эти безучастными не остались — словно по команде набросились на дракона, вынужденного спуститься на землю. И конца им видно не было. Хунтерд, отбиваясь от них мощными ударами рогов и хвоста с острыми костяными пластинами, поломился сквозь толпу. Но странный всадник в плаще все удалялся, выкрикивая какие-то слова на языке магии и прижимая книгу к себе.
Помощь пришла из ниоткуда. Пролетавший мимо Конастер спикировал на соратника Гралая и опрокинул его, однако вместо того, чтобы загрызть некроманта, выхватил из его костлявых рук книгу и, мотнув башкой, разорвал ее на части. В воздухе закружились старые страницы, расписанные странными рисунками и символами. В этот момент придавленный Конастером маг замер, а нежить, уже хватавшая драконов за шеи, крылья и хвосты, уже целящаяся в ирраудских всадников из луков, вдруг рассыпалась на кучки костей; в пустых глазницах погасли зловещие огоньки. Прахом стала немалая часть войска некромантов.
— Книги! — крикнул Хунтерду Конастер, стряхивая с гривы чьи-то цепкие пальцы. — Гаруна сказала уничтожать их книги! Помогай своей сотне, но если увидишь такого гада снова — рви его книгу!
— И все? Так легко? Но Аргат говорил, что биться с нежитью чуть ли не бесполезно!
— Мне тоже кажется, что здесь что-то нечисто… Будь бдителен.
Оба дракона взлетели.
Не менее жаркая схватка разгорелась и вблизи северного берега Эдги. Если сперва конница Хардостала с помощью черных драконов и ведьмы Гаруны легко сминала ряды врага, то теперь начала испытывать серьезные затруднения. Навстречу сотням вышли слаженно работающие группы сильных воинов: ездоки на костяных лошадях, разъяренные быки и стаи острозубого зверья, которых к тому же прикрывали какие-никакие лучники. Тактику приходилось менять прямо на ходу; кавалеристы теперь не зависели от драконов.
Король Хангерд, забыв о старости, сам повел сотню тяжелых рыцарей в бой, сам рубил встававших на его пути врагов. Его кавалерия была грозной силой, способной прорубаться сквозь строй врага, но легким конникам в маневренности уступала. Так, отряд из более чем пяти десятков костяных всадников, покинувших общий строй, был уже почти настигнут рыцарями короля, но мертвецы неожиданно разбежались врассыпную; за их спинами показался ровный ряд копейщиков, построивших стену из щитов. Они уже приготовились метнуть свои смертоносные орудия.
— Поднять щиты! Вперед! — прокричал Хангерд, пришпорив коня и приготовившись закрыться от копий. Разворачиваться и уходить из-под атаки было поздно; оставалось лишь идти напролом.
Поблизости хлопнули драконьи крылья. В следующую секунду ряд костяных копейщиков был охвачен беспощадным пурпурным пламенем и рассыпался в пыль. Это Ганмонд молнией пронесся над ними. Король не веря глазам проследил за драконом взглядом, а когда тот развернулся, громко ему крикнул:
— Они потушили костры, Ганмонд! Сообщи остальным и береги силы!
Ящер кивнул и, с силой ударив крыльями, помчался прочь.
Некоторые из драконов занялись охотой на остальных владельцев магических книг, за счет которых вся эта черная орда и поддерживала существование. Другие же, доверив это дело товарищам, предпочли носиться над полем боя, помогая дружественным воинам.
Какой же неожиданностью стал снаряженный вполне исправным оружием отряд костяных лучников, который вдруг открыл стрельбу по сотне Морены. Круглый деревянный щит, полученный в лагере, защитил ее от двух стрел, но в следующем за ней ряду несколько лошадей споткнулись и вместе со всадниками повалились на утоптанный снег; кто-то в строю вскрикнул от боли.
— Хунтерд! — воскликнул командующий сотней. — У стрелков проснулся ихний командир! Убери его!
Дракон с ярко горящими бирюзовыми пятнами на угольно-черной шкуре пролетел над мертвецами, вдруг вставшими в строй и решившими дать нападающим организованный отпор, в поисках того, кто мог ими управлять, в поисках того-самого приближенного Гралая, о котором предупреждала Гаруна. И нашел.
В черном плаще, с накинутым на голову глубоким капюшоном, он восседал на неестественно худой, будто высохшей кляче, с открытой толстой книгой в одном руке, и с мечом — в другой. Хунтерд попытался было сжечь его, но черный всадник, проведя костлявым пальцем по книжной странице и подняв меч, всполохи пламени погасил.
— Проклятье! — рыкнул Хунтерд.
Резко развернувшись, он перевернулся в воздухе и камнем обрушился на загадочного седока. Тот ловко соскочил с коня и, удобнее перехватив посох, отбил когтистую драконью лапу. Силы в нем определенно было больше, чем в его безмозглых подчиненных, рассыпающихся под первым же ударом. К слову, подчиненные эти безучастными не остались — словно по команде набросились на дракона, вынужденного спуститься на землю. И конца им видно не было. Хунтерд, отбиваясь от них мощными ударами рогов и хвоста с острыми костяными пластинами, поломился сквозь толпу. Но странный всадник в плаще все удалялся, выкрикивая какие-то слова на языке магии и прижимая книгу к себе.
Помощь пришла из ниоткуда. Пролетавший мимо Конастер спикировал на соратника Гралая и опрокинул его, однако вместо того, чтобы загрызть некроманта, выхватил из его костлявых рук книгу и, мотнув башкой, разорвал ее на части. В воздухе закружились старые страницы, расписанные странными рисунками и символами. В этот момент придавленный Конастером маг замер, а нежить, уже хватавшая драконов за шеи, крылья и хвосты, уже целящаяся в ирраудских всадников из луков, вдруг рассыпалась на кучки костей; в пустых глазницах погасли зловещие огоньки. Прахом стала немалая часть войска некромантов.
— Книги! — крикнул Хунтерду Конастер, стряхивая с гривы чьи-то цепкие пальцы. — Гаруна сказала уничтожать их книги! Помогай своей сотне, но если увидишь такого гада снова — рви его книгу!
— И все? Так легко? Но Аргат говорил, что биться с нежитью чуть ли не бесполезно!
— Мне тоже кажется, что здесь что-то нечисто… Будь бдителен.
Оба дракона взлетели.
Не менее жаркая схватка разгорелась и вблизи северного берега Эдги. Если сперва конница Хардостала с помощью черных драконов и ведьмы Гаруны легко сминала ряды врага, то теперь начала испытывать серьезные затруднения. Навстречу сотням вышли слаженно работающие группы сильных воинов: ездоки на костяных лошадях, разъяренные быки и стаи острозубого зверья, которых к тому же прикрывали какие-никакие лучники. Тактику приходилось менять прямо на ходу; кавалеристы теперь не зависели от драконов.
Король Хангерд, забыв о старости, сам повел сотню тяжелых рыцарей в бой, сам рубил встававших на его пути врагов. Его кавалерия была грозной силой, способной прорубаться сквозь строй врага, но легким конникам в маневренности уступала. Так, отряд из более чем пяти десятков костяных всадников, покинувших общий строй, был уже почти настигнут рыцарями короля, но мертвецы неожиданно разбежались врассыпную; за их спинами показался ровный ряд копейщиков, построивших стену из щитов. Они уже приготовились метнуть свои смертоносные орудия.
— Поднять щиты! Вперед! — прокричал Хангерд, пришпорив коня и приготовившись закрыться от копий. Разворачиваться и уходить из-под атаки было поздно; оставалось лишь идти напролом.
Поблизости хлопнули драконьи крылья. В следующую секунду ряд костяных копейщиков был охвачен беспощадным пурпурным пламенем и рассыпался в пыль. Это Ганмонд молнией пронесся над ними. Король не веря глазам проследил за драконом взглядом, а когда тот развернулся, громко ему крикнул:
— Они потушили костры, Ганмонд! Сообщи остальным и береги силы!
Ящер кивнул и, с силой ударив крыльями, помчался прочь.
Некоторые из драконов занялись охотой на остальных владельцев магических книг, за счет которых вся эта черная орда и поддерживала существование. Другие же, доверив это дело товарищам, предпочли носиться над полем боя, помогая дружественным воинам.
Страница 75 из 86
