Фандом: Волчонок. Из Дома Эха Питер Хейл может только кричать в своих снах, и кто может его услышать, кроме Лидии Мартин?
Добавить в моё избранное
155 мин, 57 сек 7743
Дерек помог ему сесть и тут же отошел со словами:
— Я сейчас, только окно открою.
В комнату ворвался свежий воздух, вытягивая дым и впуская в лофт тихий шелест ночного городишки. Дым начал рассеиваться, Питер смог отчетливо увидеть возвращающегося от окна Дерека, и отвернулся, чтобы не видеть жалости в его глазах.
Да, я совсем чокнулся, я знаю. Как ребенок…
Дерек сел рядом.
— Прости, я болван, — сказал он.
Что?
— Надо было к тебе сразу подняться, предупредить. Я совсем не думал про это, пока ты меня не позвал.
— Про что — про это? — сипло спросил Питер, теряясь в догадках.
Дерек помолчал.
— Я знаю про твои… сны, — отозвался он наконец. — И должен был сообразить: последнее, что тебе сейчас нужно, так это намеки на пожары.
— Лидии стоит вырвать язык, — ошарашено сказал Питер. — Кому еще она рассказала интимные подробности моих отношений с моим же мозгом?
Дерек серьезно посмотрел на него.
— Никому. Просто она пыталась мне объяснить, что тебе нужна помощь. А я был уверен, что не хочу о тебе даже вспоминать. И тогда она рассказала.
— Что, пришлось вспомнить? — вздохнул Питер. — Ты всегда был слишком мягким, даже когда старался изобразить крутость. Надо было плюнуть.
Вместо раздражения Дерек неожиданно усмехнулся.
— Плевать на баньши, когда она страстно доказывает, что мой дядя не мудак? Плевать прямо в ее зареванное личико? Я не люблю плевать на баньши, ты же знаешь.
— Зареванное? — в груди что-то перевернулось, и Питер досадливо поморщился. — Ненавижу жалость.
Дерек покачал головой.
— Она хотела, чтобы тебе перестали причинять боль и освободить тебя. Это не одно и то же. Но дело не только в ней, — добавил он, не давая Питеру возразить. — Вообще-то я до того хотел забыть, что ты — моя семья. Моя стая.
— Почему же не забыл?
— Потому что не забыл ты, — Дерек смотрел внимательно и серьезно. — Лидия рассказала, что видела. Ты не бросил меня там. Ты никого не бросил. Для меня это значит гораздо больше, чем то, что ты как дурак заключаешь союзы с нашими врагами. Я много думал, особенно сегодня, и решил, что семья важнее глупых ошибок упертого дядюшки. А сейчас ты снова примчался меня спасать…
Питер откинулся на спинку дивана, уставился в потолок, благо, дым почти совсем рассеялся, и можно было спокойно дышать и смотреть, не щурясь. Все звучало совсем не так, как он ожидал.
— Ты чуть не погиб из-за меня там, в Мексике, — наконец сказал он потолку.
— Из-за тебя чуть не погибли Скотт и Кира. А берсерка на меня натравил не ты. Тем более, что в итоге это пошло мне на пользу больше, чем ты можешь себе представить.
— Маккола я все равно убью, — упрямо кивнул потолку Питер. Потолок безмолвствовал.
— Ну и дурак, — прокомментировал Дерек.
— Почему это?
— Не опускайся до спора — в твоем случае, драки — с идиотом, тебе придется опуститься до его уровня. А там он тебя сделает, потому что у него в идиотизме опыта больше, — ответил Дерек. Питер понял, что тот смеется, и расценил это как «тот самый момент».
— Так я могу остаться еще на пару дней?
— Если бы я не хотел тебя тут видеть, ты бы отправился в свою квартиру сразу из леса. Ладно, пойду у тебя там окно открою. — Дерек поднялся, но не ушел, а постоял перед Питером, пока тот не перевел на него взгляд. — А если хочешь, оставайся внизу, я принесу твою подушку и одеяло. Диван свободен, а дым сейчас выветрится…
— Хочу, — глаза пришлось закрыть. Чтобы Дерек не успел увидеть, как его кроет от того, что он — дома.
Лидия выждала три дня, прежде чем позвонить Дереку. У нее нашлись дела, которые отвлекали от беспокойных мыслей. Она понимала, что беспокоиться не о чем — если что-то случится, Дерек ей сообщит, а если все нормально — так чего волноваться. Все равно она не знала, о чем можно говорить с Питером в реальности. Это во время сеансов связи по каналу «Неметон-FM» можно было трепаться обо всем, лишь бы он ненадолго забыл о том, где находится, и сам Питер с готовностью подхватывал любую тему. А теперь говорить«ни о чем и обо всем» будет так же неловко, как с любым другим человеком.
Трубку Дерек не брал. Через пять звонков, полтора часа и один долгий спор самой с собой Лидия решила ехать без предупреждения. А вдруг что-то случилось, отчего Дерек не слышит телефон…
Дверь ей открыл сам Дерек. Совершенно не удивленный.
— Привет, — буднично сказал он. — Проходи.
— Ты специально игнорируешь мои звонки или просто оглох? — вместо «привет» раздраженно бросила Лидия, проходя в лофт.
Дерек закрыл дверь.
— Извини. Мы были заняты, а телефон у меня без звука. Представляю, как ты…
— Да уже неважно, — отмахнулась Лидия, выдерживая на лице маску равнодушной вежливости и стараясь не оглядывать лофт как будто в поисках кого-то важного.
— Я сейчас, только окно открою.
В комнату ворвался свежий воздух, вытягивая дым и впуская в лофт тихий шелест ночного городишки. Дым начал рассеиваться, Питер смог отчетливо увидеть возвращающегося от окна Дерека, и отвернулся, чтобы не видеть жалости в его глазах.
Да, я совсем чокнулся, я знаю. Как ребенок…
Дерек сел рядом.
— Прости, я болван, — сказал он.
Что?
— Надо было к тебе сразу подняться, предупредить. Я совсем не думал про это, пока ты меня не позвал.
— Про что — про это? — сипло спросил Питер, теряясь в догадках.
Дерек помолчал.
— Я знаю про твои… сны, — отозвался он наконец. — И должен был сообразить: последнее, что тебе сейчас нужно, так это намеки на пожары.
— Лидии стоит вырвать язык, — ошарашено сказал Питер. — Кому еще она рассказала интимные подробности моих отношений с моим же мозгом?
Дерек серьезно посмотрел на него.
— Никому. Просто она пыталась мне объяснить, что тебе нужна помощь. А я был уверен, что не хочу о тебе даже вспоминать. И тогда она рассказала.
— Что, пришлось вспомнить? — вздохнул Питер. — Ты всегда был слишком мягким, даже когда старался изобразить крутость. Надо было плюнуть.
Вместо раздражения Дерек неожиданно усмехнулся.
— Плевать на баньши, когда она страстно доказывает, что мой дядя не мудак? Плевать прямо в ее зареванное личико? Я не люблю плевать на баньши, ты же знаешь.
— Зареванное? — в груди что-то перевернулось, и Питер досадливо поморщился. — Ненавижу жалость.
Дерек покачал головой.
— Она хотела, чтобы тебе перестали причинять боль и освободить тебя. Это не одно и то же. Но дело не только в ней, — добавил он, не давая Питеру возразить. — Вообще-то я до того хотел забыть, что ты — моя семья. Моя стая.
— Почему же не забыл?
— Потому что не забыл ты, — Дерек смотрел внимательно и серьезно. — Лидия рассказала, что видела. Ты не бросил меня там. Ты никого не бросил. Для меня это значит гораздо больше, чем то, что ты как дурак заключаешь союзы с нашими врагами. Я много думал, особенно сегодня, и решил, что семья важнее глупых ошибок упертого дядюшки. А сейчас ты снова примчался меня спасать…
Питер откинулся на спинку дивана, уставился в потолок, благо, дым почти совсем рассеялся, и можно было спокойно дышать и смотреть, не щурясь. Все звучало совсем не так, как он ожидал.
— Ты чуть не погиб из-за меня там, в Мексике, — наконец сказал он потолку.
— Из-за тебя чуть не погибли Скотт и Кира. А берсерка на меня натравил не ты. Тем более, что в итоге это пошло мне на пользу больше, чем ты можешь себе представить.
— Маккола я все равно убью, — упрямо кивнул потолку Питер. Потолок безмолвствовал.
— Ну и дурак, — прокомментировал Дерек.
— Почему это?
— Не опускайся до спора — в твоем случае, драки — с идиотом, тебе придется опуститься до его уровня. А там он тебя сделает, потому что у него в идиотизме опыта больше, — ответил Дерек. Питер понял, что тот смеется, и расценил это как «тот самый момент».
— Так я могу остаться еще на пару дней?
— Если бы я не хотел тебя тут видеть, ты бы отправился в свою квартиру сразу из леса. Ладно, пойду у тебя там окно открою. — Дерек поднялся, но не ушел, а постоял перед Питером, пока тот не перевел на него взгляд. — А если хочешь, оставайся внизу, я принесу твою подушку и одеяло. Диван свободен, а дым сейчас выветрится…
— Хочу, — глаза пришлось закрыть. Чтобы Дерек не успел увидеть, как его кроет от того, что он — дома.
Лидия выждала три дня, прежде чем позвонить Дереку. У нее нашлись дела, которые отвлекали от беспокойных мыслей. Она понимала, что беспокоиться не о чем — если что-то случится, Дерек ей сообщит, а если все нормально — так чего волноваться. Все равно она не знала, о чем можно говорить с Питером в реальности. Это во время сеансов связи по каналу «Неметон-FM» можно было трепаться обо всем, лишь бы он ненадолго забыл о том, где находится, и сам Питер с готовностью подхватывал любую тему. А теперь говорить«ни о чем и обо всем» будет так же неловко, как с любым другим человеком.
Трубку Дерек не брал. Через пять звонков, полтора часа и один долгий спор самой с собой Лидия решила ехать без предупреждения. А вдруг что-то случилось, отчего Дерек не слышит телефон…
Дверь ей открыл сам Дерек. Совершенно не удивленный.
— Привет, — буднично сказал он. — Проходи.
— Ты специально игнорируешь мои звонки или просто оглох? — вместо «привет» раздраженно бросила Лидия, проходя в лофт.
Дерек закрыл дверь.
— Извини. Мы были заняты, а телефон у меня без звука. Представляю, как ты…
— Да уже неважно, — отмахнулась Лидия, выдерживая на лице маску равнодушной вежливости и стараясь не оглядывать лофт как будто в поисках кого-то важного.
Страница 21 из 42
