Мне не нужен мир

Роберта поразила неожиданная догадка — он пошел к постели Рейгара, чтобы убить его. Дождался, пока Дракон будет безоружен, терпел до последнего. Пойдет ли до конца?

— Ты снова уходишь, — Рейгар все еще кашлял, растирая шею. — В прошлый раз ты бросил меня с Лианной, теперь — бросишь с Робертом?

— Ты ненавидел своего отца, — прошептал Джон, — посмотри, что ты делаешь теперь. Он повсюду видел врагов, и ты видишь их, — Джон озвучивал мысли, которые вертелись в голове Роберта. Снова он говорил за них обоих.

— Мой отец был слаб, — кашлял Рейгар, — и труслив. Он спрятался в замке, окружив себя стариками, и надеялся, что смерть не доберется до него. Ты не представляешь себе, кто я, — он вдруг оттолкнулся руками от края постели и бросился на Коннингтона. Удар его скользнул по груди Джона, и когда тот попытался защитить себя, второй удар попал по лицу. — Тебе никогда не понять, кто я. Ты — грифон, Джон.

Роберт дернулся от пощечины, которая досталась Коннингтону. Рейгар уже дважды напомнил, что дракона могут понять лишь другие драконы. Однажды он обернется к Роберту и скажет ему то же самое.

— Прогони его, Роберт, — приказал Рейгар. Роберт толкнул Джона в спину, продолжая размышлять о словах Дракона.

Коннингтон не сопротивлялся, по дороге к двери он подобрал часть одежды и накинул на плечо. Роберт был уверен, что проблем с ним не будет, поэтому, когда грудь обожгло незнакомой болью, он не понял, что происходит. Джон нанес рану вполоборота — кинжал, который был спрятан за кипой одежды, покрылся кровью. Роберт посмотрел вниз: в его груди, там, где должно было биться сердце, бился поток крови. Голова закружилась, но он бросился на Коннингтона, понимая, что его следующей целью будет Рейгар.

Джон отошел в сторону, толкнул Роберта, и тогда тот свалился на пол. Он не мог даже развернуться, чтобы увидеть, что происходило за его спиной. Гул в ушах застилал остальные звуки. Последним, что он почувствовал, был запах гари.

8. Дорн

Просыпаться было тяжело — голова гудела как после долгой попойки. Роберт шарил взглядом по комнате и увидел стоящего над ним Визериса.

— Он очнулся! — с восторгом закричал мальчик. — Беги, расскажи брату!

Топот детских ног подсказал Роберту, что Дейенерис тоже была здесь. Рейгар оставил рядом с ним своих детей. Могло ли быть так, что он доверял ему больше, чем Кониннгтону? Воспоминания навалились тяжелым грузом.

— Сколько я был без сознания? — спросил он у Визериса.

— Мейстер сказал, вам лучше молчать, — строго ответил молодой принц. Уже сейчас было хорошо слышно приказные нотки в его голосе.

— Сколько? — тихо повторил Роберт.

Визерис нахмурился, но ответил подробно:

— Вы были без сознания почти две недели. Кониннгтона убил Балерион. Он тут, рядом, — Визерис кивнул в сторону. Роберт хотел спросить, кто из них: Рейгар или Балерион, но передумал — это могло разозлить принца еще сильнее. — Войска Дорна выступили от границы, — продолжил Визерис. — Что вы еще хотите знать? У Дени выпал первый зуб, — принц улыбнулся. В этой улыбке смешалось смущение, надежда и строгость. Визерис хотел помочь — он не знал, как, но он знал, что Роберт привязан к Дейенерис.

Роберт кивнул. Тогда Визерис встал со своего места.

— Он проснулся, Бал, слышишь? — раздался его тихий голос, а потом Роберт услышал шипение дракона.

Рейгар пришел к нему через несколько часов. За его спиной стоял Варис, и Роберт счел это плохим знаком.

— Дорнийцы действуют быстрее, чем я рассчитывал, — сказал Рейгар. — Когда ты встанешь на ноги, тебе придется многое успеть.

— Когда? — спросил Роберт. — Когда я встану на ноги?

— Мейстер Пицель говорит, восстановление займет месяцы, — услужливо ответил Варис.

— Неплохо бы сжечь его — он бесполезней септона, — отозвался Рейгар. Поймав обеспокоенный взгляд Роберта, он улыбнулся. — Я просто шучу. Сжигать Великого Мейстера я не стану. Даже если он говорит, что у тебя уйдет на восстановление месяцы. Ты мне нужен, Роберт.

Дни тянулись бесконечно. Мейстер приходил к Роберту так часто и выглядел так испуганно, что стало ясно — шутку Рейгара бедняга Пицель тоже слышал. Балерион облюбовал дальний угол комнаты и проводил там почти все время — улетал, чтобы поесть, и тут же возвращался. Роберт засыпал, разглядывая его чешую, и вспоминал Джоффри, который умер в септе от жаркого пламени почти мгновенно.

Рейгар приходил к его постели каждый вечер и рассказывал, что творилось на границах. Дорнийские войска стягивались к Эшфорду. Рейгар приказал оставить город и теперь дорнийцы сравнивали его с землей, продвигаясь дальше к Королевскому лесу. Роберт ждал, что в глазах Дракона мелькнет безумие, но они были мудрыми и спокойными. Даже когда Дорн перешел к Горькому мосту, он сидел возле Роберта и улыбался.

— Я не успею, — сказал Роберт, когда прошел первый месяц.