Фандом: Волчонок. Из Дома Эха Питер Хейл может только кричать в своих снах, и кто может его услышать, кроме Лидии Мартин?
Добавить в моё избранное
155 мин, 57 сек 7762
Ей не понравилось, как Питер начал прикрывать глаза, словно засыпая. Конечно, ему нужно отдыхать. Исцеление, по всем законам природы, не могло происходить само по себе, энергия на него не из воздуха берется.
— Ладно, ребята, все эти животрепещущие проблемы можно отложить хотя бы до завтра, — она решительно поднялась и не менее решительно потянула Питера за руку. — Идем!
Тот поднялся, воспользовавшись ее поддержкой, из чего Лидия сделала вывод, что ему действительно не очень хорошо.
— Иногда женщин лучше слушаться, — устало ухмыльнулся Питер и послушно пошел к лестнице. — Но вы тут подумайте, все-таки. Без красных глаз стае жить можно, что доказывает опыт Маккола. А вот без мозгов значительно сложнее.
— Что доказывает он же, — не удержалась Лидия. Питер коротко рассмеялся и медленно пошел наверх, увлекая ее за собой.
Он задремал почти сразу, как упал на софу. Лидия прилегла рядом, оперлась на локоть и некоторое время лежала неподвижно, стараясь не дышать слишком громко. Она смотрела в утомленное лицо с закрытыми глазами и боролась с желанием коснуться рукой его волос и поцеловать сжатые губы. Неожиданно эти губы разжались и по ним скользнула улыбка.
— Детка, когда ты так смотришь, я чувствую себя преступником.
— Почему? — опешила Лидия.
— Потому что когда такая женщина хочет поцеловать тебя, преступно заставлять ее ждать…
— С чего ты взял?
Питер перестал улыбаться и открыл глаза.
— Ты не представляешь, как меняется твой запах в зависимости от твоих мыслей и желаний, — сказал он. — А такие желания лучше исполнять.
— Значит, можно?
— Нужно.
Лидия с удовольствием запустила свободную руку в его волосы, поглаживая, как большого теплого кота. Против ожиданий, большой кот не затряс головой, стряхивая ее ладонь, как делал это обычно, а довольно зажмурился. И тогда Лидия все-таки поцеловала его. Пусть получит свое желание…
— Знаешь, — отстранилась она спустя несколько секунд, — хватит с меня. Я завтра же все расскажу маме. Мне надоело прятаться и врать. Мне уже не тринадцать лет.
Питер несколько секунд изучал ее лицо. Она постаралась не опускать глаз.
— Хочешь, расскажем вместе? — вдруг спросил он. …
Лидия чуть рот от удивления не открыла. Он серьезно?
— Ну, полагается же. Всякое там «прошу руки вашей дочери и родительского благословения»…
Она фыркнула. Все-таки он шутит. Было немножко грустно, потому что сперва она почти поверила, что это было сказано всерьез.
Питер хотел было еще что-то сказать, но закрыл рот и приподнял голову, словно прислушиваясь. Увидел ее вопросительный взгляд, махнул рукой — «погоди!», и замер. Спустя пару томительных минут прилег обратно и пояснил:
— Стайлз доказывал Дереку, что советником можно быть и по… эээ… по удаленке, а Дерек сейчас доказывает, что все стремления Стайлза превратить его обратно в альфу не имеют смысла, потому что он не хочет.
— Почему? — Лидия слегка удивилась. — Разве быть альфой не цель каждого беты?
Питер негромко рассмеялся.
— Лидия, мы не в шахматах, где плох тот солдат, что не хочет быть королевой. Далеко не каждый волк об этом мечтает, и далеко не каждый этого достоин. И уж точно далеко не всегда мечты совпадают с достоинствами, которыми он обладает. И наоборот.
— Дерек достоин, — подумала Лидия вслух, — но не хочет…
— А я хотел, но не стоил этого, — подхватил Питер. Лидия хотела сказать, что не это имела в виду, но он не стал ее слушать: — Природа не дура, но и она ошибается. Она дважды давала мне шанс, и оба раза я не сумел им воспользоваться. И когда пытался собрать стаю, и когда пытался отобрать у Маккола то, чего он не заслуживает. Она во мне ошиблась. — Питер помотал головой. — Я — ошибка природы, звучит-то как. Но если честно, я тоже перестал видеть во всем этом смысл. Дерек прав.
Он говорил так спокойно, что Лидия поверила — он говорит правду.
— Сама посмотри. Я облажался, хотя считал, что достойнее меня никого нет. Разве что Дерек. Но Истинным альфой оказался даже не он, а малолетний идиот Маккол.
Лидия вспомнила собственные мысли по этому поводу и подумала, что если природа ошибается, кто сказал, что она не напортачила и со Скоттом?
— А потом — все это… — продолжал Питер. — И Кейт с ее берсерками, и этот список Благодетеля, запущенный по моей вине, и то, что я не смог справиться с этим щенком, и эти пожары в моей голове, и Валак с его садистскими, но правдивыми тирадами насчет меня, и то, что я оказался неспособен уже который раз сам за себя постоять… Я много раз говорил, что я — альфа, но ты права была сегодня, альфа — это не только сила и красные глаза, это еще и стая. Стая, которая за тебя. И за которую ты. — Питер на секунду умолк и поморщился. — А я был готов целоваться в десны с женщиной, спалившей мою семью.
— Ладно, ребята, все эти животрепещущие проблемы можно отложить хотя бы до завтра, — она решительно поднялась и не менее решительно потянула Питера за руку. — Идем!
Тот поднялся, воспользовавшись ее поддержкой, из чего Лидия сделала вывод, что ему действительно не очень хорошо.
— Иногда женщин лучше слушаться, — устало ухмыльнулся Питер и послушно пошел к лестнице. — Но вы тут подумайте, все-таки. Без красных глаз стае жить можно, что доказывает опыт Маккола. А вот без мозгов значительно сложнее.
— Что доказывает он же, — не удержалась Лидия. Питер коротко рассмеялся и медленно пошел наверх, увлекая ее за собой.
Он задремал почти сразу, как упал на софу. Лидия прилегла рядом, оперлась на локоть и некоторое время лежала неподвижно, стараясь не дышать слишком громко. Она смотрела в утомленное лицо с закрытыми глазами и боролась с желанием коснуться рукой его волос и поцеловать сжатые губы. Неожиданно эти губы разжались и по ним скользнула улыбка.
— Детка, когда ты так смотришь, я чувствую себя преступником.
— Почему? — опешила Лидия.
— Потому что когда такая женщина хочет поцеловать тебя, преступно заставлять ее ждать…
— С чего ты взял?
Питер перестал улыбаться и открыл глаза.
— Ты не представляешь, как меняется твой запах в зависимости от твоих мыслей и желаний, — сказал он. — А такие желания лучше исполнять.
— Значит, можно?
— Нужно.
Лидия с удовольствием запустила свободную руку в его волосы, поглаживая, как большого теплого кота. Против ожиданий, большой кот не затряс головой, стряхивая ее ладонь, как делал это обычно, а довольно зажмурился. И тогда Лидия все-таки поцеловала его. Пусть получит свое желание…
— Знаешь, — отстранилась она спустя несколько секунд, — хватит с меня. Я завтра же все расскажу маме. Мне надоело прятаться и врать. Мне уже не тринадцать лет.
Питер несколько секунд изучал ее лицо. Она постаралась не опускать глаз.
— Хочешь, расскажем вместе? — вдруг спросил он. …
Лидия чуть рот от удивления не открыла. Он серьезно?
— Ну, полагается же. Всякое там «прошу руки вашей дочери и родительского благословения»…
Она фыркнула. Все-таки он шутит. Было немножко грустно, потому что сперва она почти поверила, что это было сказано всерьез.
Питер хотел было еще что-то сказать, но закрыл рот и приподнял голову, словно прислушиваясь. Увидел ее вопросительный взгляд, махнул рукой — «погоди!», и замер. Спустя пару томительных минут прилег обратно и пояснил:
— Стайлз доказывал Дереку, что советником можно быть и по… эээ… по удаленке, а Дерек сейчас доказывает, что все стремления Стайлза превратить его обратно в альфу не имеют смысла, потому что он не хочет.
— Почему? — Лидия слегка удивилась. — Разве быть альфой не цель каждого беты?
Питер негромко рассмеялся.
— Лидия, мы не в шахматах, где плох тот солдат, что не хочет быть королевой. Далеко не каждый волк об этом мечтает, и далеко не каждый этого достоин. И уж точно далеко не всегда мечты совпадают с достоинствами, которыми он обладает. И наоборот.
— Дерек достоин, — подумала Лидия вслух, — но не хочет…
— А я хотел, но не стоил этого, — подхватил Питер. Лидия хотела сказать, что не это имела в виду, но он не стал ее слушать: — Природа не дура, но и она ошибается. Она дважды давала мне шанс, и оба раза я не сумел им воспользоваться. И когда пытался собрать стаю, и когда пытался отобрать у Маккола то, чего он не заслуживает. Она во мне ошиблась. — Питер помотал головой. — Я — ошибка природы, звучит-то как. Но если честно, я тоже перестал видеть во всем этом смысл. Дерек прав.
Он говорил так спокойно, что Лидия поверила — он говорит правду.
— Сама посмотри. Я облажался, хотя считал, что достойнее меня никого нет. Разве что Дерек. Но Истинным альфой оказался даже не он, а малолетний идиот Маккол.
Лидия вспомнила собственные мысли по этому поводу и подумала, что если природа ошибается, кто сказал, что она не напортачила и со Скоттом?
— А потом — все это… — продолжал Питер. — И Кейт с ее берсерками, и этот список Благодетеля, запущенный по моей вине, и то, что я не смог справиться с этим щенком, и эти пожары в моей голове, и Валак с его садистскими, но правдивыми тирадами насчет меня, и то, что я оказался неспособен уже который раз сам за себя постоять… Я много раз говорил, что я — альфа, но ты права была сегодня, альфа — это не только сила и красные глаза, это еще и стая. Стая, которая за тебя. И за которую ты. — Питер на секунду умолк и поморщился. — А я был готов целоваться в десны с женщиной, спалившей мою семью.
Страница 40 из 42
